Максим Субботин – Белый или черный (СИ) (страница 35)

Тот пожал плечами, спорить не стал.

— Мастер-маг хочет поговорить с тобой.

— Зачем? — взгляд Павла казался мне рассеянным.

— Насчет его дочери, Анастаси.

— Что же этот старый пень никак не успокоится?

Павел чуть не зевал. Но одна странность — руки сцеплены перед собой. Вряд ли осознанно. Сцеплены с такой силой, что побелели костяшки пальцев. А на лице по-прежнему никаких эмоций.

— Всего лишь разговор, — сказал я. — Он сказал, что тебе нечего бояться.

— Я и не боюсь.

Он вздохнул, затем расцепил руки, сорвал с пояса кожаный кошель. Что-то поискал в нем, выудил на свет небольшое колечко. Один короткий взгляд на драгоценность — и щелчком пальцев кольцо отправилось в полет. Прямо в мои руки. Я без труда подхватил его.

— Забери и передай им, что больше меня не увидят. — Голос прозвучал глухо, чуть ли не шепотом. — Не нужна мне эта потаскуха.

Павел сплюнул на землю и решительно направился прочь, нарочито специально задев меня плечом.

— И не вздумай лезть в наши отношения! — обернулся и выплюнул с плохо скрываемым раздражением.

Что это было?

Похоже, они тут, в лесу, все немного не в своем уме. Тронулись за тяжелой работой — всякое возможно.

Я покрутил в руке кольцо. Вроде бы золотое, с маленьким голубым камнем. Вполне сгодится как обручальное. Отчего же вдруг передумал? Или дочурка действительно не такой уж ангел? Не подумал расспросить о ней в деревне — а напрасно.

Ну да ладно, возможно, господину магу хватит и кольца, а дальше пусть сами разбираются.

Уходя, снова встретился со стариком. Тот без дела шатался по вырубке, иногда с трудом наклоняясь и что-то рассматривая в вытоптанной траве.

— Спасибо, — сказал я. — Мы поговорили. Провожать не надо, дорогу сам найду.

Старик лишь глаза закатил и тут же отвернулся, потеряв ко мне всякий интерес.

В основной лагерь возвращаться не стал, пошел к Жердево напрямик, через лес. И все же что-то не давало покоя. Сцепленные руки Павла, бесцветный голос. Никаких эмоций до последней фразы. А мне ли она была сказана? Или я ищу подводный камень там, где его и быть не может?

Отойдя от вырубки метров на сто, остановился, прислушиваясь. Шелест ветра, птичье пение — обычная атмосфера. Но вслушивался в другое — нет ли слежки? Нет, слежки не было. Либо я ее просто не заметил.

Отошел еще немного. Ноги буквально вросли в землю. Ну, не могу идти дальше. Хоть что делай. То ли дело в амулете Доброго леса с усиленной им внимательностью, то ли меня накрыло необоснованной подозрительностью. Так или иначе, но решил поддаться порыву и вернуться. Но только тихо — походить вокруг, посмотреть. Вдруг, что и примечу? Шумлю, как слон, конечно, ну, да и в лагере с вырубкой не тишина.

Чувствовал себя зайцем, путающим следы. Обошел вырубку по лесу, выбрался на нее с противоположной стороны. Осторожно, высматривая каждый шаг. Все же кожаная броня — большое дело для бесшумного передвижения. Будь на мне металл — наверняка бы весь избрякался.

Работа шла своим чередом. Деревья падали, затем по частям отправлялись в основной лагерь. Я подождал несколько минут, но так и не высмотрел Павла. Стараясь не терять вырубку из виду, направился к тропе, пошел вдоль нее. Работники курсировали туда-сюда. Кто-то волочил кусок дерева, кто-то возвращался налегке. Моего же напарника (пусть и недолгого) нет.

Устал? Кончилась смена? Отошел до ветра?

Причин отсутствия Павла навскидку рождалось с десяток.

Я подобрался вплотную к лагерю. Чугунные бочки продолжали гореть, вокруг них суетились полуголые мужики. А вот бородач тоже куда-то делся. И деда не видел. Но с этот шустрика станется успеть вернуться и снова спрятаться в доме.

Вообще, по лагерю впустую не шатаются. Все заняты своим делом. Если очень постараться, если очень повезет, то можно подобраться к большому дому и заглянуть в окно. Только выждать момент, когда перестанут подтаскивать древесину.

Проверив, хорошо ли закреплен на спине щит, и придерживая ножны с мечом, бросился к дому. Смотри сейчас кто-то в окно — наверняка бы заметил странного гостя. Но в окно, наверное, никто не смотрел. Потому что я, прижавшись спиной к стене, постоял некоторое время, вслушиваясь в окружающие звуки.

Вроде бы не заметили.

