Максим Винарский – Мертвый лев: Посмертная биография Дарвина и его идей (страница 34)

Так стараниями мистера Морриса на свет явился «научный креационизм»{247}. Креационизмом вообще принято называть любую теорию, утверждающую сотворение (лат. – creatio) мира и человека неким сверхъественным Существом (или Существами, в зависимости от исповедуемой автором веры). «Научный креационизм» поставил своей задачей сражаться с научной картиной мира ее же оружием, то есть предъявляя «научные» доказательства правоты Библии и неправоты современных биологии, геологии и астрономии{248}. Для этого сотрудники Морриса ставили эксперименты, пытаясь получить доказательства реальности Всемирного потопа и молодого возраста Земли. Следуя традиционной ветхозаветной хронологии, Моррис учил, что наша планета не старше 10 000–15 000 лет. (Для справки: геологи определяют возраст Земли равным около 4,54 млрд лет.)

Естественно, что Моррис и моррисиане очень не любят эволюционную теорию и ее сторонников, а Чарльз Дарвин для них – великий антигерой, виновный во многих тяжких грехах. Моррис изображает эволюционизм воплощением самой страшной лжи, причиной едва ли не всех человеческих пороков. По большей части эти инсинуации не стоят того, чтобы тратить время на их опровержение. Но присутствие в списке претензий нацизма заставляет насторожиться. Это очень серьезное обвинение! В истории ХХ в. не было, пожалуй, более полного и последовательного олицетворения абсолютного зла, чем германский национал-социализм и совершенные им преступления. Верное средство демонизировать соперника – обвинить его в сочувствии нацизму или фашизму, сравнить с Гитлером. Средство, безотказно действующее как в политике, так и в интеллектуальных спорах. Даже сказанное в полемическом азарте, брошенное вскользь, это обвинение бросает мрачную тень на любого оппонента. Подобными аргументами охотно пользуются креационисты разного толка в их заочной полемике с давно почившим Дарвином{249}. На многих креационистских сайтах Рунета можно найти текст под названием «Агония в бункере Дарвина» (ссылку давать не буду, легко обнаруживается любой поисковой машиной). Не нужно пояснять, наверное, что за бункер имеется в виду и кому он принадлежал{250}.

Но, увы, Дарвина обвиняют не только креационисты. Об этом же, хотя и в более академическом тоне, пишут вполне респектабельные историки, философы и политологи, книги которых становятся интеллектуальными бестселлерами. В классическом исследовании философа Ханны Арендт «Истоки тоталитаризма», вышедшем первым изданием в 1951 г., читаем черным по белому:

В основе веры нацистов в расовые законы как выражение закона природы в человеке лежит идея Дарвина о человеке как продукте естественного развития, которое не обязательно останавливается с ныне существующим человеческим видом{251}.

От философов и политологов не отстают и историки. В 2004 г. профессор истории Калифорнийского университета Ричард Вейкарт, специалист по истории социал-дарвинизма, издал монографию под названием «От Дарвина к Гитлеру: эволюционная этика, евгеника и расизм в Германии»{252}. По материалам этой книги и других трудов профессора Вейкарта создан одноименный веб-сайт, оформленный в мрачных готических тонах{253}. Его посетитель узнает, чему дарвинизм «научил» Гитлера и его приспешников, каким образом связаны научная биологическая теория и практика немецкого национал-социализма. Об этом можно не только почитать, но и посмотреть видеоролики.

Другой американский историк, Дэниел Гэсмен, избрал своим антигероем Эрнста Геккеля, рисуя его в своих книгах{254} как прямого предтечу национал-социализма. С легкой руки Гэсмена образ Геккеля-нациста был подхвачен историками и даже некоторыми из биологов – отчасти потому, что это позволяло снизить градус обвинений против Дарвина, сделав «главным виновником» его немецкого последователя.

В ответ на подобные обвинения раздались голоса защитников Дарвина и Геккеля из той же академической среды. Вокруг вопроса о возможной роли дарвинизма как источника вдохновения для Гитлера развернулась долгая и шумная полемика, очередная «профессорская война» в миниатюре. Появились книги-опровержения, в том числе сборник статей известного историка биологии Роберта Ричардса «Был ли Гитлер дарвинистом?»{255}. Спустя 120 лет после своей мирной кончины Дарвин снова оказался яблоком раздора, а отзвуки спора вышли далеко за пределы научного сообщества, аукнувшись десятками пересказов и интерпретаций, происходящих как из креационистского, так и из эволюционистского лагеря.

Выслушаем сначала сторону обвинения. По ее утверждению, Дарвин, пусть и невольно, проложил дорогу расистским и человеконенавистническим идеологиям, взявшим в его трудах «научные» доводы в свою поддержку. Дарвин сам был расист, а его концепцию борьбы за существование стали использовать пришедшие к власти национал-социалисты для оправдания творимых ими зверств. Геккель – еще хуже. Он не только пропагандировал дарвинизм среди народных масс, выпуская одну за другой популярные книжки об эволюции, но проповедовал еще более ужасные социал-дарвинистские идеи, настаивал на врожденном неравенстве человеческих рас и был к тому же откровенным антисемитом.

