Максим Смирнов – Роман на салфетках. Сборник рассказов (страница 3)
– Почему это я должна это подтверждать?! – вспыхнула Зина, а нотариус продолжал:
– Например, какие-то особые приметы на теле, родинки, шрамы…
– Не было у него никаких примет и шрамов, – отрезала она.
Рита подняла голову и удивлённо посмотрела на Зину и на нотариуса.
Нотариус удовлетворённо кивнул и продолжил:
– Прошу внимания, продолжаем. Это напрямую к делу не относится и сути завещания изменить не может.
– За что же ей квартира? – спросил кто-то из гостей громко.
– Этого я не знаю, – сухо ответил нотариус, – продолжим.
– Да что там продолжать? – спросил тот же голос, – ложки-вилки делить?
– Я ещё не закончил. Маргарите Михайловне, – он посмотрел на Риту, – завещан…
Он сделал паузу и поднял глаза на присутствующих. Кто-то сострил:
– Чайник?!
– Земельный участок с домом близ города Усти-над-Лабем Устецкого края Чешской республики.
Наступила тишина, было такое ощущение, что присутствующие перестали дышать.
– Это шутка такая? – спросил кто-то.
– Моя профессия к шуткам не располагает.
– А откуда это? Откуда земля, дом? При чём тут Чехия??? – Рита обрела голос.
– Если кратко, родители покойного были родом из известного чешского рода, и владели в Чехии, тогда бывшей частью Австро-Венгрии, порядочным богатством, включая землю и старинное поместье. Его отец, офицер, участвовал в Первой мировой войне, естественно, на стороне Австро-Венгрии, попал в русский плен. Добровольно вступил в чехословацкий корпус в составе русской армии. После революции вместе с корпусом направился во Владивосток для эвакуации, был вынужден отбиваться от намеревавшихся разоружить их красноармейцев. Был ранен и оставлен под Иркутском на попечение семьи местного врача, который выдал его за своего пропавшего в войну сына, что для окружающих объясняло его образованность, а русским он с детства владел в совершенстве благодаря русской бабушке. Чудом выжил. Женился на приёмной дочери врача, которая и выходила его после тифа. Вскоре родился дедушка. Ну а дальше – в Чехии была проведена реституция, дедушку нашли какие-то его дальние родственники, и он получил то, что принадлежало его предкам.
Это казалось насколько невероятным, даже сам факт принадлежности к древнему роду. А уж целое поместье – ну не бывает так! Присутствующие были ошеломлены, все без исключения. А Зина, казалось, просто оцепенела; полученная дача и квартира её уже не радовали, она просто забыла про них. «Негодяй», – шептала она.
– У меня ещё одно сообщение и несколько распоряжений о более мелком имуществе. Покойный просил довести до сведения присутствующих, что Маргарита Михайловна, удочерённая им после трагической смерти её родителей, была в свою очередь ими удочерена из детского дома в возрасте одного года. Это никак не влияет на действительность завещанных ей активов; воля покойного была такова, чтобы сообщить об этом после его смерти.
Зина сразу очнулась:
– Самозванка! – Её глаза были выпучены, она поднялась и тяжело дышала, – ты это не заслужила! Ты ему никто! Откажись, ты не имеешь права!
Она потеряла голос и взвизгнула.
Нотариус поднял руку и негромко попросил:
– Позвольте закончить. Покойный также просил сообщить, что настоящая фамилия Маргариты – Самолётова.
Зина вздрогнула, лицо её побелело.
– Как? – прошептала она.
Без сил опустилась на стул:
– Рита, поди-ка сюда да воды дай мне.
Рита села рядом.
– Ты когда родилась?
– 31 января 1990-го. А что?
– О, Господи, – завыла Зина и стала вытирать слёзы тыльной стороной ладони.
– Да что случилось-то? – спросила Рита.
Зина всхлипнула и сказала:
– Как же я перед тобой виновата!
– Да не переживайте вы из-за квартиры, значит, так дедушка считал правильным.
– Да какая квартира, при чём тут это! Ты… ты – дочка моя… – и вновь залилась слезами.
– Как дочка? Меня же из детдома взяли…
– Так я тебя туда и отдала, прости Господи… молодая была, глупая, без денег почти, и Мишка, отец твой, сбежал сразу, как узнал о беременности… Прости, дочка…
Рита выбежала из комнаты.
Нотариус подошёл к ней, взял за локоть и сказал:
– Пойдём, дочка, довезу тебя, заодно всё расскажу.
Когда они отъехали, он продолжил:
– Да, дела… Кстати, по поводу Зины, то есть мамы, – я видел, как тебе было неприятно слышать про неё и деда. Так вот, это неправда. Ты же знаешь, что у деда был заметный шрам на всю грудь, когда на учениях граната взорвалась недалеко от него. А Зина сказала, нет примет. Не переживай.
В чешском доме на столе под стеклом Рита увидела клочок бумаги, развернула с трепетом. Короткая записка от деда: «Родная моя Рита, надеюсь, мне удалось сделать для тебя небольшой сюрприз. Прости, что пришлось отдать квартиру Зине – иначе она бы тебя съела. Будь счастлива, ты моя самая родная на свете!»
В первое утро в качестве владелицы дома она встала почти с рассветом, раздвинула шторы, открыла окно и вдохнула сладкий весенний воздух. Весна была в разгаре, не мимолетная московская весна, за две недели переходящая из зимы в лето, а настоящая весна, уже тёплая, но не жаркая, уже без снега, но ещё только с начинающими появляться листочками.
«Вот и стала Золушка принцессой», – сказала она себе.
Свадьба
Вася, продавец сантехники и по совместительству жених, говорит тост:
– Дорогие мои! Спасибо за ваши подарки и поздравления! Так приятно видеть вас за этим, пусть и небогатым (мать невесты поднимает голову, это её дом и её стол), но дружным столом! У нас для вас новость!
– Ой, неужели уже беременная? – с замиранием сердца Васина мама шепчет сидящей рядом маме Тани.
Та отмахивается:
– Да с чего бы?
– Как с чего???
Вася продолжает:
– Мы с Таней сразу решили, что свадьбу сыграем, только когда будет своё жильё.
Люся, подруга невесты, эффектная, уверенная в себе, встаёт с бокалом в руке, немного пьяна:
– Васька, да ладно, откуда у тебя жильё-то?
– Пришлось повкалывать (Васина мать вздыхает), Таня учеников брала – вы же знаете, она педагогический заканчивала, а то в её ДЭЗе не озолотишься… Я в выходные выходил, в вечернюю, коллег подменял, когда нужно было, продавцом года стал. Премию даже за это получил…
– Премию? – Люся ревниво разглядывает Васю.
– Так вот. Мы смогли достаточно отложить, родители помогли, для первого взноса хватило – мы купили квартиру!
Несколько человек ахают, кто-то радостно, а кто-то от неприятного удивления.
Вася продолжает:
– Хоть и ипотека, но ничего, расплатимся. Двушка!