Максим Смирнов – Сказки для взрослых. И не только… (страница 9)

– Полиция? – муж удивлённо стал натягивать шорты. – Странно.

Жена привстала на локте, удивлённая и встревоженная.

На смеси французского и ломаного английского с помощью консьержа лысоватый усталый полицейский объяснил, что в отеле произошла кража, поэтому все номера обыскивают. Начали осматривать комнату, потом попросили показать вещи.

Найдя в косметичке у жены ключ от старого номера, полицейский удовлетворённо кивнул и спросил, откуда у них этот ключ. После сбивчивого рассказа о не сданном в прошлый раз ключе усы полицейского изобразили удивление, а лысина недоверчиво заблестела.

– А почему не вернули ключ на ресепшен сразу же, как приехали? И теперь вы им не пользовались?

– Да как-то забыли… Что вы, конечно не пользовались. А что, кража произошла в номере 42?

– Да.

– Вот так совпадение. – Шокированный муж удивлённо повернулся к жене.

– А позвольте, – полицейский, продолжая рыться в косметичке, взял в руки небольшой кулон, – это ваша вещь?

– Конечно! Это я подарил жене на годовщину нашего первого свидания.

– Первого свидания? Это что, праздник?

– Конечно! А для вас нет?

– Ну… – Полицейский задумался. – Первый поцелуй – да. Первый секс – да. Но просто первое свидание…

– У нас оно было совсем не «просто»! Да и сам кулон: помню, когда я дарил его, сказал, чтобы он стал талисманом нашей будущей семьи.

Француз покачал головой, с уважением посмотрел на мужа.

– А вы можете подтвердить, что это ваша вещь?

– Конечно! – Муж достал телефон, полистал фотографии. – Странно, давно ты его не носила, да? – бросил взгляд на жену.

– Ищи, носила, конечно.

– Ну вот, смотрите, это мы в Париже этим летом, видите?

Полицейский взял телефон, увеличил масштаб фото, внимательно рассмотрел кулон, и не менее внимательно – глубокий разрез блузки жены, нехотя отдал телефон, вздохнул:

– Мне придётся временно забрать эту улику. И распечатайте мне фото, это тоже улика.

– Но почему? Всё же прояснилось, никто ничего не крал, это наш кулон, разве нет?

– Не совсем. Мадам из номера 42 тоже утверждает, что это её вещь. И у неё тоже есть фото с ней. Правда, недавнее.

На следующий день в дверь опять постучали. Муж был в душе, жена, в халате, открыла дверь. Всё тот же полицейский воодушевлённо поздоровался.

– Вы так прелестны в этом халате, – вдруг проговорил он, но, не дождавшись реакции, откашлялся и добавил: – Хотите позвать мужа? Есть новая информация.

– Он в душе. А что за информация? – не вытерпела она.

Он приблизился и сказал тихо:

– Оказалось, пара из 42-го номера нашла кулон там же, в номере, неделю назад, когда вселились. Откуда же он там взялся и куда делся? А кроме того, появился свидетель, постоялец соседнего номера, который видел, как в номер 42 заходил посторонний. Как раз, когда хозяева были на ужине, – в это время и произошла кража.

– Да? И кто же это?

Он вздохнул, достал платок, вытер лысину и сказал грустно:

– Вы.

Она собралась было заплакать, но передумала. Сказала, тоже вполголоса:

– Давайте я вам всё объясню. Только вы мужу ничего не говорите, хорошо?

– Слушаю вас, – Он присел в кресло.

– Мы уже говорили, что в прошлый раз мы жили в этой же гостинице, в номере 42, и при выселении забыли сдать ключ. Вы видите, он не электронный, как теперь почти во всех гостинцах, а просто пластиковая пластинка с отверстиями. Так вот, в тот раз я уронила кулон за ванную, сразу не достала, а потом забыла – мы очень рано уезжали. Мужу говорить не стала – он бы очень расстроился, всё-таки на нашу годовщину подарок. Я предложила спланировать опять поездку сюда, чтобы забрать кулон – я была уверена, что он лежит там же, где упал; кто же знал, что та дама его найдёт! Я зашла, когда их не было в номере; кулон был там, но не за ванной, а на столе. Я удивилась, конечно, но взяла, он же мой всё равно!

