Максим Сапфиров – Сансара (страница 4)
Нова схватила перепуганную подопечную, резко ставя ее на ноги.
— Не сидите! Или хотите, чтобы ваши души забрал морской дьявол?!
— Так значит, в дьявола вы верите, а Морскую Деву, которой каждая из вас поклялась служить до конца жизни, вы позабыли?
На мгновение все стихло, даже дождь перестал. У высоких дверей стояла Гуттиэре, перекрывая выход. Нова резко обернулась к младшей жрице.
— Нам нужно бежать, а не пререкаться с друг другом! Обитель не выдержит шторма!
Гуттиэре медленно покачала головой.
— Нет, — коротко сказала она.
— Что значит — нет?! — возмутилась Нова.
Вдалеке вновь громыхнуло. Старшая жрица подбежала к отступнице, грубо хватая ее за плечи, намереваясь оттолкнуть. Но двери со стороны моря резко распахнулись, взметнулись тяжелые шторы. Вместе с ветром и дождем в зал ворвался мощный поток воды. Он заполнил собой все пространство. Соленая вода, точно живая, билась о стены, окутывала собой своды, смывая все на своем пути.
Нову подбросило к потолку и швырнуло вниз. Удар оглушил ее, в легкие попала вода. Крики служительниц постепенно умолкали. Когда Нова наконец смогла вдохнуть, она обнаружила себя совершенно одной посреди главного зала. Столы, стулья — все смело, лишь алтарь стоял в центре, как ни в чем не бывало. Все еще оглушенная, с затуманенным взглядом, Нова силилась подняться, но не смогла: какая-то странная слабость сковала её.
— Помогите… — прохрипела она.
К ней кто-то подбежал, но Нова не смогла обернуться, чтобы разобрать лицо. Кто-то кроме нее выжил. Наконец, она услышала знакомый голос.
— Я помогу подняться, обопритесь на меня, — Ава оказалась рядом и попыталась подхватить руку Новы, но замерла.
— Чего ты ждешь?! — зло прикрикнула Нова, глядя на девушку.
Ава, бледная, точно лунный диск, приоткрыв рот, уставилась куда-то в сторону. Раздраженная ее бездействием, старшая проследила за ее взглядом и наткнулась на еще одну уцелевшую служительницу.
Гуттиэре стояла на том же месте, у главных дверей, целая и невредимая, даже ее одеяние и волосы казались совершенно сухими.
— Не стой! — крикнула ей Нова. — Здесь все скоро обрушится.
— Я же сказала, нет, — Гуттиэре не спеша направилась к ним. — Обитель уцелеет.
— Да кто ты такая, чтоб о этом судить?!
Младшая жрица поравнялась с ними и медленно обратила взгляд на Нову. Ава тут же выронила руку последней и попятилась назад, пока не уперлась спиной в стену.
— Ни одно божество не станет разрушать свою обитель, — с улыбкой произнесла Гуттиэре.
— Что?!
Нова вскинула руку, но Гуттиэре вместо того, чтобы ухватиться за протянутую ладонь и помочь, ловко стянула с пальца Новы перстень. Лунный камень печально сверкнул в свете молнии, озарившей все вокруг. Холодный свет упал на лицо девушки, и Нова похолодела. Перед ней стояла не младшая жрица. Больше не она. Что-то в ней бесповоротно изменилось. По одному её взгляду Нова поняла, что она не собирается помогать.
— Кто ты? — дрожащим голосом спросила Ава.
Гуттиэре расправила плечи. Ее лицо — как холодная маска — не выражало ничего, но при взгляде на Аву алые губы Гутты растянулись в улыбке.
— Тебе нечего бояться, Любимица Волн, однако я прошу тебя покинуть храм.
Глаза Авы расширились, девушка приклонила колени, уткнувшись лбом в ладони, и быстро зашептала:
— Морская Дева, грозная сестра Серебряной Луны, не гневайся на нас, прости все наши проступки, защити нас!
Гуттиэре направилась к ней, но Нова не услышала шагов, будто бы девушка не шла, а плыла по воздуху. Она склонилась к Аве и мягко положила ладонь на ее плечо.
— Взгляни на меня, Ава.
Трясясь от холода и благоговейного ужаса, та повиновалась, в ее глазах застыли слезы.
— Не страшись, ибо тебя не коснется гнев, ты вольна идти куда захочешь, но не смей просить пощады для тех, кто насмехался над верой в Морскую Деву. Такой милости я не окажу.
Девушка двумя пальцами дотронулась до лба Авы, всего на секунду, и тут же убрала руку. Но после этого прикосновения лицо перепуганной Авы прояснилось, глаза засияли, в них поселилось умиротворение.
— Ты вернешься сюда, ко мне, и продолжишь свою службу, ты вознесешь здесь еще ни одну молитву, и твоими силами вера людей оживет. А теперь ступай.
Точно зачарованная, Ава поднялась, на ее лице расцвела улыбка. Она медленно зашагала к выходу, ни разу не обернувшись. Тяжелые двери медленно раскрылись перед ней, позволяя пройти, и стоило силуэту Авы скрыться в ночном тумане, захлопнулись сами собой.
Гуттиэре развернулась к старшей. Нова попыталась отползти, спрятаться, но неведомая сила прижала ее к холодному полу, не позволяя двинуться с места.
— Кто ты? Или что ты? — выдавила из себя Нова.
