Максим Петров – Демоноборец (страница 3)

Непонятная жижа черного цвета с красными вкраплениями рванула таким потоком, словно меня только ей и кормили. Хотя, может, это так и есть. Уж назвать демонов заботливыми не получится даже при очень большом желании. Сплевывая горькую черную слюну, я оттолкнул себя руками обратно и рухнул на подушку. Сердце в груди бешено двигалось, а уж какие я испытывал ощущения, прямо вкуснота. Впрочем, в прошлом мире мне бывало и не через такое приходилось проходить, так что я задавил недовольство и принялся анализировать окружающее пространство.

Комната, в которой я находился, была обставлена очень просто. Стены в побелке, деревянный пол, который стоило бы покрасить, да и сама кровать, на которой я лежал, была не то чтобы сильно удобной. Возможно, это какой-то чулан, но что-то мне подсказывает, что дело в состоятельности моей новой туши. Кстати о ней. Глядя на тонкие, почти детские руки, я улыбнулся. Жизнь дала мне молодое, почти детское тело. Можно было назвать это минусом, но минус — это когда твои колени скрипят от каждого движения, а бег дольше тридцати секунд чуть не отправляет тебя к предкам. Так что тут всего лишь временные неудобства. Восстановлю источник, выжгу грязь внутри себя, а потом возьмусь за само тело. Полгода нормального питания и физической активности, и все изменится. Жаль только зеркала под рукой нет, хотелось бы посмотреть, какое у меня теперь лицо.

Тихий скрип двери заставил меня вынырнуть из размышлений, и я увидел ту же тетку, что приходила несколько минут назад.

— Алексей Николаевич, миленький! — она кинулась к кровати, чуть не споткнувшись о то самое ведро, — боги услышали наши молитвы, наконец-то ты открыл глаза!

— Женщина, ты кто?

Мой вопрос явно застал ее врасплох. Тетка замерла, после чего уставилась на меня испуганным взглядом.

— Степанида Игоревна я, — наконец-то произнесла она, — служанка ваша. Алексей Николаевич, как же так, я же тебя с вот такого вот росточка кормила, — в ее глазах блеснули слезы, — что ж теперь будет-то? Ой, надо срочно сказать Екатерине Всеславовне! — служанка спохватилась и дернулась было в сторону выхода, но я успел схватить ее за руку.

— А вот этого не надо, — я отрицательно покачал головой, — лучше вылей это ведро и промой его. А потом возвращайся, мне нужен кто-то, кто освежит мою память. Видимо, болезнь выжала из меня все соки.

— Как есть выжала! — энергично закивала Степанида. Имя еще какое интересное.

— Ну так что, сделаешь? — я с трудом улыбнулся, — сама видишь, без твоей помощи мне никак.

— Ой, Алексей Николаевич, только мне нельзя, — Степанида покачала головой, — Екатерина Всеславовна наругает. Разве что только вечером, когда госпожа поедет к друзьям.

— Отлично, вечером даже лучше, — я кивнул, — ты главное ведро не забудь. А теперь иди, а то и правда наругает сестрица.

Служанка кивнула и, подхватив ведро, направилась к выходу, а я прикрыл глаза и усмехнулся. Без памяти этого тела придется туго, а с другой стороны, так даже лучше. Нет привязанностей, нет болезненных воспоминаний, а то такие вещи всегда влияют на принятые решения.

Успокаивая дыхание, я прокручивал в голове свои дальнейшие планы. По-хорошему, надо закрывать вопрос с тварью, что засела в теле сестры моего нового тела. Судя по преображениям, демон сожрал ее сущность, увы, но ее уже не спасти. Обычно, когда меняются глаза, это значит, что демон уже сожрал душу. Даже если сжечь тварь, вернуть человека уже не получится. В лучшем случае это будет пустая оболочка. Да, она будет есть, спать, испытывать все то, что испытывает живой человек, но души в этом теле больше не будет. Как по мне, милосерднее убить.

От нечего делать я решил вновь попробовать погонять искры по телу, и на этот раз процесс пошел намного легче. Минут двадцать я прогонял энергию по телу, потихоньку разбираясь с тем, что со мной произошло.

Судя по всему, где-то полгода назад, если судить по источнику, у этого парня случилось пробуждение. Обычно в этот момент источник выдает сильный импульс, чтобы носитель точно понял, в чем дело. Видимо, ему не повезло, и в тот момент рядом с ним оказался кто-то из демонов. И вот результат: источник почти уничтожен, а парень благополучно отошел к предкам. А все из-за редкого дара, редкого и очень опасного для тварей. Вот и выходит, что фактически сейчас у меня в груди теплится источник Света, такой же, как и в моем прошлом мире. Правда, он не развит от слова совсем, но разве это проблема? Главное, что я снова молод, у меня есть магия и шанс, шанс все исправить. И на этот раз я не дам тварям уничтожить мир, и плевать, какой ценой!

Гостиная.

