Максим Попов – Король орков. Путь воина (страница 9)
– За мной! – приказал Гримбаш воинам, которые будут охранять его по дороге. После этого старший сын вождя вместе с женой и отрядом отправились в путь, лежащий на север, в Музкорг – небольшую крепость, которая была родиной Зафики.
Гримбаш не даст соврать, что знакомство со своей будущей женой у него было забавным. Однажды он отправился на охоту вместе с дюжиной орков, уйдя далеко от родного города. Сын вождя приметил одного крупного оленя, за которым началась погоня. Никто никак не мог пристрелить ловкого зверя, который постоянно скрывался в гуще дремучего леса. Отряд Гримбаша зашёл так далеко, что они встретились с другим отрядом орков, охотившихся в этих местах. Гримбаш неожиданно вышел из гущи деревьев, как ему попала стрела в… в общем пониже спины. Это была Зафика, которая приняла сына вождя за оленя, случайно выстрелив в своего будущего мужа. Как говорит Гримбаш, та группа охотников знатно напилась перед охотой, что Зафика конечно же отрицает. Пока поражённый коварной стрелой орк корчился от боли, охотники всё же убили оленя. Только вот орки-охотники не могли решить, кто же всё-таки убил его и кому причитается добыча. Когда Гримбаш отошёл от предательской раны, он тут же начал беседу с Зафикой. Ему повезло, что стрела вошла не глубоко, иначе встать он бы не смог. Ароканды смогли договориться между собой, разделив добычу пополам. А Гримбаш и Зафика договорились в следующий раз поохотиться вместе. И не пить перед охотой. Они понравились друг другу, а вскоре полюбили друг друга. Это было так давно, будто целая вечность прошла. На деле уже прошло пять лет с момента их знакомства.
Эту историю Райсенкард слышал много раз. Ему эта пара казалась необычной. Гримбаш очень хорошо относился к своей жене, как и она к нему. У них были довольно гармоничные отношения. Юный орк мечтал когда-нибудь и себе найти такую спутницу по жизни.
Тем временем Гулзур и Шинегра остались наедине. Пара лежала в обнимку на просторной двуспальной кровати, обсуждая всё, что только можно.
– Как успехи у младших в кузне? У Райсенкарда и Одокара? – поинтересовался Гулзур, поглаживая спину жене.
– Они молодцы, – добро улыбнулась Шинегра, нежно и легонько поцеловав мужа в губы. – Ребята быстро учатся, ведь в них моя и твоя кровь. Мои родители были лучшими кузнецами крепости в своё время. Я многому научилась у них по молодости, ещё до замужества. Мне их порой не хватает.
– Здесь мне тебя не понять, жена. У меня не было тесных связей с роднёй, – ответил Гулзур, подняв глаза на потолок.
– Ты совсем не рассказывал о них, а я не спрашивала – может это больное?
– Когда-нибудь я расскажу тебе, – ответил Гулзур, закрыв глаза.
Шинегра почувствовала, что разговор становится слишком серьезным, и решила сменить тему. Она прижалась к мужу, обняв его покрепче.
– А ты помнишь, как мы впервые встретились? – спросила она с улыбкой.
Гулзур открыл глаза и повернулся к ней, его лицо озарилось теплом воспоминаний.
– Конечно, помню. Ты тогда пришла в кузню, чтобы посмотреть, как я работаю. Я был так занят, что даже не заметил, как ты стояла у двери и смотрела на меня.
– А я думала, что ты не заметишь меня вообще! – засмеялась Шинегра. – Ты был так сосредоточен на своей работе.
– Да, но когда я наконец поднял голову и увидел тебя, все вокруг словно исчезло. Я даже забыл о молоте в руках! – Гулзур улыбнулся, вспоминая тот момент.
– Это было так мило! – сказала Шинегра. – Я тогда сразу поняла, что ты особенный.
– И я тоже. Мне было страшно подойти к тебе и заговорить, но ты сама сделала первый шаг.
Шинегра наклонилась ближе к мужу и прошептала:
– Я всегда знала, что ты тот самый.
Гулзур почувствовал тепло в груди. Он знал, что их отношения были крепче, чем просто любовь; они были связаны общими мечтами и надеждами на будущее.
– Мы с тобой создали настоящую семью, – произнес он задумчиво. – И я горжусь тем, что у нас есть.
Шинегра кивнула, ее глаза светились гордостью.
– Да, и у нас есть наши дети. Надеюсь, они станут такими же сильными и мудрыми, как мы.
