Максим Виноградов – Симптомы Бессмертия (страница 18)
– Дело в том, мистер Подольский, что я вынужден разорвать наш контракт, – Дайсон скорбно покачал головой.
Я нахмурился. Такой расклад меня никак не устраивал. Деньги сами себя не заработают. А если клиенты будут срывать работу, большой куш сорвать невозможно.
– Сегодня ночью я имел
Вот как. Убедили. Интересно, кто может быть настолько могущественным, чтобы совладать с богатейшим человеком Лондона? Пожалуй, даже премьер-министр не стал бы спорить с обладателем огромного состояния. Кто же? Вариантов у меня не осталось. Разве только… это были
– Я понимаю, что такой форс-мажор портит возможные планы, – гость наконец удостоил меня взгляда, – А потому – оставляю аванс целиком в вашем распоряжении.
Щедрый жест. Неожиданный и щедрый. Для агентства это большие деньги. Насколько сумма значительна для Дайсона? Относительно его богатств – пустяк. Но успешные люди не любят сорить деньгами просто так. С подобными привычками никогда богатеем не станешь.
– Более того, мистер Подольский. Думаю, нам стоит поддерживать вполне добрососедские отношения. Со своей стороны уверяю – можете рассчитывать на мое содействие и поддержку в
Оставив недопитый джин, Дайсон направился к выходу. Я настолько замешкался, что запоздалые слова благодарности настигли гостя только у двери. Богатей обернулся, кивнул грустно и несколько обреченно. И вышел прочь.
Осушив выпивку, подскочил к окошку. Посмотрел, как охрана сноровисто рассаживается по автомобилям. Прошло не больше десятка секунд, как внушительный кортеж сорвался с места. Спустя полминуты ничто не напоминало о неожиданном визите промышленника.
Вот что это было, черт возьми?!
Допустим, Дайсона действительно переубедили. Хотя ума не приложу кто и как мог это провернуть. Но зачем ему лично приезжать, чтобы сообщить такую новость? Почему он просто не позвонил?
Вернее даже не так. Почему
И тем более, что означает невероятное завершение разговора? Щедрый аванс, оставленный, по сути, ни за что. Заверения в вечной дружбе и сотрудничестве…
Да что с ним не так?! Дайсон, договор, аукцион… Аукцион!
Бросился к телефону, не забыв прихватить с собой полупустой бокал, оставленный Дайсоном. Не пропадать же добру.
– Алло? – милый веселый голосок в трубке.
– Привет, Эльза.
– Привет, Майк, – теперь тон стал ледяным.
Похоже, адвокатесса слегка обижена. Неужели вчерашний поздний вызов так сильно ее расстроил?
– Дайсон приезжал…
– Я в курсе.
Хорошо. Значит, по официальным каналам дело тоже прошло. Тогда необходимость посещения вообще не укладывается в картину.
– Слушай, – попытался сформулировать свои сомнения, – Что ты знаешь о завтрашнем аукционе?
– Обычный аукцион недвижимости.
– Недвижимости?
– Да, Майк. Недвижимости.
Что это мне дает? Поразмыслил пару секунд.
– У тебя случайно нет списка лотов?
– Пф… – Эльза презрительно фыркнула, – Тебе зачитать целиком?
– Если не сложно.
Она удивилась, но, тем не менее, принялась монотонно перечислять названия улиц. И остановилась сама, встретив знакомый адрес.
– Это, кстати, тот самый дом, что арендовал покойный Харрис, – с легкой заинтересованностью заметила Эльза.
– Спасибо, достаточно.
– Но тут еще штук пять…
– Ничего. Благодарю, Эльза.
Она бросила трубку, не размениваясь на прощание. Не очень-то обнадеживающе. Зато я кое-что выяснил.
Итак. Дом, где проживал профессор Харрис выставлен на продажу. Дайсон желал выкупить именно его? Возможно. Но у «влиятельных» людей другие планы?
Да кому нужен этот дом?! Что в нем особенного? Кроме того, что там убили сварливого долгоживущего. Вот же черт старый. Все вертится вокруг этого Харриса! Даже после его кончины.
