Максим Шаттам – Союз трех (страница 8)
Мэтт кивнул в знак того, что все понял, и поспешил поскорее отвлечь товарища от грустных мыслей, видя, что слезы снова наворачиваются ему на глаза.
– У тебя есть теплые вещи? – спросил Мэтт, указав на пижаму, в которую был одет его друг.
– Да, сейчас. Подожди меня, – ответил тот, вытирая глаза.
– Заодно возьми фонарик, если есть.
Мэтт хотел было добавить про продукты, но промолчал, вспомнив, кто находится на кухне. Тобиас говорит, что это может быть его отец! Значит, есть люди, которые исчезли, и те, которые… превратились в сморщенных, как шарпеи, мутантов. Мэтт задумался: а что, если обитатели всех квартир, куда не смогли проникнуть молнии, мутировали, а остальные испарились? Он снова подумал о своих родителях, к горлу опять подступил неприятный комок. Что стало с ними? Ему пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы прогнать навернувшиеся на глаза слезы.
Пришлось подождать пять минут, в течение которых он слушал, как в коридоре скребется мутант, со злобным рычанием натыкаясь на стены. Похоже, это существо не видит в темноте!
Наконец вернулся Тобиас: на нем было пальто с капюшоном, поверх которого мальчик накинул зеленый дождевик. Мэтт хотел сказать другу, что это слишком, но промолчал. Тобиас оделся так, как считал правильным.
– Я захватил свой скаутский набор, – показал Тобиас на рюкзак за спиной.
– Отлично, идем.
Действуя согласно плану, они выбрались наружу, и Мэтт вздохнул с облегчением. Он боялся, что придется провести ночь возле кухонной двери.
Проваливаясь по колено в сугробы, друзья направились к дому Ньютона. Спустя целый час усилий, потные и запыхавшиеся, они преодолели три четверти пути.
Тобиас заметил их первым.
– Там! – закричал он. – Люди!
– Не кричи, если это мутанты, лучше, чтобы они нас не увидели.
Пока Мэтт пытался понять, кто это там вдали, Тобиас вынул из рюкзака новенький бинокль и навел его на группу. Теперь трудно было вообще поверить, что они блуждают по Нью-Йорку, – в тишине, в снегу и только сейчас им встретились живые существа…
– Да чтоб меня!.. – воскликнул Тобиас. – Это дети. Подожди, с ними двое, нет, трое подростков. Всего их минимум десять.
– Взрослых нет?
– Не вижу ни одного.
Мэтт принялся изо всех сил кричать в направлении детей.
– Не думаю, что они услышали, – произнес Тобиас, приклеившись к своему биноклю.
– Ну да, они слишком далеко, да еще и ветер в нашу сторону.
– Может, попробуем их догнать?
– Нет. Они уже на приличном расстоянии, с такими сугробами навряд ли получится. Вернемся к нашему плану, – заключил Мэтт с ноткой грусти в голосе.
Тобиас убрал бинокль и направился вслед за Мэттом, изредка поглядывая туда, где только что за углом исчезли крошечные силуэты.
– Думаешь, и правда никого из взрослых больше не осталось? – немного помолчав, спросил он друга.
– Не знаю. Не хочу об этом думать.
Они подошли к дому Ньютона и стали осторожно подниматься по лестнице. Все этажи были пусты. Все окна выбиты. В кровати Ньютона лежали его трусы и футболка.
– Может, он где-нибудь спрятался? – спросил Тобиас.
– Не думаю, – мрачно ответил Мэтт, понимая, что означает эта одежда Ньютона.
Как и все остальные, их друг был проглочен вспышкой синего света.
– Что теперь?
Мэтт пожал плечами:
– Думаю, надо искать других людей, чем больше, тем лучше. Может, если мы соберем максимум показаний, то поймем, что все-таки произошло.
– Думаешь, кому-то удалось ускользнуть от… вспышек?
– Да, ведь мы видели детей… И мы с тобой тоже уцелели.
Почувствовав голод, Мэтт сообразил, что сегодня еще ничего не ел. И предложил:
– Скоро уже полдень. Надо поесть.
– Не уверен, что мне кусок полезет в горло…
– Так заставь себя, – оборвал приятеля Мэтт. – Нам нужны силы, чтобы пробираться через сугробы.
Они сделали сэндвичи с продуктами, найденными в холодильнике у Ньютона: сыром и ветчиной. Потом Мэтт намазал хлеб арахисовым маслом.
– Вот, хоть что-то упало в желудок.
После еды они снова вышли на улицу.
– Куда двинемся? – поинтересовался Тобиас.
– Сейчас мы недалеко от Ист-Ривер, надо бы посмотреть, что происходит там. Оттуда мы сможем увидеть противоположный берег реки и понять, затронула ли буря Квинс и Бруклин.
Тобиас кивнул. Мысль, что где-то в городе что-то могло остаться как раньше, обрадовала его.
Высоко поднимая ноги, друзья с трудом двигались вперед.
В какой-то момент Тобиас вдруг спросил:
– Ты заметил, все машины пропали?!
Мэтт хлопнул себя ладонью по лбу. Вот что его беспокоило. На улицах действительно не было ни одного автомобиля!
– Точно, а я даже не подумал! Куда же делись тачки?
– Вдруг они испарились вместе с людьми?
Мэтт согласился. Да, видимо, все так и случилось. «Живые существа и машины, – проговорил он про себя, не решаясь поверить. – Какая-то невероятная история. Наверное, я сплю, но скоро проснусь, и все будет хорошо». И тут же другой голос, голос рассудка, зазвучал у него внутри, вернув подростка в реальность: «Нет, нет, нет. Я не сплю. Разве во сне бывает так холодно? Да и сны никогда не снятся так долго, а этот длится уже много часов… Все это происходит на самом деле!»
Когда друзья подошли к реке, ветер усилился, касаясь их щек своим ледяным языком. Между двумя зданиями возникли очертания Ист-Ривер: широкая лента темной воды. Квинс на противоположном берегу казался таким же безмятежным, как и Манхэттен.
– Напротив тоже никого, – сказал Тобиас, не скрывая разочарования.
Мэтт окинул взглядом фасады домов, до которых было несколько сотен метров.
– Можешь дать мне бинокль? – вдруг попросил он.
Мэтт направил бинокль на небольшой парк, расположенный там же, на противоположном берегу. Он сразу их заметил: за деревьями прятались три человека, и Мэтт понял, кого они боятся: по направлению к ним, нагнувшись вперед, словно что-то высматривая на земле, медленно двигался мутант.
– Ну что там? – потерял терпение Тобиас.
– Вижу трех человек. Подожди… они выходят. Это подростки, нет, с ними один ребенок, ему точно меньше десяти. Они убегают, за ними гонится мутант.
Тобиас уточнил:
– Он их догоняет?
Выждав несколько секунд, Мэтт ответил:
– Нет… они быстрее его. – Он вернул бинокль приятелю. – Ладно, мы хотя бы узнали, что творится в остальной части города. Все одинаково.
– Думаешь, весь мир изменился?
Желая сдержать слезы, готовые вот-вот снова навернуться на глаза, Мэтт ответил самым оптимистичным тоном, на какой только был способен: