Максим Пачесюк – Ядовитая планета (страница 41)

Я увеличил изображение и уставился на точно такую же, или возможно даже ту самую щеку. Старая, темная кость, на которой точно были мои отпечатки. Пистолет не тот, а вот щеки…

— Эм, все нормально? — спросила Эрика, заметив мою реакцию.

— Все ненормально уже очень давно. Не пугай мысли, сбегут — отмахнулся я.

Дидьер? Да ладно… Какая ему польза? Кроме сильного морального удовлетворения. То, что я ему как кость в одном месте — это понятно. Но ведь сейчас он оживился, готовится к переговорам. Значит текущая ситуация его устраивает.

— Эрика, за что Марек Дидьера отмудохал?

Девушка недовольно дернула бровой, на упоминание ее настоящего имени. Брайт с Греем тоже через одного оговорку заметили.

— Сьюзен, — недовольно поправила она.

— За что?! — повторил я.

— Когда началась бойня, Дидьер орал, что Марек провоцирует дипломатический скандал, велел прекратить и отступать на верхние этажи, но техника еще не была полностью демонтирована, а та, что была, складировалась возле лифтов.

— И тогда техника попала бы в руки терористов.

— Да, но Дидьер сказал, что жизни людей важнее. При том, что мы легко удерживали позиции.

— Звучит так, будто он хотел, чтобы техника попала в чужие руки.

— Он же, приказал ее эвакуировать в первую очередь.

— Именно. — Шестое чувство орало благим матом, что в этой ситуации что-то явно не так, а козел с фиолетовой бородкой что-то мутил.

Дидьер велел эвакуировать технику, но, когда началась бойня, орал чтобы все бросали и улетали. А ее уже практически подготовили к выносу.

— Не сходится, — покачала головой Эрика. — Зачем играться с кучей хлама? Ели бы посол хотел передать терористам технологии, мог бы оставить один неприметный накопитель с чертежами.

— Отвлекающий маневр, — внезапно встрял в разговор Грей. — Когда новые технологии начнут массово появляться в Фатгори, возникнет вопрос «откуда». Куча хлама в любом случае нужна для легализации.

— А вот это уже более чем логично! — поразилась Эрика.

— Технологии в обмен на тертерий. В обход договоренностей с турианами, — подытожил я.

— Мне нужно вернуться на Резолют, — сказала девушка.

— Я с тобой.

— Тогда уж и я, — недовольно проворчал Вилли. — Обидно будет если тебя грохнут, когда мы уже почти убрались с этой дрянной планеты.

— А как же обед? — обиженно спросил Акант от плиты.

— Без нас, — ответил я, запихивая в рот очередную горсть мясных шариков.

— Мне нужен ствол, — заявил Вилли.

— Брайт, выдай. — Мне он кстати тоже не помешает. — Я к себе забегу.

В каюте я быстро отыскал наплечную кобуру и сунул туда Орск, что дожидался меня на корабле, после чего накинул на плечи свободную куртку. Встретившись в коридоре с Вилли, попытался визуально определить, где прячет оружие он, и не смог, а вот он безошибочно уставился на мой левый бок. Хреново. Но на Резолюте нас проверять не стали, хотя встречающий наряд и был, Эрика на этот раз сразу достала коммуникатор и набрала Гало.

— Шеф, надо переговорить, срочно.

Макстан вопросов задавать не стал, просто в полголоса выругался и сообщил свое местоположение, а Эрика воспользовалась ситуацией и попросила полицейских проводить нас туда. Под нужды посольских на крейсере была зарезервирована целая палуба, поскольку возможность неожиданной эвакуации предусматривалась заранее, проблем с размещением не наблюдалось, хотя и разойтись было негде. По коридорах без дела слонялись целые толпы специалистов, почти все они узнали Эрику, многие — меня. Гало, разместили в тесной двуместной каюте, не взирая на его статус, разве что компанию ему составил один из секретарей.

— Итан, сгоняй за кофе, — сказал ему Мактан, усевшись на своей койке.

— И печеньками! — добавил я. Мясные шарики растворились в желудке бесследно, и он начал громко требовать добавки.

— Ты сюда печеньки жрать пришел? — огрызнулся недовольный культурист.

— Не успел поесть.