Тактика адвокатов Дарвина строится обычно на том, что прямое влияние его теории на формирование мировоззрения Гитлера едва ли доказуемо. По крайней мере, сам Гитлер не называл Дарвина в числе своих «духовных отцов» и не ссылался на его труды, которые, скорее всего, никогда не читал. Есть веские основания считать, что он познакомился с дарвинизмом через вторые-третьи руки, по тенденциозным пересказам и переделкам. Интересы Гитлера были так далеки от теоретической биологии, что я с трудом представляю его с головой ушедшим в чтение «Происхождения видов».

С Геккелем, надо признать, дело обстоит сложнее. Мы уже видели, что он поддался соблазну социал-дарвинизма и выдавал порой такие идеи, которые пришлись бы по вкусу самому последовательному из нацистов. Воспользовавшись ими, некоторые биологи гитлеровской Германии объявили Геккеля «пророком национал-социализма» – спустя 15 лет после смерти автора{256}. Но вот с предполагаемым антисемитизмом Геккеля у его критиков никак не вытанцовывается. Роберт Ричардс раскопал в одной старой книге интервью Геккеля, в котором тот вполне уважительно отзывается о евреях, выросших в Германии, называет их верными друзьями свободы и просвещения и признает их большой вклад в немецкую культуру{257}. Правда, о евреях, мигрировавших в Германию из стран Восточной Европы, ментально чуждых новой стране проживания и неспособных усвоить ее «культурный код», Геккель отзывался пренебрежительно. Но его позиция все-таки очень далека от зоологического антисемитизма гитлеровцев, преследовавших евреев вне зависимости от места их рождения и воспитания. В иерархии человеческих рас, составленной Геккелем, семитские народы находятся всего чуточку ниже, чем бледнолицые индогерманцы («венец эволюции»), и гораздо выше, чем презренные папуасы и австралийцы, ниже которых только «питекантропус алалус»{258}. В общем, Гитлер «заразился» антисемитизмом вовсе не от Геккеля, а от некоторых австрийских политиков начала прошлого века, в чем сам охотно признавался{259}. А что касается расизма, мы уже знаем: в той или иной форме ему были подвержены очень многие влиятельные интеллектуалы на рубеже XIX и XX вв., и видеть источник гитлеровского расизма именно в Дарвине с Геккелем – как минимум относиться к ним предвзято.

Кстати, о предвзятости. Эта тема также активно используется адвокатами Дарвина.

Великий древнеримский историк Корнелий Тацит, начиная рассказ о событиях конца царствования императора Августа и правлении последовавших за ним властителей Рима, обещал вести его sine ira et studio, то есть «без гнева и пристрастия»{260}, объективно и непредвзято. Принято считать, что это ему не вполне удалось, и немудрено: трудно блюсти олимпийское хладнокровие, повествуя о деяниях таких «героев», как императоры Калигула и Нерон. Но сказано было хорошо, и этот девиз давно сделался идеалом для авторов исторических сочинений. Достижим ли он в принципе – большой вопрос, но стремиться к sine ira et studio нужно.

Критики Гэсмена и особенно Вейкарта не устают повторять, что в их книгах сравнительно мало ira, но зато studio присутствует во всей красе. Иными словами, эти историки очень избирательно относятся к подбору аргументов, не брезгуют тенденциозным цитированием и закрывают глаза на факты, неудобные для их любимых концепций. По крайней мере, в случае профессора Вейкарта можно указать вероятную причину такого пристрастия.

Работая над этой главой, я обнаружил на сайте «От Дарвина к Геккелю» объявление о выходе в феврале 2022 г. новой книги Вейкарта со вполне говорящим названием: «Дарвиновский расизм: Как Дарвин повлиял на Гитлера, нацизм и белый национализм». Судя по аннотации, ничего принципиально нового. Те же идеи и на тот же старый лад, только в еще более высокой концентрации. Но дьявол, как говорится, кроется в деталях. Издателем книги выступила организация, известная как «Институт Дискавери». Несколько кликов мышью, и все становится ясно. Этот институт занимается пропагандой концепции «разумного замысла» – более наукообразной и тонкой версии креационизма, чем примитивный фундаментализм моррисиан. Ее сторонники не призывают нас верить в буквальную точность Библии, но настаивают на невозможности объяснить происхождение сложных объектов (таких, например, как человеческий мозг, глаз осьминога или живая клетка) на основе естественных природных процессов, без участия некоего всевышнего Конструктора. Современные же ученые – биологи, астрономы, геологи – в большинстве своем такое участие отрицают просто за ненадобностью, видя в нем недоказуемую и совершенно излишнюю гипотезу.