— Взвар у вас как всегда выше всяких похвал, Екатерина Всеславовна, — Семен Геннадиевич улыбнулся, и его усы смешно дернулись, — но я пришел, дабы проведать вашего брата. Сами понимаете, порядок есть порядок.

— Понимаю, господин инспектор, — Екатерина кивнула и тяжело вздохнула, — но мой брат плох. Мы стараемся ему помочь, но после потери родителей и того удара ему с каждым днем все хуже и хуже. Боюсь, он не дотянет до своего восемнадцатилетия, — в глазах девушки блеснули слезы, — даже не знаю, что мне делать.

— Порой судьба подкидывает нам такие испытания, — тихо произнес Семен Геннадиевич, делая очередной глоток взвара, — ваш брат должен успеть написать завещание. Иначе вам не стать наследницей.

— Да-да, я все понимаю, — закивала Екатерина, — меня ведь усыновили.

— Вот именно, — инспектор тяжело вздохнул, — вы не урожденная Светлова, в таких случаях закон нам ясно говорит, что делать. И трактовать его иначе не выйдет.

— Я все же надеюсь, что мой любимый брат придет в себя, — Екатерина грустно улыбнулась и украдкой вытерла слезы, — но если судьба окажется жестокой и он не сможет выкарабкаться, я попрошу Алексея все подписать. А теперь, если хотите, можем пойти к нему. Но сейчас он наверняка спит.

— Пожалуй, не стоит сегодня беспокоить больного, — инспектор отрицательно покачал головой, — я загляну завтра утром, мне ведь все равно по пути.

— Благодарю вас, Степан Геннадиевич, мы перед вами в долгу, — Екатерина склонила голову, — тогда позвольте мне хотя бы вас проводить.

— А вот тут я не против, — усач улыбнулся и залпом допил взвар, после чего встал на ноги.

На мгновение его словно повело, но потом мужчина выпрямился и направился к выходу. Екатерина последовала за ним. Попрощавшись с инспектором, она закрыла дверь, и доброжелательное выражение на ее лице тут же сменилось на маску гнева.

— Бесите, — сквозь зубы прошипела она, — но ничего, недолго осталось. Лешенька, я иду к тебе, братец! Ты ведь так и не выпил свое лекарство!

Тишина после ухода моей так называемой «сестры» была исключительной — аж на уши давила. И это хороший знак. Значит, демоница увязла в беседе с… с кем-то. С кем — плевать. Я толком не понимаю, кто я такой, а предположения насчёт всего остального и вовсе глупо строить. Но время, которое я выиграл, следовало потратить с умом.

Основная цель — очищение тела. Насколько это вообще возможно.

Кое-как я заставил себя подняться с кровати. В глазах тут же потемнело, заныло в груди, а ноги начали подкашиваться — в общем и целом я чувствовал себя так, как если бы только что вышел из-под общего наркоза. Благо, вовремя успел опереться рукой о стену и не упасть.

Так!

— Собрались, — произнёс я вслух на незнакомом мне языке.

Нужен план. Взгляд сам собой упал на прикроватный столик — для показушной заботы о больном Алексее на нём стояла ваза с фруктами. Кормить цитрусами человека, организм которого толком ничего не принимает — отличный, блин, план.

А что ещё есть в комнате? Да в общем-то и ничего.

Кое-как присев на корточки, я выплеснул отраву под кровать. Таким образом изобразил из себя послушного больного, ну а дальше принялся бродить по комнате, чтобы разогнать кровь. А попутно пытался вспомнить лицо Екатерины. Она играла в заботу, но играла очень плохо — эта насмешка у смертного одра, эти звериные черты в моменты утраты контроля… Не понимаю, осталось ли в ней хоть что-то от носителя или личность уже полностью замещена?

И это важно.

Ведь что есть одержимость? Одержимость есть симбиоз, который рано или поздно заканчивается полным подчинением, но сперва для носителя демона всё складывается очень даже хорошо. Сначала ему разрешают получить удовольствие. За присутствие в душе и теле демон предлагает плату, причём каждый раз одну и ту же. Пробуждение магического дара. Для неодарённых это величайшее искушение, потому что… Да потому что! Никто не хочет чувствовать себя ущербным в мире, где людям доступно творить чудеса. И каждый сызмальства муссирует в голове одну и ту же мысль: вот я бы на их месте стал силён/могуч/богат/успешен. Как говорится, нужное подчеркнуть.

— Фу-х, — я выдохнул и понял, что более-менее пришёл в себя.

А заняло это… минут десять? Полностью сосредоточенный на внутренних ощущениях, я отвлёкся лишь тогда, когда заслышал шаги в коридоре. Дверь отворилась без стука, резко и быстро, и к этому моменту я уже снова лежал на кровати, изображая из себя тело.

— Выпил? — удивилась сестра, приметив на столике пустую кружку. — Ай да молодец. Ну наконец-то ты перестал сопротивляться.

И сколько же яда в этих словах, сколько желчи.