Осторожно приник к окну. Смотреть из света в темноту — дело дохлое. Но в доме горел свет. Неяркий — всего от одной свечи. В большой комнате почти нет мебели: десятка три спальных мест из соломы вдоль стен, один прямоугольный стол в центре и лавки вдоль него. Вот и все. Еще виднелась пара дверей. Одна, судя по всему, ведет на улицу, вторая — в другое помещение. Гораздо меньше первого. Если прикинуть размеры дома и большой комнаты, то второе помещение должно быть каморкой. Кухня? Вполне возможно, хотя развернуться там будет непросто.

В комнате находились трое. Павел стоял возле стола и явно оправдывался. Оправдывался активно, жестикулируя руками, указывая куда-то за пределы дома. Куда только делась вся сонливость? За его спиной возвышалась громада Груна. Бородач переводил взгляд то на работника, то на человека, сидящего за противоположным концом стола. Его я рассмотреть не мог, так как свеча стояла со стороны Павла, но сморщенная фигурка очень подошла бы старику. Только в первый раз он не показался мне важным членом этого замкнутого сообщества. Так — доходяга на побегушках, не способный на другую работу.

Звуки сквозь стекло почти не проникали. Лишь обрывочные фразы, из которых совершенно невозможно догадаться о причинах столь яростных оправданий.

Я отвлекся. На какой-то момент отрешился от действительности, пытаясь прочесть слова по губам и соотнести их с теми редкими обрывками фраз, что достигали моего слуха. Павел говорил обо мне… точно, обо мне! Прогнал… не прогнал… не сказал…

Чушь какая-то. Стоя тут ничего не разобрать. Но уж в дом точно не пробраться незамеченным.

— О как! Да у нас крыса!..

Я почти успел обернуться, когда в голову врезался монорельсовый состав. Игровой интерфейс мигнул и погас, успев выжать какое-то сообщение. Но прочесть его не успел — мир опрокинулся и померк.

В себя приходил медленно. Сначала вновь активизировался интерфейс.

Вам нанесен критический удар

Вы получили несерьезное повреждение

Вы оглушены

Хорошо, что не предложили к врачу обратиться.

В лицо плеснули холодной водой.

— Заждались тебя, Райн, приходи в себя…

Голос звучал издалека — надтреснутый, глухой.

Картинка сфокусировалась на ярком пятне света. Свеча! Мерное алое сияние разгоняло мокрую тьму. Я попытался пошевелиться — не тут-то было. Связан. Сразу проверил иконки способностей. Доступны "Усиленный удар", "Прорыв", "Щит света", "Клинок света", "Крылья ангела" и ауры. Жаль, нет круга гнева. В самый раз бы сейчас. Прыгнуть, конечно, можно, но каков будет эффект под крышей? Остается один "Прорыв"… А куда делся мой волшебный браслет с оборотничеством? Похоже, туда же, куда и оружие с мешком.

Впрочем, можно попытаться вызвать Лани и Миху. Только далековато оба. А если время потянуть?

В голове гудело, мысли путались. Все же годы совершенствования Испытания не прошли даром. Ощущения ничем не хуже настоящих. А ведь все просто — необходимо всего лишь подать необходимые импульсы в определенные области мозга — и все. Нужный эффект достигнут. И сильный эффект.

Быстро активизировал чат клана (хоть какая-то польза от последнего), отстучал на виртуальной клавиатуре:

Райн > Я в поселении углежогов. Нужна помощь. Связан, не могу драться. Тяну время. Осторожно. Возможно, их много

А смогут ли они помочь? Вдвоем против двух или трех десятков здоровых мужиков? Пусть даже вооруженных одними топорами.

Райн > Отбой. Справлюсь сам

Плевать. Анкх есть — воскресят. Ничего, кроме пятисот монет, не теряю. Или потеряю? Вещевого мешка с оружием нет.

Миха > Поздно, я уже в пути:)

Лани > Если меня сейчас не убьют, тоже подойду

Миха > Ну вы даете. Спасай их

Лани > Я не специально, и я не одна. У нас новобранец

— Чего же ты такой любопытный? — Свет свечи закрыла тень. По голосу — Грун. — Мы к тебе по-доброму, а ты к нам так нехорошо.

Райн: Миха > помоги Лани

Миха > Ладно

— А что случилось? — спросил я.

Голова перестала гудеть. Теперь можно осмотреться. Похоже, это вовсе не комната, за которой я наблюдал. Скорее — подвал. Даже бункер. Основательный — стены укреплены стальными листами, к люку в потолке ведет металлическая лестница, над головой висит лампа дневного света, правда, не горит.

Сам я стоял, привязанный к столбу. Ага, похоже, "Крылья ангела" отменяются. Передо мной небольшой стол со свечой. Рядом, на стуле, тот самый старик с лицом-печеным яблоком. Смотрит внимательно.

Я принюхался — странный запах. Металл, земля… что-то еще.

Кровь! Точно — запах крови! Свежей крови. И внутренностей. Примерно такой же запах был, когда освежевывал черных кабанов.