Максим Шаттам – Сердце Земли (страница 23)

На следующий день подступы к лесу стали видны еще яснее – вдали показались деревья километровой высоты.

Среди этих громадных растений Мэтт разглядел что-то похожее на проход – как будто чья-то чудовищная сила прорубила его сквозь Слепой лес, чтобы путники смогли попасть на юг.

Это и есть Волчий проход, – подумал он. – Единственная дорога, связывающая земли циников и пэнов.

Теперь им приходилось двигаться особенно осторожно, опасаясь столкновений с патрулями циников.

Однако пэны сочли, что главное сейчас – скорость, и решили не сбавлять ее и не покинули тропу.

Когда караван собак в очередной раз остановился отдохнуть, Бен указал пальцем на движущееся вдалеке за холмом маленькое облачко пыли.

– Похоже, там лошади, они скачут полным ходом, – произнес он, – и всадники направляются к нам.

– Всем укрыться в кустах! – приказал Мэтт.

Пэны спешились и увели собак в заросли. Мэтт, Бен и Эмбер подползли обратно к тропе и спрятались в папоротниках у ее края.

Вскоре послышался топот и появились два всадника. Они были в легких доспехах из черной кожи, на голове – скрывающие лицо шлемы. Когда они галопом проскакали мимо, земля задрожала.

Мэтт заметил у них на поясе мечи и длинные острые кинжалы.

– Что здесь делают два одиноких всадника? – спросил он вслух. – Слишком легкомысленно для циников, навряд ли это солдаты патруля.

– Разведчики или послы, – предположил Бен. – Когда они поскачут назад, надо быть начеку.

– Как думаешь, поблизости много патрулей циников? – поинтересовалась Эмбер.

– Не знаю, но вообще в последнее время их стало гораздо больше… Я не удивлюсь, если они все решат вернуться обратно в свои земли.

Бен отполз назад, Мэтт и Эмбер за ним, и вскоре все трое вернулись к остальным. Караван двинулся дальше.

Впереди шел Бен, Флойд был замыкающим, каждый следил за горизонтом, чтобы вовремя заметить даже малейшую опасность.

– Не знаешь, этот Волчий проход широкий? – спросил Хорейс.

– Я никогда не углублялся в него больше чем на километр, – ответил Бен. – Там, где он начинается, его ширина – три-четыре километра. Это поросшая высокой травой, идущая вдоль реки и уходящая вверх вместе с лесом равнина.

– Как сделать, чтобы циники нас там не заметили?

– Поедем по краю леса, за деревьями. Больше никаких костров, никаких скачек галопом, чтобы не поднимать пыль; будем двигаться, по возможности укрываясь в зарослях. Мы сможем прорваться!

Хорейс скорчил гримасу. Казалось, он не разделял оптимизма Бена, но промолчал.

Они ненадолго остановились перекусить и быстро отправились дальше. Несмотря на меры предосторожности, пэны хотели как можно скорее достичь Волчьего прохода.

Тропа огибала холм, за ним начиналась равнина с высокой изумрудно-золотистой травой. Волчий проход. Справа и слева поднимались ввысь колоссы – деревья Слепого леса. Посередине торчали редкие рощи хвойных деревьев и несколько кустов. Казалось, Волчий проход совсем близко. Но на самом деле до него оставалось еще больше десяти километров.

– Здесь начинается самая сложная часть пути, – предупредил Бен. – Надо решить: либо отправимся дальше прямо сейчас, не теряя времени, и тогда, если на тропе покажутся циники, мы их сразу заметим. Либо дождемся наступления темноты.

– Дождемся ночи, – сразу ответил Мэтт. – А пока отдохнем – и нам, и собакам необходим отдых. Завтра на рассвете снимемся с места и доберемся до Волчьего прохода.

Пэны свернули с тропы, разбили лагерь и залезли в спальные мешки, чувствуя, как ноют ноги и руки. Собаки принялись кататься по траве и вынюхивать дичь, чтобы поужинать.

Нил, все еще не пришедший в себя после совершенного накануне подвига, тут же уснул.

Эмбер держалась стойко. Мэтт знал, что она не из тех, кто покажет, что измучен и ослаб, – разве что станет совсем уж плохо.

Солнце садилось, небо темнело, огромную равнину, по которой начинали блуждать тени, еще освещали закатные лучи.

Внезапно на юго-западе появились светящиеся точки. Сотни двигающихся над землей маленьких, дрожащих огоньков.