Гутта подошла к ней, ее лицо вновь окаменело, и от того становилось лишь страшнее.
— А разве ты не помнишь? — спросила она, чуть склонив голову на бок. — Я та, кто может быть понимающей. Та, кто может быть непреклонной и жестокой! Та, кто покарала неверных. Я та, кому в этой Обители клялись молиться.
Гуттиэре склонилась к Нове и прошептала:
— Я та, кому ты обещала свою жизнь.
Зрачки Гуттиэре медленно расширились, полностью поглотив радужки и растеклись дальше, сделав глаза непроглядно черными, как бесконечная глубина морского дна.
Животный ужас отразился на лице старшей жрицы, крик застрял в горле.
— Нет…
Гуттиэре ласково провела мертвенно холодными пальцами по щеке Новы и, отступив на шаг, раскинула руки.
— Узри же Морскую Деву, которую ты отвергла.
Ее длинные серебристые волосы заструились подобно волнам, выбиваясь из аккуратной прически. Бледная кожа сделалась голубоватой и теперь мерцала в свете луны. Даже одеяние исчезло, оголив полупрозрачное тело.
Гуттиэре покрутила в пальцах перстень с лунным камнем и не торопясь надела его. Она кинула взгляд к алтарю, на котором нетронутыми лежали другие драгоценности — дары, и те в мгновении ока оказались на ней. Серебро ожерелий, браслетов и колец вернулось к своей истинной владелице. Нова ощутила холодную легкость в ушах, ее серьги теперь тоже были у Морской Девы.
— Ты погубила их. Погубила всех нас! — зло выплюнула Нова. — Мы должны были служить тебе, но теперь никого не осталось…
— Именно! Дорогая Нова, вы должны были служить мне! Но ваша алчность, ваша злоба и равнодушие сгубили вас.
— Я дала тебе приют, я хорошо к тебе относилась. Наши сестры приняли тебя. Этого было недостаточно?!
Морская Дева задумчиво окинула взглядом зал.
— Ты говоришь об этой бедняжке. Да, вы приняли, но пытались и ее, искренне верующую душу, склонить в свою сторону. Так ты поступала со всеми.
Богиня медленно направилась во внутренний двор, но на ступенях обернулась.
— Вы разрушили все. Клялись посвятить себя вере, но вместо этого жили за счет горожан, думая только о себе! Ты стала разносчиком этой заразы. Ты повинна во всем, Нова. Я лишь избавляю мир от скверны. Вы все обещаны мне, и теперь я забираю свое.
Последняя волна, накинувшись на берег, поглотила каменные своды, а, отступив, не оставила после себя ничего, кроме холодного мрамора стен, цветных витражей и алтаря.
К рассвету буря стихла, уступив место штилю. Солнце медленно поднималось над морем, нехотя выползая из глубин ночи. В Обители поселилась тишина, нарушаемая лишь мягким шуршанием ласковых волн, набегающих на песчаный пляж, и…Нова проснулась в холодном поту, судорожно хватая ртом воздух. Полумрак её покоев казался зловещим, а сердце колотилось так, будто готово было вырваться из груди. Отголоски ночного кошмара всё ещё витали в воздухе, опутывая сознание тонкой паутиной страха.
— Приснится же такое! — прошептала она, чувствуя, как по спине пробегает неприятный холодок. — Нужно вознести молитвы Морской Деве. Видимо, я действительно стала забывать об обещании, данном ей.
А обеты, принесённые богам, не прощают пренебрежения.
Произошедшее не повлияло на её отношение к Гуттиэре — по крайней мере, внешне. Хотя это был всего лишь сон, Нова ощущала в странной, чудаковатой девушке некую скрытую силу. Она догадывалась о её великом предназначении и, признаться, немного этого опасалась. В Гуттиэре было что-то неуловимо дикое, первобытное — словно она была частью стихии, а не создания цивилизации.
— Далеко пойдешь, девочка, если тебя не остановят, — злобно шептала про себя Нова, каждый раз встречая девушку в своем храме. В этих словах звучала не только зависть, но и предостережение. Путь к величию редко бывает усыпан розами, и Нова знала это лучше других.
Глава 2. Обещание
Холодный ветер с моря трепал волосы Гуттиэре, когда она подошла к причалу. День выдался унылым и серым, впрочем, как и её мысли. Корабль с телами утопленников вновь задерживался, и она ненавидела это ожидание, но, возможно, сегодня оно не будет таким гнетущим. Служительницу больше беспокоили религиозные будни её храма. Гутту (так по-прежнему называли её между собой жители Обители Волн) недавно назначили старшей жрицей, и этот новый статус немного смущал новую Любимицу Волн.
«Неужели и я когда-нибудь стану такой же, как Нова? Такой же холодной и расчетливой?» — думала она, глядя на горизонт. Внезапно вдалеке показалась лодка. На ее носу стояла хрупкая фигура, закутанная в темный плащ. У путницы были большие, светло-голубые глаза, которые сразу приковывали внимание. Кожа девушки — нежная, почти фарфоровая, удивительно контрастировала с легким румянцем на щеках. А длинные вьющиеся каштановые волосы, частично собранные у лица, придавали ей милое очарование. Когда лодка причалила, Гуттиэре с удивлением разглядела девушку с заплаканными глазами, которая крепко сжимала в руках старый компас. В полном отчаянии странница обратилась к жрице.