Максим Путилин – Узник эмоций. Том 1. Начало пути (страница 14)

– М-м-м.

Тело, лежащее возле меня, начало шевелиться.

– С добрым утром, – мягко сказал я.

– Акио, ты проснулся! – радостным голосом закричала она, крепко обхватив мою шею.

– Тише-тише, раздавишь!

– Терпи! – тут же ответила она, едва сдерживая слёзы.

Я повиновался моменту и легонько погладил её по спине.

– В целом всё хорошо, единственно, голова звенит, да и в памяти всё расплывчато.

– Это скоро пройдёт, главное, раны затянулись.

– Угу.

Её лицо светилось от счастья. Она дежурила у моей кровати с тех самых пор, как меня вволокли в церквушку. Не удивительно, что она полна радости. Похоже ей удалось уснуть только прошлой ночь, остальное время бедняжка не смыкала глаз, держа за руку одного храброго глупца.

– Знаешь, мне никогда не забыть той тьмы, которая кружилась над тобой в пещере, – неожиданно начала она. – Из твоей правой части тела выходила чернота, создавая вокруг хаос. Страх не покидал меня, пока ты не одержал вверх над гоблинами. Только после этого ты успокоился.

В горле встал ком. Мне было нечего ответить ей. Всё это случилось по моей вине. Из-за меня бедняжке пришлось пережить такое страшное событие. На протяжении пяти дней она и все остальные ухаживали за мной. Всех извинений мира не хватит, чтобы простить мою эгоистичную натуру.

Я хотел попросить прощение за всё, но не знал, как его получить, вот только ответ пришёл ко мне крайне быстро и шёл он от моей подруги.

– Раз ты идёшь на поправку, у меня есть предложение. Скоро пройдёт ночь звездопада и… – она опустила голову, пытаясь придумать что-то, а потом снова подняла и взглянула в мои глаза. – Я хочу увидеть падающие звёзды!

Сложно будет устроить такое событие. Родители явно не одобрят нашу вылазку. Тем более с учётом недавних событий. Раз монстры оказались так близко к нам, то вполне вероятно, что они могут заглянуть в деревню. Однако, для меня это отличный повод извиниться перед Сицилией. Да и происходит такое не каждый день. Пожалуй, и Марк захочет увидеть его. Да, он явно разозлиться на нас, но мы его вытащим и включим в эту авантюру.

– Мы давно не собирались вместе.

– Так значит… – с надеждой вслушивалась она.

– Когда начнётся представление?

– По словам Марка, через три дня.

К этому времени я точно встану на ноги.

– Будет тебе звездопад.

– Правда? – спросила она, словно не веря своим ушам.

– Чистейшая.

Малышка хотела обнять меня, но не успела.

Вдруг заскрипела входная дверь, находящаяся по правую руку от меня.

– А я ни капли и не сомневалась в тебе! – радостно воскликнула Пина.

Сицилия тут же вернулась в прежнее положение, слегка покраснев.

В комнату вошла женщина тридцати лет. Её жизнерадостности можно было позавидовать. В руках она несла поднос с едой. Стоило ли удивляться, она никогда не заходит с пустыми руками. Пожалуй, в готовке ей нет равных. Не хотелось бы этого признавать, но даже тётушка Аливия не сможет с ней сравниться. Единственное в чём она выигрывает у Пины, так это жареная рыбка под секретным соусом. Пина до сих пор не разгадала её секрет.

На ней сидело длинное розовое платье до пола, поверх которого висел фартук; на голове её гнездилась белая повязка, слегка прикрывающая розовые волосы, а на ногах виднелись лёгкие сапожки. Её рост составлял примерно сто пятьдесят шесть сантиметров – совсем небольшая, особенное, если учесть габариты дяди Боба. У неё хорошая фигура и ещё детское лицо. С каждым шагом в её карманах слышался шелест конфет, которые она обычна держала для детей.

– Тебе лучше? – поинтересовалась тётушка Пина, осматривая меня с ног до головы.

– Да, но голова трещит.

– Я поставлю это на стол, не забудь поесть. Мы вместе с Аливией приготовили твою любимую жаренную рыбку под секретным соусом, так что наслаждайся завтраком. – Пина поставила еду на прикроватный столик.

– Дайте угадаю, соус готовила тётушка Аливия?

Пина надула губки, а потом улыбнулась мне.

– Что уж поделать, пока я не в силах разгадать секрет, но ничего, скоро я выведаю ингредиенты, – с упорством заявила она.

– Мама долго создавала его и использовала не мало трав для вкуса. Но, ваши кулинарные войны меня не касаются, а вот еда подоспела вовремя.

Я перевёл взгляд на Сицилию, глаза которой бегали то на меня, то на поднос с едой.