Все предупрежденные Таней пэны, за исключением спавшего Нила, принялись внимательно вглядываться в эти мерцающие огни.

Факелы.

Бесконечная колонна, состоящая из силуэтов, которые перемещались неуверенной, прихрамывающей походкой.

– Это жруны! – догадался Флойд. – Тысячи жрунов идут в сторону Волчьего прохода!

– Они будут драться с циниками! – ответил Чен, не в силах оторваться от завораживающего зрелища.

– Я так не думаю! – произнес Бен. – Взгляните на переднюю часть колонны!

Пэны стали напряженно всматриваться в темноту и заметили впереди около пятидесяти черных всадников.

– Циники! – понял Флойд. – Что они делают вместе со жрунами?

– Они ведут их! – мрачно ответила Эмбер. – Ведут в свои земли. Жруны не собираются воевать с Мальронс. Они присоединятся к армиям циников.

– Это не входило в те планы вторжения, которые я видел! – разочарованно, как обманутый ребенок, воскликнул Мэтт.

Борьба пэнов против взрослых, с самого начала выглядевшая почти как самоубийство, только что стала абсолютно напрасной. Даже разработав отличную стратегию и напав первыми, пэны не смогут победить объединенные армии циников и жрунов.

– Пора домой, – сказала Таня. – Нет смысла двигаться дальше. Мы должны предупредить Совет Эдема, чтобы все успели покинуть город и уйти как можно дальше.

– А куда мы пойдем? – спросил Флойд. – Циники все равно доберутся до нас и истребят или превратят в рабов.

– Никаких изменений в нашем плане не будет! – распорядился Бен. – Если надо победить и армию жрунов тоже, будем сражаться! Мы и так знали, что будет трудно!

Таня и Чен удивленно посмотрели на него – Бен как будто не понимал всей серьезности ситуации. Флойд склонился к ним и сказал:

– Отправляясь сюда, мы не сомневались, что ситуация крайне сложная. Что мы можем не вернуться. Поэтому пойдем до конца.

Пэны еще некоторое время следили за колонной двигающихся по равнине человекоподобных существ, пока те не растворились в темноте. Остались только оранжево-желтые точки факелов, которые с каждой секундой светились ярче в сгущающейся темноте.

Затем колонна углубилась в пространство между деревьями Слепого леса. И равнина погрузилась во тьму.

В свете звезд завыли волки.

18. Волчий проход

Несколько часов подряд выли невидимые волки, ветер далеко разносил их вой, и возникало ощущение, будто по равнине, прогоняя незваных гостей, бродят призраки.

Мэтт проснулся около трех часов ночи, ему уже не спалось. Снов не было. Он не помнил их. Ночных кошмаров стало намного меньше. Неужели Ропероден перестал на него охотиться?

Вряд ли – какой бы ни была цель монстра, он не оставит Мэтта в покое, пока не добьется своего.

А может быть, Ропероден где-нибудь далеко? Вот почему кошмары не мучают меня: он не успевает погрузиться в мое бессознательное и вытащить его в бессознательное коллективное.

Мэтт не знал, хорошо это, в конце концов, или плохо. Появление Роперодена могло поставить под угрозу всю их экспедицию, но в то же время это означало бы, что он сможет бросить вызов чудовищу. Попытаться вернуть Тобиаса.

Но что, если Тоби уже мертв? Что, если я ошибаюсь и он погиб в тот момент, когда монстр проглотил его?

Тогда я буду мстить.

Мэтт собрал вещи и принялся осторожно будить товарищей. Пришло время отправляться дальше.

Нил восстановил силы, он проснулся, и голова больше не болела.

Пэны двигались по равнине, пока не добрались до Волчьего прохода. За кронами деревьев Слепого леса луна теперь была не видна, по обеим сторонам прохода торчали гигантские, высотой с гору, стволы. Пэнам предстояло преодолеть несколько десятков километров по темной просеке шириной в четыре километра, в расчете, что они смогут избежать встречи с патрулями циников или другой опасности.

Они вступали на вражескую территорию.

Словно переговариваясь, выли волки. Сначала их присутствие не тревожило пэнов, но понемногу собаки стали реагировать на вой и вздрагивать. Их поступь сделалась менее уверенной, а шерсть на холках встала дыбом.

– Чувствуете, как они напуганы? – встревожилась Эмбер.

– Да, и Плюм тоже, – ответил Мэтт. – А ведь собаки такие большие, что не дадут себя в обиду, если на нас нападут волки.