Максим Васильев – Танец с бубном. Часть 1 (страница 23)

— Для прикрытия нам по любому потребуются официалы, — продолжил я. — Наш фээсбэшник, в отпуске, значит остаются менты, — я вернулся в кресло. — Можно позвонить в МУР, помнишь, после убийства Когана к нам приезжал полковник Волгин, из убойного отдела. Я поддерживаю с ним контакт. Только звать целого полковника надо по делу. А у нас лишь телефонные угрозы…

— Звони, я заплачу.

— Хорошо. Времени у нас мало, во-первых, я ставлю телефоны в приемной на прослушку, во-вторых, надо создать кризисный штаб. Считаю, что в ситуацию нужно посвятить Витковского и Бортко.

Ильич кивнул.

Я набрал внутренний номер начальника технического отдела.

— Стас, подымайся быстренько с аппаратурой, на семнадцатый этаж, к генеральному, поставь на запись оба телефона в приемной, — сказал я, когда подполковник запаса снял трубку. — И кроме тебя, чтобы никто ничего не знал.

Потом попросил Наталью, вызвать к нам Витковского и Бортко. Позвонил я и Волгину, но телефон у него был занят.

— Теперь понятен и хвост, что таскается за мной, — продолжил я. — Ну да ладно… Давай посмотрим на факты, и, очертим круг подозреваемых. Сумма, взята с потолка, или деньги у тебя сейчас есть?

Ильич обреченно кивнул. Чтобы дать ему прийти в себя, я встал и направился в приемную.

— Сделай мне чай, а Ильичу кофе! И, наверное, что ни будь выпить сообрази. Да, и шефа, конечно, сегодня ни для кого нет.

Наташа нервничала, руки её слегка дрожали, волнение выдавал и яркий румянец, покрывший её щёки.

— Пустишь к нам только моих и Бортко, — я закрыл дверь и вернулся за стол.

Через несколько минут в дверь постучали:

— Можно?

Наташа вкатила в кабинет тележку, на которой стояла пузатая бутылка «Хеннеси» ВСОП, бокалы, чашки с кофе и чаем, открытая коробка конфет «Ассорти», и на маленьком блюдце лимон, порезанный дольками. Переставив все на стол, она вышла, тихо прикрыв дверь.

Ильич разлил коньяк по бокалам. Я попробовал его на кончик языка. Но пить не стал. Вечером мне потребуется ствол, и, наверное, придется управлять автомобилем. Ильич, крякнув выпил.

— Много народа знает, что эта сумма, причем налом, у тебя есть?

Ильич подвинул массивную, пепельницу с надписью «Ойл Вест» и начал бессмысленно ее крутить.

— Знают мой первый заместитель, финансовый директор знает, главбух знает, директор по маркетингу, и у него начальник отдела, эта, как ее, Сагайдак Галя знает …

— И все? Только Саленко, Бураков, Шарапова, Мятников и Сагайдак?

— Наверное, все.

— И они все знают, что у тебя есть в наличие три ляма кэша?

Ильич бессмысленно потыкал пальцем в поверхность стола. Он был не первым, кто ходил вокруг да около, когда хотел оттянуть разговор о неприятном для него деле. Где-то на улице зашлась в нервном крике автомобильная сигнализация.

— Кроме Раджана и Костаса (этих арендаторов привел я и знал, что часть денег они заносят в портфеле), кто еще рассчитывается наличкой?

— Зачем тебе?

— Под подозрением арендаторы, занесшие нал. А еще я бы не исключил и Нику, — я взглянул на шефа, как-то он отнесется включение его жены в список подозреваемых, но он молчал. — Ты не допускаешь, что твоя жена могла попробовать развести тебя на деньги? Человек она импульсивный, и окружение у нее еще то… мошенники и колдуны всякие. А может это и ни она, но, информация ушла через нее?

Ильич снова отвел глаза и посмотрел в окно. За окном мела метель. Молчание затягивалось.

— Тогда придется добавить еще человек 5, а может и 50. Это «черная» аренда, та с которой, и ты, кстати, получаешь деньги в конверте — наконец отозвался он.

— О этих деньгах, понятно, знают руководители фирм, их собственники, бухгалтера, возможнол «крыша» и бог знает кто еще. Но вот сумму и время получения нала, могут знать уже немногие.

— Возможно так.

Он замолчал. Надолго.

— Ок, — вздохнул я, и взял ручку. — Пока никто не подошел, диктуй фирмы, занесшие нал, и фамилии, с кем конкретно мы договаривались о кэше.

Адамович взглянул на меня.

— Ты, наверное, меня не понял, — сказал он недовольным голосом. — Этих людей наберется много.

— Согласен, мелочевку мы рассматривать не будем, зашьемся. Давай поговорим о тех, кто занес от полумиллиона и выше.

Сигнализация за окном вдруг умолкла, и голос Ильича загремел на весь кабинет.

— С кем ты хочешь говорить?

— Пока что хочу очертить круг подозреваемых.

В дверь постучали и заглянула Наталья, за ее спиной стоял начальник технического отдела Армягов.

— Александр Ильич! Телефоны можно писать, — доложил технарь.

