Максим Васильев – Танец с бубном. Часть 1 (страница 25)

— Но возможно будет и бесконтактная передача денег, — возразил Витковский. — Он в последний момент переиграет, и скажет оставить сумку в каком ни будь темном углу. Как вариант, когда ты направишься туда, по дороге, не доходя до места, тебя грохнут. Разгуливать ночью с тремя миллионами, дразнить бандитов таким кушем — это опасная вещь.

— Пытка, слежка и донос — как и во времена Ивана Грозного, основу нашей деятельности никто не отменял, — отпив из чашки чай ответил я. — Пытать нам некого, ждать доноса нет времени и следить, нам то же не за кем. Значит надо идти на контакт. Ловить на живца. На крючок мы насадим «куклу». Володя, срочно сажай наших умельцев, пускай делают химловушку, Александр Ильич, думаю распорядится сейчас, и тебе выдадут пять штук настоящих зеленых, упакуй их в целлофан, вместе с бумагой. И проверь чтобы она по весу подходила, эта «кукла». — Я посмотрел на Ильича, он кивнул, но сказал:

— Я позвоню, получишь в бухгалтерии две тысячи…

— Пускай две, — согласился я. — На уголовное дело должно хватить. У кого-нибудь найдутся идеи получше?

Идеи лучше не нашлось.

Совещание было в самом разгаре, когда откуда-то издалека послышался глухой шум скандала. Две женщины и мужчина, определил я. Мы посмотрели на двойные двери. Двери с грохотом открылись, и в кабинет ворвалась Ника. Она была в распахнутой соболиной шубе, нервно комкая в руках сумку «Луи Виттон». Лицо Мадам пылало от гнева.

— Саша! — закричала она, захлебываясь от злости.

— Ника, я же тебя просил, не приезжать на работу… — шеф скривился так, как будто проглотил навозную муху.

— Саша, сколько денег ты оставил мне? — она яростно махнула кулаком. — Что я, по-твоему, могу на них купить?

— Ника, мы сейчас очень заняты, я прошу тебя…

— Пускай все знают, что я вынуждена вторую зиму ходить в этой шубе, что тебе на меня наплевать. Ладно шуба, ты уже год обещаешь мне купить домик в Ницце? И что же? Где деньги я тебе спрашиваю?

Кризисный штаб, в едином порыве, встал, и в ритме вальса поспешил к выходу. Характер Мадам все известен, и ничего хорошего ожидать не приходилось.

— Ника, прошу тебя!

— Саша, я еще не умерла! Где моя доля от проданных акций? Я что — полная дура! Мне нечего носить, а ты меня все время кормишь завтраками…

В приемной, на мой укоризненный взгляд, Наталья молча развела руками, она, конечно, не могла остановить ее, даже если бы, как Матросов, легла на амбразуру грудью. Даже из-за двойной двери, до нас доносились раскаты голоса Мадам, а потом услышали, как взорвался Адамович. Теперь, уже он в полный голос орал на жену…

— До драки бы не дошло — негромко произнес Витковский.

— Она психопатка, сейчас проорется, выплеснет энергию и успокоится, — заверил его я.

Когда через несколько минут разъяренная Мадам выскочила из кабинета, и, бросив на меня испепеляющий взгляд покинула приёмную, я и Бортко вернулись к шефу. Витковский ушел изготавливать «куклу». В приемной остались Наталья, Армягов и охрана.

— Разведусь, достала… — сказал Ильич, с тревогой вглядываясь в нас. На лбу его вспухла вена.

Я искренне сочувствовал шефу, потому что терпеть её выходки зачастую было стыдно. Прошедшим летом они уезжали на выходные в Питер. Я как это часто бывало, провожал их, и зашёл вместе с ними в вагон СВ, проводить, ну и выпить, на посошок. Мадам вошла в двухместное купе, деловито огляделась и заявила:

— Саша, скажи, чтобы нам дали другое СВ. Здесь слишком узкие полки. Я не помещусь.

Ильичу, тогда, стоило большого труда удержать ее от скандала с проводницей, по этому поводу…

— Виктор, ты связался с тестем? — спросил Адамович.

— Да, но он не сможет нам помочь, — разведя руками, сказал Бортко.

— Ну что ж… — негромко произнес Ильич, не меняя выражения лица.

Ильич отослал Бортко с каким-то поручением на первый этаж. Мы остались вдвоем, и он набрал номер мобильного телефона, который знали только он и я. Договорился, что через пару часов к нам подъедет Иван — представитель небольшой сибирской группировки, однако она была достаточно весомой в криминальных кругах.

Пока Ильич разговаривал по телефону, мне в голову пришла странная мысль… Я вспомнил про знакомую девушку — астролога. Ольгу Николаева составляла гороскопы в толстые московские журналы. Она как-то рассказывала мне, что её учитель астрологии, обладает недюжинными способностями экстрасенса.

— Ильич! — спросил я. — Ты помнишь мою знакомую Ольгу, ту, которая астролог?

— И что?

— Ну вот, у нее есть учитель астрологии, который еще и экстрасенс. Он помог милиции найти кого-то там находящегося в розыске.