– Но почему же вы не сказали об этом на ресепшене? Это выглядит, как кража. Ещё и с вторжением в жилище.

– Что же делать? Это же моя вещь…

Он задумался; звук льющейся воды в душе прекратился. Полицейский встал:

– Можно спустить на тормозах – та дама ведь тоже не сообщила о находке на ресепшен, так что тоже виновата. Но от вас потребуется услуга.

– Какая? – она сильнее запахнула халат вплоть до шеи и отступила.

– Ваше фото. То, где вы с кулоном.

– Фото? Хорошо, мы как раз вчера напечатали…, – Взяла со стола фотографию, протянула ему.

Он посмотрел, ухмыльнулся:

– Хорошее фото! Удачи.

И вышел.

Долг

Давно уже прошло время, когда кто-то занимал у Саши деньги в долг. Видимо, пришедшая с возрастом к окружающим хотя бы в этом мудрость привела к умению планировать, да и жизнь с годами становилась стабильнее, что ли. Поэтому, когда Сергей, пришедший в их банк недавно руководить операционистами, попросил в долг денег, Саша удивился. Дело не в том, что было жалко, да и нужны они были на что-то важное: то ли заболел кто-то, то ли ещё что. Смущало то, что не то что друзьями не были, но и вообще общались по работе раза три всего. Подумал: «Раз попросил, значит, очень нужно». И дал. Сергей обещал вернуть до конца месяца.

Прошёл конец месяца, пошёл следующий, но Сергей молчал. Собственная моральная чистоплотность не только не дала бы Саше самому забыть про свой долг, но и предполагала её наличие у окружающих; Саша допускал, что у Сергея могли измениться обстоятельства, но не понимал, как можно об этом не предупредить.

Прошло ещё пару недель. Это уже создавало определённые неудобства: сумма была немаленькой, и не было понятно, рассчитывать ли на её приход в ближайшем будущем. Как-то после совещания, когда остальные участники разошлись, Сергей сам подошёл к Саше:

– Прости, были проблемы с банком, переведу на этой неделе. Пришли мне номер своей карты.

Сашина вера в человечество воодушевилась. Но ненадолго. Деньги так и не пришли. Саша даже не звонил Сергею, хотя были рабочие вопросы, которые нужно было обсудить: Саша не хотел, чтобы Сергей подумал, что на самом деле он звонит, чтобы напомнить о долге, хоть и не говоря о нём. И сама мысль, что Сергей подумает, что Саша допускает и боится, что долг не вернётся, была оскорбительной и смехотворной, по мысли Саши.

Как-то, заходя в офис, увидел Сергея, паркующегося на «Порше». Возникло какое-то ощущение обмана. Вскоре в офисной кухне, наливая кофе, услышал разговор коллег о новичках, в том числе о Сергее. Кто-то сказал:

– Что-то он мне деньги не отдаёт…

Саша встрепенулся:

– И мне… А сам на «Порше» ездит. Странно это.

А Дима, молчаливый бородач-программист, сказал тихо:

– У него отец болен. Он его в Израиль отправил на операцию. А «Порше» тут ни при чём.

И всем стало стыдно. Даже Диме. За компанию.

Деньги Сергей так и не отдал. А Саша и не спрашивал – неудобно как-то.

На новогодней вечеринке отдел Сергея получил ежегодный приз лучшему подразделению банка, его лично поздравил генеральный. Все веселились, шампанское лилось изо всех углов. Перемещаясь по танцполу по извилистой траектории, Саша почувствовал, что его кто-то крепко ухватил за руку. Обернулся – Сергей, сильно навеселе.

– Поздравляю! – Саша искренне пожал ему руку.

– Спасибо, друг! – Сергей пританцовывал, держа в руке бокал, расплёскивая драгоценную жидкость на местами выбившуюся из брюк рубашку.

Алкоголь снизил до более нормального уровень Сашиной воспитанности, и он весело спросил:

– Серёга, деньги-то то когда ждать от тебя? Или забыл?

– Деньги? Не забыл, конечно. – Серёга икнул, проводил взглядом проходящую мимо коллегу, у которой юбка заканчивалась, не начавшись. – А что, – он вдруг резко приблизился к Сашиному лицу, дохнув на него смесью спиртных напитков разной крепости, – последние деньги, да?