Максим Шаттам – Терпение дьявола (страница 9)

– Можете на нас рассчитывать.

Едва оказавшись в коридоре, Людивина ткнула Сеньона кулаком в плечо:

– Пошли! Мы едем в Ла-Курнёв!

– Как это? Без подкрепления и бронежилетов? Ты спятила?

– Вообще-то, нет. У нас двоих больше шансов остаться незамеченными, чем у трех грузовиков национальной жандармерии.

Людивина зашагала к выходу, светлые кудряшки бодро заплясали на затылке. Сеньон поспешил следом.

– Нет, ты спятила, Лулу, – пробормотал он тихо. – А я, как дурак, тебе потакаю…

5

Улыбки и смех побеждали хаос.

Людивина шла вдоль вереницы машин, припаркованных у многоэтажки. Их окружал ультраурбанистический пейзаж, скопище обшарпанных домов. Прежде всего ее поразило, насколько здешняя реальность отличается от расхожих представлений. Она готовилась к зоне боевых действий, а вместо этого очутилась среди счастливых мамаш и веселых детей. Не идиллия, конечно, но жизнь сильнее нищеты. Это было настолько банально, что Людивина рассмеялась про себя. Она и сама не была принцессой из хрустального замка, она жила в разных условиях, не всегда пригодных для существования, однако очень давно не бывала в реальном городе. Как быстро все забывается, подумала она. Предрассудки, мифы и коллективное воображение вытесняют воспоминания.

Они с Сеньоном углубились в лабиринт башен и бараков с именами писателей и поэтов, которые словно дарили немного надежды и красоты этим душным кварталам. Зелень на клумбах давно погибла, если там вообще что-то росло, ее заменили бесконечные полосы засохшей грязи, усыпанные окурками. Кусты походили на обезображенные скелеты, неспособные расти в таких условиях, будто сама почва была больна, а единственная выжившая флора приняла облик белья, сохнущего на весеннем ветру под тенью спутниковых тарелок на каждом балконе. Людивина видела, как кто-то затягивается сигаретой, обозревая с высоты ландшафт, как поодаль разговаривают двое мужчин, другие пьют чай за столиком. С верхних этажей орут телевизоры; оглушительно грохочет автомагнитола из битком набитой машины, которая с ревом газует. Мальчишки играют в футбол посреди улицы. Квартал бурлил жизнью – богатой, насыщенной, напряженной.

Но эти немногие плюсы не могли кардинально преобразить этот район. Достаточно было посмотреть вверх, чтобы понять: расхожие представления по-прежнему имеют силу. Облупленные фасады, повсюду граффити, решетки на окнах нижних этажей, раскуроченные почтовые ящики, наваленные тут и там кучи мусора, разбитая плитка на тротуарах и вездесущая ржавчина, словно кровь умирающей архитектуры.

Людивина и Сеньон переходили из подъезда в подъезд в поисках источника информации. В одних воняло мочой, в других – марихуаной. Где-то гулял сквозняк и слышно было только свист ветра; где-то тусовалась молодежь, но разговоры сразу смолкали при появлении двух жандармов в штатском. Дюжина голов поворачивалась к ним, глаза таращились из-под кепок, капюшонов и беретов. Взгляды были вопросительные, любопытные, агрессивные, насмешливые, пристальные. Эхо голосов перекатывалось волнами: «Чё тут забыл этот ниггер?», «Слышь, сколько берешь?», «Эй, белобрысая, перепихнемся?», «Чё вам тут надо?», «Не хочешь нюхнуть?», «Заходите ко мне в хату», «За сколько дашь, цыпа?», «Не слушайте этого урода!», «Я бы вдул!», «Отвали!», «У меня есть все, что вы ищете»…

Обстановка становилась тревожной. Людивина и Сеньон в очередной раз вышли на улицу, обогнули раздолбанный остов сгоревшей машины и пошли к дому напротив. Теперь за двумя незнакомцами внимательно наблюдали отовсюду. Здоровенный негр и красивая хрупкая блондинка – интригующая пара, очевидно не местная. Они не выскочили из машины, чтобы тайком купить наркоту и сразу умчаться восвояси. Нет, они разгуливали тут пешком и явно искали что-то или кого-то. Белые вороны в отлаженной жизни квартала, где почти не задерживаются чужаки.

Вскоре Людивина заметила, что за ними целенаправленно следует небольшая группа подростков, и сделала им знак подойти поближе.

