Максим Виноградов – Симптомы Бессмертия (страница 12)
– Чертовы лонгеры!
В целом я был с ним целиком и полностью согласен. Именно чертовы. И именно лонгеры.
Бытует мнение, что с возрастом люди якобы становятся мудрее. Учатся сдерживать собственные порывы, обретают богатый жизненный опыт, разумность, обрастают интеллектом, наконец. Исходя из этого убеждения, долгоживущие, прожив сотню и более лет, должны бы становиться прямо-таки образцами для подражания – этакими умудренными патриархами, без страха и упрека.
Увы и ах, реальность показывает совсем другую картину. Чем больше человек варится в соку собственного самосознания, тем больше в нем выпячиваются одни стороны характера и притупляются другие. Многие к концу жизни становятся сварливыми и ворчливыми – и дело тут не в возрасте. Просто характер, как острый клинок – требует заточки. А в данном случае обработка производится временем.
Вот и получаем с виду молодых мужчин и женщин, обладающих нравом глубоких старцев: хмурые, озлобленные, не терпящие иного мнения, самоуверенные до жути. Есть, конечно, и исключения. Но я о них не знаю. Да и знать не хочу.
Вслух, конечно, говорить ничего не стал. Мне и так довольно репутации ненавистника лонгеров. Не хватало еще, чтобы сочли за психа!
Пока раскладывал продукты по полкам, Джонсон засуетился у выхода.
– Ну раз тут все в порядке… я пойду? – он смущенно улыбнулся, – Представляешь, пригласил мисс Вуд на свидание! Не хотелось бы упустить такую красотку…
Наверное, я излишне громко поставил кефир на стол. А может и в лице несколько изменился.
– Ты ведь не против, Майк? – не слишком уверенно уточнил Джонсон, – Не хотелось бы портить отношения из-за юбки…
Я? Против? Вообще-то да, но… какого хрена?! Признаться в этом, все равно, что расписаться в собственном слабоумии. Вот Джон захотел – и пригласил! А я болтался… как известно что в проруби, без всякого толка. И, что характерно, Розалинда ведь приняла приглашение. Значит, она не против. Следовательно, моя кандидатура для нее вовсе не принципиальна. Получается, что… На этом мозг устало спасовал.
– Конечно не против, – голос прозвучал слегка напряженно, но в остальном контроль над собой уже восстановил.
Джонсон потолкался еще с минуту, потом пробурчал на прощание нечто невразумительное и хлопнул дверью. Я остался один на один с подступающей ночью.
Ну и хорошо! Даже слегка отлегло на душе. Не нужно никуда звонить, что-то просить, куда-то бежать. Просто еще один тихий спокойный вечер в любимом кресле.
Бесполезный букет полетел в мусорное ведро. Его место заняла непочатая бутылка виски. Я поднялся на второй этаж, с мрачной решимостью оглядывая пустующие хоромы. Широким взмахом сгреб со столика лишнюю рухлядь прямо на пол.
Стакан, лед, алкоголь. Лист бумаги, самописная ручка. Глоток, обжигающая волна тепла в пищеводе.
Начертил большой прямоугольник; ручка вывела размашистую подпись – «Кристиана Слейт». Воспоминания о долгоживущей оказались неожиданно приятными. Словно заново ощутил тепло ее бедра рядом с собственной ляжкой.
Неподалеку изобразил фигуру поменьше – «профессор Харрис». Себя нарисовал маленьким безвольным человечком, состоящим из головы и ног. И, как вершину диаграммы, добавил облачко с большим знаком вопроса и надписью «Устройство?».
И как же, интересно, все это между собой связано?
Громко хмыкнул, глядя на едва начатую бутыль.
Разберемся! Времени на раздумья предостаточно! Как-никак, вся ночь впереди…
Глава № 10
– Мистер Подольский, вы поняли смысл соглашения?
Хозяин огромного поместья прошелся вдоль стола, остановившись у стеклянного бара. Карл Дайсон – промышленник, бизнесмен, один из богатейших людей Лондона, а, следовательно, и всей Англии. Тем забавнее, что он не лонгер – пока еще…
Дайсон выудил бутыль – чья стоимость, вероятно, равнялась моему годовому заработку – критически осмотрел и вернул на место. Место первой заняла следующая, и эта пришлась гурману по вкусу. Отвернув пробку, он принялся наполнять бокалы.
Я обдумал вопрос. С одной стороны – вроде бы все ясно. С другой – никогда не помешает еще раз проговорить даже очевидные вещи. Формально озвучить предмет договора. Чтобы потом не возникало двусмысленности в толкованиях.
– Послезавтра днем в Кристис состоится аукцион недвижимости, – постарался сформулировать наиболее четкую диспозицию, – Вы намерены направить туда представителя. Моя задача – обеспечить его безопасность по пути на мероприятие и во время торгов. Когда все лоты будут распроданы, наш контракт считается завершенным.
Подойдя ближе, Дайсон протянул запотевший бокал. Он выразительно глянул на молчавшую Эльзу, но та отрицательно закрутила головой – любит вести дела на трезвую голову.