— Витковский вместе с Борткоко вышли на обед, их ищут, — продолжила Наталья.

Громкая трель телефонного звонка заставила Наталью и Армягова бросится обратно в приемную.

— Александра Ильича сегодня не будет, перезвоните завтра, — услышали мы голос Натальи, и расслабленно выдохнули.

18

Список получился из шестнадцати фирм. Я сократил его, вычеркнув компании, которые внесли менее пятьсот тысяч долларов. В итоге осталось пять фирм. Основными плательщиками были индус Раджан, отваливший полтора миллиона долларов, фитнес-клуб и новый арендатор, нефтетрейдер, полностью занявший тринадцатый этаж. Названия и вид деятельности остальных фирм мне мало чего говорило. Раджана я сразу из списка исключил, потому что экономическую безопасность или, проще говоря крышу, ему обеспечивал я. Утечки от индуса тоже быть не могло. Но и я не знал, что он занес Ильичу полтора ляма долларов. «Коммерсант, он и есть коммерсант». — с раздражением подумал я. Индус по своему обыкновению мутил воду и ничего не сказал мне об этой сделке.

Фитнес-клуб я исключил, потому что он заплатил только за полгода, к тому же я был уверен, что его учредители серьезные люди, и не стали бы действовать подобным образом… Сомневался я и в том, что злодей вышел на нас через нового арендатора. Оставались еще не очень известные фирмы нонейм. Все было «холодно» без признаков тепла и приближения к цели…

— Уход от налогов, конечно, лакомый кусок для наезда. А что еще могло привести к шантажу? — Я все больше склонялся к тому, что это был шантаж. — Ты точно никому не должен? — выйдя из размышлений и спросил я.

— Я всегда со всеми рассчитываюсь, — отрезал шеф чуть быстрее, чем нужно.

— Ну, да, — хмыкнул я. — И все же у тебя в последнее время были сделки, после которых партнеры остались недовольными?

— Деньги есть всегда, но не для всех, — выдал Ильич любимую присказку. — Может быть, кто то, что-то от меня и ждет, я-то здесь причем? — он дотронулся до губы, потер ее, отодвинул от себя, лежащие на столе бумаги. — Я всегда рассчитываюсь, — повторил он.

Ну раз так, то я сменил тему.

— Ок. Давай пробежимся по платежам последней недели. Ты же не каждый месяц ты получаешь за аренды три ляма неучтенным налом? А злодеи определенно знали, что сегодня у тебя будет черный нал…

Ильич вскочил, как ужаленный, сделал небольшой круг, затем снова рухнул в кресло.

— Последняя неделя сократит нам круг подозреваемых, — продолжил я. — Потом еще вот какая штука, злодей звонил тебе на телефон, который знает ограниченное количество народа. Я бы, на его месте позвонил на твой мобильный. Номер известен большему количеству людей. Хотя, возможно, он так запугивает, хочет показать осведомленность. Тогда скорее всего он знает и твой мобильный, но использует его позже. Возможно, если это наезд силовиков, косящих под бандитов, ты вообще на прослушке, и по любому, надо переходить на другой номер.

— Этот телефон знают все директора «Ойл Веста», секретари партнеров и акционеров, ну и еще пара-тройка человек, — задумчиво произнес Ильич.

— Не так и много, здесь есть над чем поколдовать. Нам надо сократить их, до приемлемого, чтобы выдвинуть версии, и я начал работать.

Ильич не отвечал. Он сидел, неожиданно маленький в своем огромном кабинете, посеревший и осунувшийся.

Снова повисла пауза. Шеф откинулся на спинку кресла с бокалом коньяка в руке.

— Надо исключить утечку информации, — снова оживился он. — Чтобы никто, не знал о проблеме — это первое. Во-вторых, еще раз позвони на Петровку, договорись о встрече. Я позвоню братве, встретимся с ними тоже. Пусть поинтересуются, есть ли на меня заказ.

Ильич скорее по привычке, сохранившейся с девяностых годов, чем из каких-либо опасений или потребностей, ежемесячно отстегивал круглую сумму, отвязной бригаде из сибирской братвы. Раз в месяц к нему приезжал Иван, правая рука лидера, и получал конверт с деньгами. Точной суммы я не знал, но, эти деньги, не были обременительными, даже для весьма экономного Ильича.

Я снова позвонил Волгину, телефон по-прежнему был занят. Пока Ильич договаривался о встрече с бандитами, я приказал оперативному дежурному направить группу быстрого реагирования в Барвиху к дому Ильича.

Затем составил список.

Составил второй список.

А потом поймал себя на мысли, что составляю третий. «Мог ли злодей знать, что прикомандированный к «Ойл Весту» фээсбэшник в отпуске? Вполне возможно. Тогда это лишнее подтверждении того, что он из своих. Но тогда почему он не знает, что Катя этот год учится в Швейцарии? Вопрос! А может он пытается таким образом сбить нас со следа, потому что всему окружению шефа про это известно. Это возможно игра по переводу стрелок».

Первый список получился короткий — это был список возможных злодеев, но ни в одну из версий я не верил.