Максим Петров – Демоноборец (страница 42)
Дом, милый дом. Не то чтобы я успел сильно соскучиться, но тут, конечно, было интереснее, чем в тюрьме.
— Алексей Николаевич, мне начать подготовку к делу против полицейского участка? — законник глянул на меня вопросительным взглядом, и я кивнул.
— Пожалуй что да, Авраам Аронович. Я обещал им веселую жизнь, а слово нужно держать.
— О, веселье мы им точно обеспечим, — глаза законника нехорошо блеснули, — тогда позвольте откланяться. А ваших бойцов я, пожалуй, возьму с собой, уж больно неспокойные времена настали.
Я кивнул и проводил законника до крыльца. Когда он покинул территорию особняка, я задумался о том, что же мне делать дальше. Демон Громова мертв, и мертв окончательно. Он не был высшим, но и не был пешкой, что-то вроде среднего звена. А значит, скоро кто-то другой займет его место. Что ж, я буду готов.
Размышляя об этом, я не сразу понял, что мой взгляд за что-то цепляется. Вернувшись в реальность, я увидел, что перед воротами остановились два массивных черных внедорожника. Гвардейцы, дежурившие у ворот, напряглись, руки инстинктивно потянулись к кобуре, но в следующее мгновение дверь одного из автомобилей открылась, и появилась невысокая женская фигура. Прищурившись, я вдруг понял, что это лицо мне знакомо. Громова Елена Петровна. Что ж, кажется, назревает очень интересный разговор…
Глава 23
— Добрый день, Елена Петровна, — я аккуратно поцеловал руку Громовой, — рад вас видеть у себя в гостях. Что вас привело ко мне в этот час?
— Я пришла поговорить по поводу своего сына, — тихо произнесла она, сверля меня взглядом, — по поводу его пропажи. Простите за прямоту, но у меня есть повод считать, что именно вы причастны к этому.
— К исчезновению вашего сына? — я усмехнулся, — Елена Петровна, при всем уважении, но я физически не могу быть причастным к этому. Видите ли, эту ночь я провел в полицейском участке, в камере для благородных. Я так понимаю, ваш сын исчез сегодня же, иначе вы бы не приехали так рано ко мне. Если хотите, я готов дать клятву, что не имею никакого отношения к пропаже вашего сына. Клятву на даре, само собой.
Громова замерла. Клятва на даре в этом мире считалась самой верной, ведь в случае лжи сама магия накажет своего носителя. Были случаи в истории, когда люди пытались этого избежать, ничего не получилось. Умирали в страшных муках. Так что одним своим предложением я уже фактически доказал свою невиновность. Тем более что я и правда не убивал Громова и не имею отношения к его пропаже. На момент нашего столкновения настоящий Сергей Громов давно растворился в мироздании, остатки его души давно покинули и тело, и этот мир. Убивал я исключительно демона.
— Хорошо, я готова услышать вашу клятву, — Громова кивнула, — если вы и правда не виноваты в исчезновении моего сына, я принесу вам извинения и покину ваш дом.
— Что ж, извольте, — я пожал плечами, — я Алексей Николаевич Светлов, клянусь силой, что не имею никакого отношения к пропаже Сергея Сергеевича Громова, — я показал баронессе ладони и белые огоньки Света, что зажглись, подтверждая мою клятву.
Громова сглотнула, в ее глазах появилась глухая тоска, после чего Елена Петровна встала.
— Алексей Николаевич, от имени рода Громовых приношу вам свои извинения, — официальным тоном произнесла она, — если вы пожелаете, род готов выплатить вам компенсацию.
— Елена Петровна, садитесь, пожалуйста, — я мягко улыбнулся, — я слышал, ваш муж сейчас находится в коме? Что говорят врачи?
— Никаких гарантий, — глухим голосом ответила она, — Алексей Петрович, прошу прощения, но мне нужно ехать. Возможно, Сергей уже вернулся домой.
— Елена Петровна, я могу помочь вашему мужу вернуться к нормальной жизни.
— Алексей Николаевич, при всем уважении, но вы всего лишь подросток, — Громова нахмурилась, — лучшие лекари Торжка и Твери проверяли мужа и не смогли ему помочь, а вы хотите сказать, что сможете?
— Смогу, — я кивнул, — лекари ищут болезнь, а я знаю, что это всё не то. Но вы можете и дальше ждать чуда со стороны медиков. Когда надоест ждать, позвоните мне, — я улыбнулся и протянул ей визитку.
Громова взяла картонный прямоугольник, глядя на меня с недоверием. Было видно, что она колеблется. С одной стороны, желание спасти мужа, с другой — верить подростку в таких делах настоящее безумие. Вопрос лишь, насколько она готова довериться этому безумию.
— Хорошо, Алексей Николаевич, я дам вам возможность посмотреть на моего мужа, — хриплым от волнения голосом произнесла она, — не знаю, почему я иду на это, ведь вы не можете быть лучше хороших целителей.
— Определенно нет, — я кивнул, — где целители и где я? Но все же в этом вопросе интуиция подсказывает, что я смогу вам помочь.
— Тогда поехали, черт меня побери! — Громова вскочила, — прошу, Алексей Николаевич, не будем медлить!
Я кивнул, и через несколько минут мы уже покинули дом. Саватеев старший с четырьмя бойцами ехал сзади на внедорожнике Лома, я же, сидя рядом с Громовой, прикидывал, что же будет дальше. Возвращение градоначальника к жизни играет мне на руку. Такой долг для любого дворянина много стоит, это раз, а во-вторых, я заставлю его убрать дерьмо за демоном, что был вместо его сына. А еще я наконец-то закрою вопрос с трактиром и имуществом Сивушкина. Так что, как ни крути, я везде в плюсе. Правда, теперь всё становится еще интереснее. Громов-младший служил чем-то вроде маяка, к которому слетались другие демоны, рангом помельче. С его смертью этот маяк исчез, но вряд ли надолго. И теперь моя задача — обнаружить следующего демона и заодно попытаться найти и других. Среди кандидатов — дружки ныне покойного Сережи, там точно найдется парочка тварей, так что, пожалуй, после пробуждения Громова старшего займусь именно этим.
— Он здесь, — шёпотом сказала Громова, останавливаясь перед массивной дверью.
— Я могу остаться с вашим мужем наедине? — уточнил я. — Боюсь, мои методы не для посторонних глаз. К тому же они требуют максимальной концентрации и тишины.
— А вы… Вы точно не сделаете ему хуже?
— Елена Петровна, — слабо улыбнулся я. — Только не говорите, что заставите меня клясться повторно.
— Простите… Я… Просто…
— Я всё понимаю. Не беспокойтесь.
— Хорошо, Алексей Николаевич, я буду внизу. Если вдруг что-то пойдёт не так и ему станет хуже, то…
— Ему станет лучше, — заверил я женщину, глядя ей прямо в глаза. — Обещаю.
Громова кивнула и ушла. Я же открыл дверь и оказался в полумраке просторной хозяйской спальни. Шторы были задёрнуты, и лишь ночник на прикроватном столике отбрасывал длинные-длинные тени. Сам Громов-старший лежал на кровати. Рядом с ним на металлической стойке висела капельница, и шнур её тянулся куда-то под одеяло.
Я подошёл ближе. Лицо градоначальника было спокойным и, можно даже сказать, безмятежным. Никаких гримас боли. Обычный, просто очень глубоко спящий человек. Вот только мой источник уже чувствовал, что в этой комнате фонит гнилью. Не физической, само собой, а той, что исходит от демонического присутствия. Или же, как в нашем случае, от следов демонического присутствия.
Прикрыв глаза, я сосредоточился и переключился на внутреннее зрение. Картина, открывшаяся мне, была ожидаемо премерзкой. Вокруг головы Громова как будто бы клубился туман — фиолетово-чёрная энергия заваривалась и никак не могла смешаться с кислотно-зелёной, гнилушечной. Туман проникал в нос и уши, а затем опутывал мозги бедняги тонкой, но невероятно прочной магической паутиной. Это не было одержимостью, о нет! Это была ловушка. Медленная, изощрённая пытка, которая должна была либо свести человека в могилу, либо заставить молчать, либо же, опционально, превратить Громова-старшего в послушную марионетку, которая согласна делать всё что угодно, лишь бы этот кошмар закончился.
— Ну что ж, Сергей Витальевич, — тихонько произнёс я, уже разогревая руки. — Будем вытаскивать вас из этого дерьма.
Затем, сконцентрировавшись, я заставил свой источник разогнаться на полную. Свет внутри меня отозвался сразу же — будто бы ему самому уже не терпелось разобраться с этой скверной.
Первым делом я мысленно «прощупал» пространство вокруг кровати, создавая конструкт, который в моём прошлом мире назывался «Кругом Изоляции». Светлая энергия встала стеной, оградив нас от внешнего мира. Не для защиты! Нет-нет-нет. Это делается для того, чтобы чужеродная дрянь не могла уйти, когда я начну её выжигать. Уйти или, того хуже, переброситься на кого-нибудь другого.
Ну… Поехали.
Правую руку я запустил прямиком в этот ублюдочный туман и положил ладонь на лоб Громову. Едва почуяв Свет, демоническая скверна начала извиваться, как змея. Попыталась ужалить — обломалась. Попыталась зарыться поглубже в Громова, но не смогла. Попыталась метнуться в сторону, да только хрен там.
— Тише-тише, — прошептал я. — Не сопротивляйся.
Ювелирная работа. Световые нити проникали в каждую поражённую клеточку пространства, вычищая её от болезни. Я чувствовал, как капли пота начинают стекать по моему лицу, и как от натуги тяжелеет дыхание. Источник работал на пределе сил, но я не позволял ему сорваться в грубую вспышку — нет-нет-нет… Это работа медленная и методичная, тут нахрапом не возьмёшь. Иначе есть неиллюзорный шанс действительно сделать Громову хуже.