– Можно? – тонкий голос заставил вздрогнуть от неожиданности.
Дьявол, я опять совершенно позабыл про Элли! Она действительно словно призрак – незаметная, тихая, полупрозрачная.
Девушка боязливо выглядывала с лестницы. И только убедившись, что я не против, спустилась.
– У тебя были гости… Я решила не мешать… – смущенно выдавила Элли.
Кивнул. Все правильно. Ни к чему светить знакомством с донором. Очков влияния в обществе это явно не прибавит. Как ни странно, девушка это хорошо осознает.
– Знаешь, – поднявшись, взялся за сборы, – Неожиданно появилось свободное время. Работа откладывается. Так что, если предложение в силе, можем прогуляться к твоему дедушке.
Элли недоверчиво посмотрела в глаза. И радостно улыбнулась.
Глава № 14
«Старый город» – звучит многообещающе. Но выглядеть может совершенно по-разному.
Для кого-то данное словосочетание ассоциируется с прекрасными постройками, невероятной средневековой архитектурой, чудесами древнего зодчества. Своеобразный туристический рай – можно бродить целыми днями, да тратить деньги на фастфуд и сувениры.
Есть и другая сторона медали. Стоит отойти всего на квартал от общедоступных центральных улиц, как столкнешься с такими трущобами, что слезы на глазах наворачиваются. Как могут дворцы и халупы сосуществовать на столь небольшом удалении?
Деревянные дома в невероятно плачевном состоянии. Кажется, они стоят только потому, что не знают, в какую сторону свалиться. Стены, кривые и покосившиеся. Полы без единой целой доски. Дырявые протекающие крыши. Окна с выбитыми стеклами.
Здесь что – живут люди?
И да, и нет. Смотря за кого считать касту доноров.
Элли вела по грязной улочке, удивительным образом ориентируясь среди однотипных серых строений. Я радовался, что мы не поехали на автомобиле: судя по состоянию дорог, выбраться отсюда «живым» смог бы разве что вездеход. Да и оставлять машину без присмотра в таком месте я бы не решился – потом недосчитаешься половины запчастей.
Смущенно оглянувшись, девушка свернула к покосившемуся крыльцу очередного дома-барака. Там нас ждали.
У сломанных ступеней стояли несколько подростков, во главе с седовласым старцем, смотревшимся среди них истинным патриархом. Глаза дедули смотрели на удивление живо, да и сам он отнюдь не производил впечатление развалюхи. Крепкий такой дед, что и молодым может дать изрядную фору.
Быстро шагнув вперед, старик заграбастал Элли в объятия. Посмотрел девушке в лицо – с тревогой и болью. Перевел такой же взгляд на меня. И только потом как-то разом расслабился.
А ведь он знал. Знал, чем может закончиться наше с Элли знакомство. Даже, может быть, рассчитывал на это. Чтобы юная девочка своими прелестями приманила меня. Заставила прийти во что бы то ни стало.
Вот же старый хитрый кобелина!
– Привет, Майк, – прохрипел дед, – Спасибо, что пришел, – он совершенно по-старчески махнул рукой, – Пойдем в дом…
Вошли внутрь. Элли моментально куда-то исчезла, как и большинство молодежи. Старик провел в небольшую угловую комнату с двумя огромными окнами.
Вид на улицу затеняла видавшая виды серая тюль. Мебель, похоже, соперничала по возрасту с самим домом. По крайней мере на первый взгляд – такая же дряхлая и ненадежная, как все вокруг. С хорошо заметным привкусом увядания, тлена.
Дед уселся за письменный стол. Я аккуратно оперся на спинку стула. Деревянное изделие натужно скрипнуло, но выдержало. Ободренный успехом, оседлал сидуху.
– Меня зовут Марк Брунель, – доверительным тоном доложил старикан, – И я, как бы сказать, негласный предводитель местной коммуны.
Пожал плечами, не прекращая внимательно разглядывать старца. Не нравился он мне. Вызывал какое-то неосознанное отторжение.
– Слыхал я об одном Брунеле, – с сомнением покачал головой, – Говорят, великий был инженер. Однофамилец? Теска? Или может…