Ох, чую беду, она точно что-то задумала! Ещё и улыбается прям как маленький дьяволёнок.

– Чуть не забыла! – вновь заговорила тётушка, отходя от раздумий, связанных с кулинарией. – Боб сделал для тебя магический браслет в честь выздоровления. Когда поправишься, заходи к нам в кузницу, он хочет лично передать его тебе.

– Благодарю, – с улыбкой ответил я.

– Ладно, набирайся сил, я пойду. – Помахав рукой и угостив нас с Сицилией конфетами, Пина вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

– Ай! – Я попытался встать с кровати, чтобы взять еду со стола, но боль пронзила моё тело.

– Не вставай, я сама покормлю тебя, – улыбаясь произнесла Сицилия.

Она придвинулась ко мне поближе и потянулась за едой.

– Не стоит, – отозвался я, пытаясь остановить подругу.

– Не вредничай, ты сейчас не в том положении, чтобы спорить со мной! Твоему телу нужно восполнить энергию, поэтому просто смирись, я от своего не отступлюсь.

Да уж, сейчас с ней лучше не спорить.

– Ладно, – с неохотой согласился я.

Подруга не стала дожидаться с моря погоды, поэтому уже очень скоро в её руке прям как по волшебству очутилась вилка, на которой была нанизана золотистое и на вид хрустящее филе лосося. Мясо оказалось очень нежным внутри. А соус отлично дополнял всё блюдо и подчёркивал вкус мяса. Ничего вкуснее я не пробовал. К тому же, весьма приятно, когда тебя вот так вот кормят. Ощущения смешанные и непередаваемые.

Эх, и так ведь вымоталась со мной, но всё равно продолжает ухаживать. Не понимаю я её.

– Вкусно? – поинтересовалась Сицилия, склонив голову набок.

– Угу.

– Чудесно! Осталось дождаться сестрицу Лори. Она осмотрит тебя и выдаст своё заключение по поводу состояния. – Подруга опустила голову, смотря прямо в тарелку, словно о чём-то задумавшись. – Слушай, спасибо тебе за всё, но прошу… – Её голос дрожал. – Не рискуй больше жизнью. Ты даже не представляешь, как я переживала за тебя. Понимаю, я сама виновата во всём. Мне нужно было спокойно выслушать твою речь в лесу, но я не смогла… Просто не выдержала и кинулась куда глаза глядели, – с грустью объяснила подруга.

– Оба хороши, – отозвался я, проживав сочный кусочек мясца. – Я постараюсь, чтобы подобных ситуаций больше не случалось. – Конечно же я врал. Рисковать собой ради неё было верным решением, и я не сожалел. – У меня сердце было не на своём месте, когда увидел множество следов рядом с пещерой.

Не успел я выговориться, как теплота обвила мою грудь. Сицилия прижалась ко мне, уткнувшись в меня личиком.

И никакие слова больше не нужны. Этот жест заставил нас принять вину друг друга.

Как-то раз в одной книге я видел подобную сцену, и главный герой сказал: «Ради таких моментов стоит жить!»

И, знаете? Он чертовски прав!

***

В таком положении мы просидели с минут пять, а потом Сицилия попрощалась со мной, пожелав скорейшего выздоровления.

Всё бы хорошо кончилось, если бы не было одной важной и такой загадочной детали. По всей видимости рисунки обладают какими-то магическими свойствами. Марк упоминал дриад. Да, по рассказам эти древние существа знают всю историю нашей планеты. Им известна вся магия мира и суть её зарождения. Они наверняка знакомы и с такой необычной магией. Среди всех зацепок в голове, была лишь одна – ярость. Чувства злости и ненависти не отпускали меня, но я получал всё больше и больше силы. Она была пропорциональная негативным эмоциям. Не знаю, есть ли здесь связь, но это точно не спроста. Стоп! Ошибочка. Среди всего была ещё одна зацепка – голос. Таинственная сила звала меня. Не радуют слова Сицилии. В её воспоминаниях не значилось никаких потусторонних голосов. Вывод напрашивается сам на себя. Либо я псих, либо этот голос как-то связан с рисунками и… Тупик, остаётся признать, что я ненормальный. Не лучший расклад. Что ж, я это так не оставлю.

Мысленно я уже во всю боролся со своим сумасшествие и искал выход из непростой ситуации, как вдруг заскрипели дверные петли.

В мои покои совершенно спокойно вошла чудачка. Такое поведение ей не свойственно. Я сразу заподозрил неладное. Постепенно путы страха окутывали сердце, ускоряющее свой темп.

Чую угрозу. Не может она вот так войти. Обычный человек – да, но не эта монашка. Явно не с пустыми руками. Небось новое зелье не терпится испытать.