Максим Пачесюк – Ядовитая планета (страница 43)

— У Патриота. А еще он носит турианскую броню. Ты хоть раз видел туриан таких размеров? Это явно не серийное производство.

— Так, стоп, сначала — что ты там о смещенном узле плел?

— Вилли ударил его когтем под подбородок. Ну, был у него в старой руке такой, выкидной из керамики. Говорит, это должно было убить вешнеца, но патриота не убило, только кровь пошла. Он его еще мутантом назвал.

— Хм, я читал в отчете, что он ранил Патриота, но без таких деталей. И отпилили твоему охраннику именно ту руку, которой он рану нанес? — уточнил Гало подозрительно сощурив глаза.

— Вроде как. — Припомнил я. Фак с когтем он мне правой показывал, ну и правую же ему отпилили.

— Это многое объясняет.

— Просвети.

— На когте осталась кровь. Поэтому его и убрали. Правоохранительные органы Фатгори довольно широко используют анализ ДНК. Заметь, убрали, а не убили. Похоже они действительно рассчитывали на сотрудничество с тобой.

— Глупость, кровь была не только на когте… Че-орт!

— Дошло? — улыбнулся культурист.

— А до меня нет! — гаркнул со своего стула связанный Дидьер. — Вы что там нафантазировали психи?

— Террористы как отступали — подорвали плазменную гранату, что никому вреда не нанесла, — сказал я. — Если кровь попала на асфальт, то он нее осталась только жженая пыль.

— Ты кому продался скотина? — спросил Гало, похрустывая костяшками.

— Так фы не знаете, — произнес Дидьер и вдруг успокоился. Дальше он заговорил уже другим, уверенным, совершенно не вяжущимся с временной шепелявостью тоном. — Очень крафивая была фценка. Я почти поверил. Тьфу! — Посол обсосал разбитые губы и сплюнул кровь на пол, после чего шепелявость практически исчезла. — Гало, в твоих талантах я никогда не сомневался. А вот Эм меня удивил, красиво сыграл. Через несколько дней в Фатгори произойдет переворот, новая власть заключит с нами договор о торговле. Это все, что я могу сказать сейчас.

— Дидьер, это была не сценка. Правая рука Герцога — турианин.

— Да он профто пешка. Тьфу! — посол вновь сплюнул кровь. — Пара дней и мы все получим, что хотели. Мы тертерий, а ты заберешь свое золото и вернешься в федерацию. Хотя нет, ты можешь улетать уже сейчас. Не думаю, что после произошедшего тебе разрешат торговать чаем.

— Чаем? — удивился Гало.

Чаем? Откуда? В посольстве я этого не говорил, всегда помня о том, что стены имеют уши. А вот перед убийством Киргора проговорился.

— С-с-сука! — прошипел я, выпуская иглы. Дидьер быстро осознал, что ляпнул не то, и даже струхнул немного, сменив коричневый тон кожи на сероватый.

— Гало! — заорал он. — Убери этого психа от меня!

Культурист не сплоховал. Моя левая, с набухшими на иглах разноцветными каплями токсинов, была перехвачена в нескольких сантиметрах от наглой рожи, а Дидьер так отпрянул назад, что перевернул стул и повалился на пол, взвизгнув когда придавил руки задницей.

— Эм, что за хрень ты творишь? — ругнулся Гало.

— Он знал о нападении на Киргора. — Поскольку мышцы Гало не уступали моей синтетике, я вырываться не стал, зато от души пнул носком ближайшую ко мне лодыжку Дидьера, целя ближе к суставу стопы. Посол сладко взвыл и первый, не самый разумный импульс прикончить подлеца прошел. — Все, можешь пускать. — Я втянул иглы и стряхнул с пальцев токсин.

— Зачем, Дидьер, я не понимаю, — сказал Гало. — Если у тебя были выходы на террористов, мы могли бы их сдать королю и еще больше улучшить свое положение. Зачем играть в столь опасные игры?

— И не поймешь. Вы все такие умные не видели того, что твориться у вас под носом. Фатгори и Амардак никогда бы не пошли на полноценную торговлю. Они полвека успешно водили нас за нос, закрывая рот мелкими подачками, стравливая с турианами, и придерживались бы этой политики впредь. Нет, этим ублюдкам нужна была встряска — они ее получили. Теперь же я получу тертерий, иначе новый правитель Фатгори будет разоблачен, и к чертям полетит репутация, выстраиваемая годами. За одной революцией сразу же последует вторая.

— Ты идиот? — не сдержался я. — Ясно же, что из этой истории торчат уши туриан.

— Даже если так. Глупо думать, что они не попытаются урвать свой кусок пирога. Вот только это будут крохи. Пускай довольствуются. Тьфу! — Дидьер повернул голову и новый плевок кровавой слюны размазался по полу.

— Слишком много пафоса для мужика с разбитой мордой, что лежит привязанным к стулу, — сказал Гало.