– Я ищу человека по кличке Чудила, он местный, – сказала она. – Не знаете, где его найти?

В компании были одни мальчишки. Старшим около двадцати, младшим нет и пятнадцати, прикинула Людивина. Все одеты по местной моде: толстовки, широкие спортивные штаны и кеды. Они начали расходиться полумесяцем, нацелившись взять жандармов в кольцо.

– А ты кто такая? – поинтересовался один из старших с сильным местечковым акцентом.

– Чё вам надо от Чудилы? – спросил паренек помладше.

– Не стремно вот так к нам соваться? – хмыкнул другой.

Каждому хотелось вставить слово. В голосах звучали насмешка, враждебность и желание пометить свою территорию. Парень в кепке, такой же черной, как его глаза и кожа, поднял руку, призывая всех замолчать. Недоверчиво покосившись на Сеньона, он шагнул к Людивине:

– Зачем вам понадобился Чудила?

– Есть к нему пара вопросов.

– Вы легавые?

Вся банда захихикала.

– Чем быстрее мы его найдем, тем быстрее уйдем отсюда, – сказала Людивина. – Если мы вас напрягаем, то можем вернуться с подкреплением и все тут расхерачить. Но ведь нам с тобой это не нужно, правда?

– С хера ли ты позволяешь телке так базарить с тобой, а, Фриндж? – поинтересовался один из парней.

– Ничё, мы ее научим, как себя вести, – пообещал другой.

Людивина сурово посмотрела на тощего подростка, который пытался ее спровоцировать.

– Думаешь, напугала? – не смутился тот. – Завали хлебало, а то огребешь.

Общий накал раззадоривал каждого участника банды, заставляя нарушать рамки дозволенного, словно они защищали свое право на жизнь. Было в их поведении что-то звериное – слабый обречен на вымирание, становится изгоем или погибает от рук сильнейшего если не в физическом плане, то в социальном.

Людивина сжала кулаки, готовая к любому развитию событий. Мысленно она отметила самых крепких. Начать нужно с них, чтобы произвести впечатление на остальных, напугать их, тогда стая быстро развалится и не сможет напасть.

Но парень в черной кепке приказал друганам молчать, властно шикнув.

– А вы рисковые, раз пришли сюда вдвоем, – сказал он. – У нас тут не любят легавых. Вы в курсе?

– Слушай, нам не нужны проблемы. Если мы сюда нагрянем со спецназом, вам мало не покажется. Чудила в вашей банде не состоит – он ведь сам по себе, верно? Скажите, где его найти, и возвращайтесь к своим делам, никто вас не потревожит.

– А что он натворил?

– Трахнул твою мамашу! – крикнул пацан, стоявший поодаль.

Главарь в кепке напрягся и развернулся к тому, кто только что проявил к нему неуважение. Медленно нацелил на него указательный палец, и пацан сглотнул, осознав, что нарвался.

– Нам нужны показания Чудилы по делу об убийстве, – пояснила Людивина.

– У нас тут никто не сдох в последнее время! – раздался голос.

– Ага, вам тут не Марсель! – подхватил второй.

– Где Чудила? – жестко повторила Людивина, не скрывая, что начинает терять терпение.

– А вы реально хотите с ним поговорить? – прищурился главарь банды.

– Более чем.

Парень указал на длинный барак в отдалении:

– Насколько я знаю, сейчас он живет в той развалюхе. Там пусто, ее скоро снесут.

– Спасибо. Вы только что избавили себя от неприятностей, – бросила Людивина на прощание.

– Мы-то да, а вот вы… Я удивлюсь, если Чудила вам не подгадит.

Все засмеялись.

Главарь утихомирил их взмахом руки.

– На вашем месте я бы подумал, прежде чем к нему соваться.

– Почему?

– Это опасно.

Внезапно повисла тишина.

– Опасно из-за вас?

– Нет.

– Тогда из-за кого? Местных торчков?

– Точно нет…

Людивина чувствовала, что Сеньону хочется поскорее уйти на безопасное расстояние от банды.

– Это дом с привидениями! – сообщил кто-то.

– Ага! Если войдешь, не факт, что выйдешь, – подхватил другой.

Людивина ждала реакции главаря.

Тот кивнул:

– Короче, мы вас предупредили.

Жандармы беспрепятственно прошли сквозь толпу и направились к длинному пятиэтажному зданию, на которое указал парень в кепке. За спиной раздался звук удара и вскрик мальчишки.