– Они уже стали сильными, но мудрости им стоит набраться, – уверенно сказал Гулзур. – Мы вложим в них все наши знания и опыт.
Пара снова замерла в объятиях друг друга, наслаждаясь моментом тишины и покоя. В их сердцах не было места для сомнений – они были вместе, и это было самое главное.
Глава 4
Лесной оплот. Дух волка
Музкорг. Эта крепость мало чем отличалась от остальных, разве что своим местоположением и крепкими стенами. Музкорг расположился в долине, окружённым густым лесом Тхо́рзул, а крепостные стены, построенные из тёмного дуба, защищали жителей от внешних угроз.
Это древняя крепость. Старше Гойрана. Согласно старым легендам, вожди старого Музкорга воевали на стороне первого короля арокандов – Зингарда. Они были одними из первых, кто признал власть короля над свободными племенами. Но после распада единого королевства Музкорг больше не влиял на мировую политику. Многие столетия спустя, во времена правления вождя Гарморрила, прапрадеда Гулзура, Музкорг подчинился Гойрану, а также племени вегеров. С этого момента крепость была частью племенного союза.
Сейчас Музкорг процветает: жители крепости ни в чём не нуждались, имея под рукой ресурсы в виде дерева и лесной дичи, являвшейся для них пищей. Деревянные стены поселения не брал никто уже долгие годы. Домишки, лачуги и землянки стояли на приличном расстоянии друг от друга – ароканды ценили простор. Единственным зданием, выделяющимся среди всех остальных, был длинный дом местного вождя. Точнее младшего вождя, в переводе на язык арокандов – гро́ла. Отличие младших вождей от верховных было в том, что первые подчинялись вторым. Некоторые орки всё ещё грезили восстановлением единого королевства.
На данный момент Музкоргом правит грола Огру́мбу зрог Огуо́нур из клана Лесного Кабана. Ему уже за пятьдесят, но он по-прежнему всё ещё славный воин. По слухам у грола около десяти жён, а количество детей и вовсе остаётся загадкой.
В обществе арокандов есть кланы, которые особенно влияют на жизнь крепости. По сути кланы это семьи, правящие отдельными племенами и крепостями. На территории острова Арокзор существует множество кланов, которые символизируют количество когда-то существовавших племён. Клан Свирепых волков – один из таких кланов, в состав которого входит всё семейство вождя Гулзура. В клане всегда есть глава, являющийся вождём, грола, либо одним из старейшин. Старейшины – это те ароканды, что не претендуют на звание вождя, но при этом играют важную роль в жизни крепости. Обычно они выполняют мелкие судебные решения и участвуют в племенной жизни, выполняя роли казначея, посла и главы шахты. Кто-то из них даже состоит в гвардии вождя.
В Гойране было всего два клана: клан Свирепых волков и клан Песен войны.
Согласно Кодексу, чтобы бросить вызов вождю, мало быть просто воином. Помимо этого нужно принадлежать к клану, либо создать его самостоятельно. Клан можно образовать, либо получив почёт из-за военных успехов, либо пройдя испытания и заполучив народное уважение. Дело не из лёгких, но вполне осуществимое. Соответственно, чтобы стать вождём, орк должен быть не только хорошим бойцом, но и уметь вести за собой других.
Зафика родом из этих мест. Несмотря на то, что она замужем за Гримбашем – старшим сыном вождя Гойрана, девушка не благородных кровей. Она лишь обычная охотница, добывающая пропитание своими силами. Именно в Музкорге молодые играли свадьбу, в доме родителей Зафики – таких же охотников. Любовь связывает арокандов вне зависимости от их происхождения, как бы это не нравилось Гулзуру.
Гримбаш и Зафика не спеша путешествовали по извилистой тропе, ведущей к Музкоргу. Воины, сопровождавшие их, были всегда поблизости. До крепости оставалось совсем немного.
Старший сын вождя ехал верхом на волке, глубоко задумавшись. Справа от него расположилась Зафика, которая решила держаться поближе к мужу.
– Гримбаш, ты помнишь как мы познакомились? – спросила она с улыбкой, пытаясь отвлечь его от глубоких дум.
– Конечно. Такое не забудешь, – ответил Гримбаш, снова погрузившись в свои мысли.
Но на этот раз ему вспомнилось знакомство с Зафикой. Да, ничего более забавного с ним в жизни не приключалось. Перед его глазами будто снова разыгралась та самая картина, напоминающая об этом.