— Тогда давай бутеров. На всех. Я тоже жрать хочу. — Гало дождался, пока дверь за секретарем закроется и задал философский вопрос. — Ну?

— Помнишь, мы считали, что террористы взяли у Эма отпечатки, пока он был у Герцога? — спросила Эрика.

— Продолжай, — сощурился Гало.

Но продолжил я.

— Почему никто не показал мне этот ствол раньше?

— Ты сам говорил, что не держал местное оружие в руках.

— Один ствол держал. Из коллекции Дидьера.

— Это он? — Гало встал так быстро, что показалось, будто он подпрыгнул.

— Нет, но щеки на рукояти похоже от него. Там была царапина, я ее запомнил.

— Царапина, это все ваши доказательства? Это даже на подозрение не тянет.

— Согласитесь, шеф, — сказала Эрика, — посол ведет себя слишком спокойно.

Гало задумался. Я примерно догадываюсь, что за каша варится в его голове. Сейчас, он не может игнорировать даже самое мелкое подозрение, а уж если нет других вариантов, он Дидьера под микроскопом проверит.

Вернулся секретарь с подносом выложенных в три слоя сандвичей. Молча поставил его на тумбочку, цапнул один и вновь вышел. Сандвичи пошли по руках. Я выбрал с толстым слоем мяса, а культурист потянул сырный. Через минуту сосредоточенного жевания он наконец разродился решением.

— Нужно проверить эвакуированный груз. Сомневаюсь, конечно… — Гало замолчал, достал коммуникатор и набрал кого-то. — Ага, и тебя туда же… Просыпайся Марек, нужна твоя память… Коллекцию Дидьерового оружия эвакуировали?… Тише, тише… Узнай, это важно. И сделай это так, чтобы наш драгоценный посол не пронюхал о моем интересе.

На последних словах в каюту вернулся секретарь с большим кофейником и стопкой бумажных стаканчиков. Ставить их на тумбочку он не стал, а протянул нам и начал разливать кофе. Когда с процедурой было закончено, он схватил очередной сандвич и обратился к шефу.

— Мне за дверью подождать?

— Дожевывай, а потом отыщи мне наш дубликат черных ящиков. Не косись, эти в курсе.

— Итан?! Да ладно! — поразилась Эрика. — Кто еще? Я уже не удивлюсь, если окажется, что у нас весь отдел культуры из ЦРУ.

— Попытка хорошая, — оценил Гало, — узнаешь, когда я сочту нужным.

В дверь постучали, а потом внутрь ввалился заспанный Марек. Седеющие волосы торчком, щетина как минимум двухдневной давности, а вместо отутюженного мундира — мятый комбез.

— О, еда! — были первые его слова. Ну а первыми действиями был захват сандвича и полное его уничтожение в считанные секунды. — Рассказывайте, с какого перепугу вы вдруг против Дидьера дружить собрались. А то подозрительно это все.

— Кстати о подозрительном, — сказал я. — Тут народу в коридорах — тьма, а в эту тесную нору набилось слишком много больших людей. Говорить будут.

— Пускай говорят, — отмахнулся Гало. — Итан, хорош жрать, дуй по ящик.

Секретарь залпом допил кофе, хватанул с подноса сразу два сандвича и вышел. Мы вытряхнули из Марека информацию о том, что коллекция осталась в посольстве, поскольку не содержала современных технологий. А ведь посол требовал, чтобы ее эвакуировали вместе с остальными его вещами в числе первых рейсов. А потом ввели в курс дела.

— И вы вот так просто рассказываете это мне? — поразился он.

А нам пришлось вводить в курс дела Марека, предварительно вытряхнув из него.

— Может я тебе верю? — состроил невинную рожу Гало.

— Ты?! Ты даже себе не доверяешь, а я — человек отвечавший за охрану посольства. Может это вообще не Дидьер, а я. Так где она? — Марек начал внимательно осматривать потолок.

— Вон. — произнес первое слово в разговоре Вилли и указал на угол вмонтированного в стену шкафа. Кусочек дверцы был аккуратно сколот, а за ней Марек и нашел крохотную камеру.

— Успокоился? — спросил шпион вояку.

— Откуда я знаю, куда она пишет, — огрызнулся Марек.

— Стоп, вы что друг друга подозреваете? — дошло до меня.