Максим Шаттам – Другой мир. Королева Мальронс (страница 11)
Но когда очередь дошла до Эмбер, Тэррелл сделал вид, что ее не существует. Он указал на деревья, стоявшие у входа в Слепой лес:
– Идите прямо на юг, не разжигайте костров, не шумите, старайтесь вести себя тихо. Удачи! – Потом наклонился к Мэтту и добавил, указывая на Эмбер: – Будь осторожнее с ней. Она – женщина. Сам не заметишь, как она внушит тебе такие ужасные мысли, что ты станешь циником раньше, чем сам поймешь.
Мэтт собирался ответить что-нибудь резкое, но не нашелся что сказать. Ему хотелось защитить Эмбер, она была классной девчонкой, и он ее совершенно не опасался.
Тэррелл и его отряд углубились в заросли высокой травы и вскоре исчезли за небольшой рощей.
– И нам пора, – сказал Мэтт, надевая рюкзак поверх перевязи, на которой висел меч.
– А я уже начал к ним привыкать, – ответил Тобиас. – Странно, что мы так долго общались с кем-то еще, кроме нас самих. Думаю, мне будет их не хватать.
– А вот мне – нет, – отозвалась шедшая впереди Эмбер.
Свет стал меркнуть через двадцать минут. Мэтту пришло в голову слово «занавес» – друзья шли под цветами гигантских ромашек, каждый лепесток которых был размером с большое автомобильное колесо. И эти лепестки скрывали от друзей солнце.
Чтобы проникнуть на «второй уровень», им пришлось карабкаться по корням двухметровой высоты, затем по высоким пням, и только потом друзья смогли снова ступить на твердую землю. Все растения здесь были непропорционально большими. Листья некоторых размерами превосходили доску для серфинга. Чем глубже троица забиралась в лес, тем крупнее становились деревья. Через час пути Мэтт уже не мог различить их верхушки.
Дальше шли почти в полных сумерках. Друзья старались ступать осторожнее, чтобы случайно не провалиться в чью-нибудь нору – что могло быть хуже, чем подвернуть лодыжку!
Когда они проходили мимо усеянных разноцветными ягодами кустов, Эмбер дважды предупредила Мэтта и Тобиаса, чтобы те ни в коем случае их не пробовали.
Плюм без труда следовала за ребятами, перепрыгивая через небольшие препятствия, взбираясь на холмы и оставляя шерстинки на колючих кустах, через которые они не спеша продирались.
Все утро друзья двигались не быстро, избегая незнакомых и странных растений, обходя широченные, с дом, стволы деревьев, взбираясь по крутым склонам и огибая наполненные туманом овраги, опасаясь спускаться в них.
В полдень немного перекусили и, решив не задерживаться, сразу же отправились дальше.
Казалось, даже Плюм теперь была настороже, она постоянно нюхала воздух и поворачивала голову на каждый подозрительный звук. И это тем более беспокоило друзей – ведь обычно собака вела себя очень спокойно.
Первым капли заметил Тобиас.
Они оказались среди диковинных растений, похожих на пятиметровые артишоки; некоторые сочились густой жидкостью янтарного цвета. Тобиас принюхался и восхитился запахом. Прежде чем Эмбер успела остановить его, он обмакнул в капли указательный палец и поднес его к носу. Аромат был волшебным. И таким знакомым. Тобиас сунул палец в рот.
– Мед! – воскликнул он.
Мэтт тоже поймал на палец каплю и проглотил ее.
– Невероятно вкусно! – обрадованно сказал он.
– Вы с ума сошли! – воскликнула Эмбер. – Это же может вас убить, вы что, не понимаете? А если ночью вам скрутит живот, что я буду с вами делать в этом месте, совсем одна?
Мэтт не дал ей договорить. Он зачерпнул горсть меда и провел ладонью по губам Эмбер. Та застыла, ошеломленная. Девушка стояла молча, не в силах произнести ни слова. Затем машинально облизала губы и просияла.
– И правда вкусный! – призналась она.
– Давайте наполним им фляги! – предложил Мэтт.
Каждый набрал себе по два литра нектара. Тобиас внимательно рассмотрел порез на стволе.
– Как думаете, они возникли сами собой? Или кто-то постарался? – спросил он.
– Ну, раз уж ты сам начал… – ответила Эмбер. – Мне кажется, что нет. На стволе много следов, смотри, насечки сверху, над порезами и под ними.