— Х-ха, ну это ненадолго. Часа два, или насколько там по протоколу ты мог запись отсрочить. Это не посольство и вскоре СБ крейсера заинтересуется, а что это тут происходит. Вот тогда я вам мошонки на уши натяну.

— Смотри, как бы тебя самого за измену не натянули, — огрызнулся я.

— Победителей не судят, Эм.

— С идиотами не церемонятся, — парировал я и перевел взгляд на Гало.

Несколько минут мы бодались взглядами. Если времени осталось мало, я бы с удовольствием тряхнул посла. Эта скотина у меня точно бы заговорила, вот только разведчик этого не позволит. А сам я с его тренированной тушей не справлюсь, даже яды не помогут. У него наверняка первосортный симбионт стоит, а может и несколько.

— Время дорого, — уклончиво произнес я и снова бросил кровожадный взгляд на Дидьера.

— Это так, но он прав. Если Федерация получит тертерий, его прикроют. А у меня при любом раскладе будет куча проблем, потому как проморгал знатное бревно. Не думаю, что стоит ситуацию усугублять. Давай потратим оставшееся время на отмазки. Гало хлопнул меня по плечу и сделал шаг к двери.

— Эй меня подымите. Я так руки отлежу.

Мактан одним движением поднял стул с послом и подтолкнул меня к двери. Чертова политика как же я ее ненавижу.

— Если проблемы все равно будут, почему нельзя прижать скотину? — спросил я за дверью.

— Потому что я не могу пытать собственного начальника, — огрызнулся Гало. — Как бы не хотелось и каким бы идиотом он не был. Помолчи, пока мы не дойдем до моей каюты.

Культурист шагал быстро и целенаправленно, похоже что-то на уме имел отличное от озвученного, но сразу карты выкладывать не стал, сначала быстро ввел в курс дела остальных заговорщиков, паралельно отключив спрятанные видеокамеры. Да, их оказалось больше одной. Когда же он замолк, то достал планшет, быстро набрал текст и показал нам. «Обсуждайте», — гласили огромные буквы. Первым сообразил Марек.

— Стратег недоделанный. На моей памяти ни одно его рисковое начинание так и не завершилось для нас положительно. Проблемы могут быть не просто большими, а гигантскими, если туриане получат с переворота больше, чем мы, а это вполне реально.

— Тут я с тобой согласен, — сказал Мактан. — Ситуацией мы не владеем, деталей не знаем, потому исход прогнозировать не можем. Хорошо, если ставка Дидьера сыграет и все пойдет по плану, а если переворот сорвется, и королевская семья узнает о нашем участии?

— Надо им помочь, — прочитал с экрана Марек и выразительно покрутил у виска пальцем.

Да, реплика была той еще подставой, но Гало сделал успокаивающий жест и быстро выставил перед собой другой текст, задав короткий вопрос.

— Кому именно?

— Королевской семье. Сообщим, что Патриот — турианин.

— Неплохо… Информация важная, на нас повлиять не должна. Еще бы сделать это так, чтобы туриане не насторожились. Хотя провернуть такое — настоящая магия.

Планшет повернулся ко мне.

— Хочу навестить друга на планете, — прочитал я и скорчил непонимающую рожу. Это кого?

— Точно, ты же друг королевской семьи! — произнес Гало голосом не соответствующим недовольной роже. — Возьмешь посольский шаттл. На нем хорошая маскировочная система.

— Мне надо на корабль, подготовиться, — прочитал я.

— Ты же никакой глупости не задумал? — спросил Гало и приложил палец к губам прежде, чем вновь повернуть планшет и отрицательно закивать головой.

«Бери своих, и защитите наследника любой ценой» — гласила надпись.

— Конечно же, нет, — сказал я в голос.

— Ну, тогда возьми с собой Сьюзен, она местный знает. — И обратился уже к Эрике. — Присмотри за этим горячим парнем, чтобы без геройства обошелся. Ваша задача — предупредить о Патриоте и попытаться понять кто же на самом деле организовал переворот. Вопросы?

— Нас местные ПВО не собьют? — поинтересовался я. — Мы же не можем внаглую перед дворцом приземлиться.

— Вообще-то только так и можете, — ответил культурист. — Любые переговоры затянутся и привлекут внимание, но главное — это должна быть сумасшедшая выходка наперекор всем адекватным стратегиям, чтобы никто не заподозрил спецслужбы.

— А официальная причина? Я не настолько психован, чтобы вернуться на планету просто так.

— Настолько! А еще жаден, изворотлив и непредсказуем, — с улыбкой добавил Гало.

— Ну, спасибо за лестную оценку.

— Да пожалуйста. Чего стали. Если надо подготовится — валите. У нас чуть больше часа, пока Дидьер не вызовет охрану и я не займу его место.

Мы повернулись к двери, Эрика проскользнула мимо, а я замер и натянув ехидную улыбочку, вновь повернулся к советнику по культуре.

— Что?

— Мне бы курточку, такую же, как на интервью была.

— Ты во дворце будешь, а если прижмет — смоешься на шаттле.