– Я бы предпочел, чтобы в договоре было прописано не только окончание торгов, – задумчиво проговорил богатей, – Но и их
Усмехнувшись, я слегка пригубил напиток. Ничего необычного. Та же горечь, тот же градус. Ничем не лучше пойла из любого алкогольного магазина. Ну, не для богатеньких эстетов, конечно.
– Вы же понимаете, что я не могу гарантировать
Бросив косой взгляд, Дайсон искренне расхохотался. Еще бы: жалкий телохранитель сравнил свой достаток с почти безразмерным состоянием богача! Я сдержанно скривился за компанию, показывая, что понимаю весь юмор ситуации.
– Хорошо! – отсмеявшись, Карл легко пошел на попятную, – Будь по-вашему. Вы должны обеспечить моему представителю безопасность по дороге на аукцион и во время торгов. Не более, но и не менее того.
Посмотрел на Эльзу – адвокатесса уже шелестела бумагами. Секретарь Дайсона сидел тут же – высокий худой хлыщ с крайне высокомерным видом. Оба юриста уставились в договор, обсуждая последние детали громких шепотом.
– Мистер Дайсон, – обратился к хозяину дома, поставив опустевший бокал на стол, – Поймите меня правильно… Я доволен нашим контрактом и рад сотрудничеству… И все же. Насколько мне известно, у вас очень хорошая личная охрана. Неужели их компетенции недостаточно? Чего вы опасаетесь?
Богач расположился в кресле во главе стола. Сейчас он был как нельзя больше похож на величавого монарха, принимающего просителей, сидя на троне.
– Видите ли, мистер Подольский, – ответил он, – У меня действительно многочисленная и надежная охрана. Проблема в том, что это люди, по большей части, сильные, хорошо обученные, преданные. Но совершенно лишенные воображения. Они не могут предусмотреть всего. Особенно, учитывая… контекст взаимоотношений между различными влиятельными пластами общества. Скажем так… я привык перестраховываться.
А вот это уже интересно. Похоже, Дайсон знает несколько больше, чем говорит. При этом явно опасается покушения. Пусть и не на себя лично.
– Не помешаем ли мы друг другу? Споры в нашем ремесле до добра не доводят.
– Думаю, профессионалы смогут договориться, – усмехнулся Дайсон, – В крайнем случае, обратитесь ко мне.
Что ж, хозяин – барин. Кто платит деньги, тот и музыку заказывает. Раз уж хочется богатею поиграть в секретность и важность… кто я такой, чтобы его отговаривать?
Эльза все еще корпела над договором вместе с долговязым секретарем. Комичная парочка получилась: высокий манерный денди, и миниатюрная хрупкая простушка. Простушка в хорошем смысле, конечно. Красивая, ухоженная. Но без намека на вычурность.
– Мистер Подольский, – внезапно окликнул Дайсон, – Я слышал, что защищая последнего клиента, вы подставили себя под выстрел.
– Это правда, – кивнул, поражаясь, как быстро расходятся слухи, – Но доводить до подобного снова мне бы очень не хотелось.
Дайсон хмыкнул, как мне показалось – одобрительно.
– Еще я слышал, что когда этот же клиент отказался платить, вы вырвали ему сердце, – богатей глянул крайне заинтересованно, – Причем в буквальном смысле слова.
– А вот эти слухи несколько преувеличены…
Я не торопился начисто отрицать собственную причастность. Иногда подобные байки полезны. Чтобы другие клиенты не придумывали лишних сложностей.
– Хорошо, что я решил заплатить авансом, – несколько нервно хохотнул Дайсон.
Еще какое-то время ушло на согласование последних юридических нюансов.
Пока Эльза корпела над бумагами, я успел бегло познакомиться с тем самым представителем, кого предстояло в скором времени конвоировать. Им оказалась невысокая полная тетка с седыми волосами и весьма въедливым характером. Сомневаться не приходилось: такая будет торговаться за каждый лишний пенс. Не понятно, насколько Дайсон доверяет этой особе… Мне же она не понравилась: слишком надменная и высокомерная. В отличии, кстати, от того же промышленника.
Уладив формальности, мы, наконец, отправились восвояси. Адвокатесса попросила забросить ее к нотариусу – нужно, видите ли, утрясти кое-какие нюансы – что я и сделал: на машине крюк вышел не слишком заметный. До офиса добрался часа в три дня. Время более чем обеденное: желудок подавал недвусмысленные сигналы о необходимости подкрепиться.
Офис пустовал. Джонсон был с утра, да, видимо, укатил по собственным делам. Вера и вовсе не появлялась – халтурит где-то на стороне. Я никогда не препятствовал подобному разгильдяйству. По одной простой причине: нет смысла запрещать хоть что-то, не мешающее основной работе. Пока дел нет – зачем же неволить людей? Зато, когда придет время, спрашивать буду по полной! И требовать стопроцентной отдачи, несмотря на время суток, обстоятельства, настроение, препятствия, состояние здоровья…