– Это когти, – предположил Мэтт.
– Ты так думаешь? – скептически заметил Тобиас.
– Конечно, – ответил Мэтт, но в его голосе не было уверенности.
– А что, если это…
Тут, заметив, что его друг указывает пальцем на какой-то след на земле, Тобиас умолк. Отпечаток был в два раза больше того, который мог бы оставить слон, с четырьмя бороздами спереди, похожими на следы огромных когтей.
– Думаю, лучше побыстрее смотаться отсюда, – предложила Эмбер, убирая в рюкзак полную флягу.
Друзья торопливо пошли прочь, то и дело оглядываясь по сторонам. Не прошло и пяти минут с тех пор, как большие медовые артишоки остались позади, а их глазам открылось новое невиданное зрелище.
Сумевшие пробраться сквозь густую листву в вышине, редкие лучи солнца освещали множество мерцающих золотистых бутонов, которые венчали тридцати-сорокаметровые растения, похожие на огромные лиловые тюльпаны.
Сами того не осознавая, друзья замедлили шаг. Они принялись разглядывать желтые споры, напоминающие слегка подрагивавшие небольшие якоря.
– От ветра, – предположил Мэтт.
Потом одна спора отделилась от прозрачного волоска, соединявшего ее с растением. Она падала медленно, а следом за первой оторвались и упали еще сотня-две спор.
Первая опустилась к ногам ребят. Испугавшись падающих «якорей», Плюм отбежала подальше, в папоротники.
– Красиво, – сказала Эмбер.
Тобиас согласился с ней:
– Немного похоже на одуванчики.
Одна из спор упала в ладони Эмбер.
– Фу, как липко! – почти с отвращением сказала она.
Пока девушка пыталась избавиться от споры, еще несколько штук приклеились к ее плечам и спине.
Внезапно пять прилипших спор поднялись и стали двигаться в обратном направлении – вверх.
– Что за… – удивился Тобиас. – Они тебя тянут!
Оказалось, что концы спор вонзились в одежду, как рыболовные крючки.
– Нити! – понял Мэтт. – За ними нити!
Тонкие, незаметные волокна натянулись и оторвали Эмбер от земли. Девушка закричала.
Тобиас поднял голову и увидел два огромных бутона, которые вдруг раскрылись – будто разинули жирные розовые рты.
– Плотоядные растения, – закричал он, бегая между падающими спорами и стараясь прицелиться в бутоны из лука.
Эмбер поднималась прямо ко ртам, из которых капал сок.
Мэтт выхватил меч из ножен и запрыгнул на большой камень. Лезвие просвистело в воздухе и перерезало все пять нитей одновременно. Эмбер упала бы на землю, но Мэтт успел подхватить ее. Девушка прижалась к нему.
Две споры воткнулись в рюкзак ее друга и попытались утянуть вверх теперь уже его. Эмбер выхватила меч из рук Мэтта и перерубила нити.
Тобиас по-прежнему стрелял в огромные рты растений, тетива звенела, но его стрелы не долетали до бутонов. Слишком высоко!
– Сматываемся отсюда! – крикнул Мэтт, увлекая друзей за собой.
Все трое бежали, петляя между падающими «якорями», пока не оказались на порядочном расстоянии от бутонов. Можно было остановиться и отдышаться.
Ни одной споры больше не было видно.
– Проклятые растения! – выругался Мэтт, переводя дыхание.
Тяжело дыша, Эмбер согнулась и уперлась ладонями в колени.
– Неплохо для первого дня! – произнесла она.
Чуть отдышавшись, они продолжили путь, пока не добрались до небольшого прудика с черной водой. Устав, ребята решили остановиться рядом на ночлег. Эмбер предложила помыться в пруду, но Мэтт с Тобиасом отказались. После приключения со спорами ребятам не хотелось новых неприятных сюрпризов. Несмотря на протесты обоих мальчиков, Эмбер опустилась на колени на илистом берегу. Но, увидев в воде огромную рыбину, вскочила, отбежала подальше от берега и решила, что все же не будет мыться во время перехода через Слепой лес.
По совету Тэррелла Союз трех предпочел не разжигать костер, и они поужинали холодными консервами с тунцом и кукурузой. На десерт было печенье. Ночь наступила быстро, почти мгновенно.
Когда тьма сгустилась, в соседних зарослях появилось неподвижное белое свечение. Мэтт взял меч, подошел к кустам и раздвинул листья, чтобы понять, что там светится.