— Труп что ли нашел?

— Не знаю, но знаю, что сильно помог. Давай я позвоню Ольге, пусть организует нам встречу. Он, кажется, по фото ищет.

— И чьи фото ты собираешься показать?

— Пока не знаю. Некоторых арендаторов и акционеров. А может он и без фото чем поможет.

— Поможет, чем сможет, — скривился Ильич. — Карман мой облегчить он поможет, — мрачно подытожил он.

— Ты знаешь, что Гитлер слушал Мессинга, у него была целая лаборатория предсказателей и провидцев. Сталин тоже не чурался предсказаний, я уже молчу о королях, которые задолго до нас прислушивались к астрологам… Неужели твоя безопасность не стоит каких-то денег?

— Сколько берет этот жулик? — заерзал шеф.

— Выясню.

— Ты понимаешь, что меня на смех поднимут, если кто-то узнает…

— Ну, во-первых, никто не узнает. А во- вторых, опасность грозит не кому-то, а конкретно тебе.

В общем, «мытьем и катаньем», мне удалось вытянул из него тысячу долларов, и я позвонил Ольге. С ней мы познакомились на мастер-курсе у Панченко. Еще через пятнадцать минут она перезвонила мне и сказала, что они с учителем могут подъехать завтра утром. И попросила подготовить фото, подозреваемых …

Потом мне дозвонился Кравченко и доложил, что последнего владельца многократно перепроданного «опеля» ребята продолжают караулить у подъезда. Витковский принес в кабинет сумку, подходящую по размеру и весу требуемым с Ильича отступным. Армягов дежурил в приемной у телефона. Я мучительно решал, кого же мне взять с собой на стрелку? Опасное мероприятие, поэтому я осторожно подбирал кандидата. Сотрудник должен был быть добровольцем, спортсменом и подготовленным к огневому контакту, потому что у всех дома оставались семьи…

Я подошел к окну. Из окна кабинета видна Москва река, Котельническая и Космодамианская набережные, они встали в пробках… Ничего толкового мне в голову не приходило. «Кто мог решиться наехать на Ильича? На совсем не простого, и не бесхозного коммерсанта. Какие силы играют против нас? Возможно ли то, что недавние убийства акционеров, и нынешняя угроза Ильичу, звенья одной цепи? Кажется, все сходится именно в этой точке. Но, что-то не позволяло мне, окончательно в это поверить. А что, если злодеи пытаются примазаться к двум трагедиям и таким образом воздействовать на Ильича?»

Я считал себя толковым оперативником. Контрразведчик обязан быть тщательным и дотошным. Правда, у меня есть слабость, часто бываю азартным. Увы, от собственной природы не убежишь, и я старался этот недостаток превратить в достоинство. Никогда не упускал из виду, что успех в расследовании на девяносто процентов состоит из черновой работы, кропотливого связывания фактов, до тех пор, пока они не образуют нечто целое…

Мысли продолжали блуждать в этом замкнутом клубке сомнений, подозрений и фактов. На долю секунды в голову залетела новая мысль, но я не успел ее ухватить. Ведомый скорее шестым чувством, чем разумом я вышел в приёмную:

— Наташа, — попросил я секретаря. — Напиши список тех, кто тебе звонил днем, перед злодея. Ну так, за полчаса, за час…

Наконец подошло время звонка. Но он не позвонил. Армягов и Наталья сидели в приемной, а я с Адамовичем, Бортко и Витковским оставались в кабинете. В пятнадцать минут седьмого Ильич немного расслабился, на лице появилась слабая улыбка, ему захотелось думать, что его захотели напугать. Увы, злодей позвонил в половине седьмого, и забил полуночную стрелку на задворках Курского вокзала. Мы должны были припарковаться у заправки «Татнефть» на Мрузовском переулке.

Когда Ильич положил трубку и усталым движением провел ладонью по шее, будто ему ее крепко натерли, я понял, что мой план сработал.

Шеф рассеянно посмотрел на нас и сказал:

— Он согласился, что поедет Денис, но в конце разговора заявил: «Ты думаешь тебя выручит твой таксист?».

Я с самого начала предполагал, что бандиты вовсе не рассчитывают на то, что Адамович лично, привезет им деньги. Это была игра. Второй вывод, который я сделал, был о том, что либо они знают меня в лицо, либо был прав Витковский, живым, возвращения курьера, не предполагалось. Проколом с их стороны, была фраза про таксиста. Ильич никому этого не рассказывал, неудобно наверное, что его безопасник работал таксистом (в такси мы собственно, с ним и познакомились). Знать этот факт могло лишь его окружение! Причем только из числа старых друзей.

Задворки Курского вокзала, были выбраны не случайно. Ночью, случайных прохожих, там нет, и очень мало проезжающих машин. Группе захвата, затаиться в непосредственной близости, не удастся. Ночью вычислить подозрительные машины проще простого.

Я пересел за стол шефа и открыл на компьютере Яндекс карту. Нашел Мрузовский переулок. Увеличил масштаб… Все подошли и столпились вокруг.