Максим Пачесюк – Сиротский дом в трущобах (страница 37)

— Все хорошо. Ты в безопасности, никто тебя не обидит.

Женщина усадила ребенка обратно на кровать, но тот успокоился только когда она убрала руки. Наконец его взгляд приобрел осмысленное выражение, он посмотрел на нас, сосредоточился на женщине…

— Гарри! — предупредил я. — Он под воздействием!

Не знаю, что это было за воздействие, но в тонком теле все те бреши и пятна, что можно было принять за травмы и истощение, начали конденсироваться в тонкие прожилки первозданной тьмы. Точно такой же, что поражала энергоузлы оборотней и вампиров. Тьма стягивалась со всего тела и ручейком бежала к третьему глазу ребенка.

Почти все присутствующие удивленно уставились на меня, даже Кэрри и только Гарри сумел среагировать правильно. За мгновение до того, как мальчишка впился даме в лицо черными когтями из той же тьмы, чародей грубо оттащил женщину телекинезом и схватил ребенка. Но маленький бесенок полоснул воздух когтями и невидимая хватка Гарри ослабла. Чародей перехватил его снова, но парнишка снова вырвался и попытался прыгнуть на даму, за что Гарри грубо швырнул его на кровать.

Отец и сын МакЛалы достали оружие, но в ход не пустили, боясь навредить. Оборотень, да просто взрослый у них бы такого замешательства не вызвал бы. Уже давно бы с простреленными коленями валялся, но тут ребенок. Я достал книгу, чтобы взять «окаменение», но молодой человек, из компании дамы-инспектора сделал решительный шаг вперед и бросил в него заклинание из крови и льда. Бесенок мгновенно присмирел, но Гарри этого показалось мало.

— Усыпить! — приказал он целителю.

Ферон загремел пробирками, достал нужную, подскочил к ребенку и умело схватил того за челюсть так, что она сама открылась. Влил в рот треть и отошел.

— Нужно подождать…

Но ребенок уже расслабился и засопел.

— Я так думаю, — сказал Дональд, не пряча боевой жезл, — будить ребятню пока не стоит.

Дама Керри поднялась, отряхнулась и недовольно заключила:

— Мои сомнения в вашей затее, джентльмены, начинают превращаться в уверенность!

Глава 20

Все никак не могу понять, почему Роджерс так негативно настроена. Неужели деКамп приказал ей зарезать проект детдома на корню? Мне казалось дядя с лордом-наместником пришли к общему знаменателю.

— Что вы имеете в виду, леди? — осторожно поинтересовался я.

— Дети не должны страдать из-за ваших разборок! — резко ответила она. — Вы прикрываетесь благой целью, джентльмены, но до детей вам нет дела. — Дама строго осмотрела присутствующих, пренебрежительно мазнула взглядом по мне и задержала его на учителе. — Я искренне удивлена, что вы берете в этом участие, сэр Гарри. Мне казалось, вы заботитесь о своих воспитанниках.

Гарри удивленно вскинул бровь.

— Вы имели дело с оборотнями, дама Керри? Видели, что остается от жертв?

— Я помню, за что вы получили титул рыцаря, сэр. Не стоит напоминать.

Гарри скривил рожу, как делал при каждом упоминании об этом. Многие считали это из-за природной скромности, но я знал, что титул Гарри дали не за оборотня, а потому что во время охоты он попал в бордель, где по чистой случайности оказался высланный со столицы наследный принц Дутхайя. Новость о том, что наследник вместо государственных дел проводит время в компании совершенно обычных шлюх без капли благородной крови, убила бы и так изрядно подмоченную репутацию, так что Гарри отделался титулом и «печатью молчания». Печать он сломал практически сразу, но о титуле все равно вспоминать не любил.

Гарри подошел к ребенку и указал пальцем на тонкую шею.

— Обычно они разрывают горло, но такой мелочи сразу бы голову оторвали. Потом тварь пробила бы грудь и вырвала сердце. Это в лучшем варианте. — О том, что в худшем, из него самого вырастили бы оборотня, Гарри не стал упоминать, вместо этого он сказал другое. — Иногда блохастые любят поиграть с едой. Как кошка с мышкой.

Дама вздрогнула и побледнела. Что у нее за покровитель такой? Я же вижу, что она не боец, хотя характером и определенными силами точно обладает.

— Вот только оборотней не было в Фарнелле, пока сюда не пришли бреморцы, — сказала Кэрри.

Настал наш час удивленно переглядываться.

— То есть, — спросил Дональд, — это мы их привели?

— Не считайте меня дурой. После того, как вы отделали их в Авоке, в Бремшир твари не сунутся. Вам нужна была приманка вдали от земель клана. И вы не придумали ничего лучше, чем использовать детей. Браво! — Дама издевательски похлопала в ладоши.

— Ну и как тут дурой не считать? — спросил Дональд.

Дама обиделась, а молодой человек из ее свиты решительно потребовал от МакЛала извинений.

— Либо так, — твердо сказал Дональд, — либо дама умышленно оскорбляет клан!

Я с Дональдом был солидарен. Это ж надо было до такого додуматься! Мы конечно не святые, но и до такой подлости не опустились бы! Молодой ответил резко, бреморцы приготовились раскатать наглеца в блин и так бы сделали, если бы не Гарри.

— Молчать! — рявкнул чародей. — Мистер…

Я проследил взгляд Гарри, а смотрел он на Дональда, и подсказал:

— МакЛал.

— Мистер МакЛал, вы с леди разговариваете, ведите себя прилично. Дама Кэрри, у вас есть доказательства, чтобы такими обвинениями разбрасываться? Потому, что это не просто слова. Вы покушаетесь на профессиональную гордость и честь клана.

— У меня нет доказательств, но причин не доверять источнику еще меньше.

Альберт с Дональдом вскинулись, но Гарри мягко остановил их жестом.

— Вот как? — спросил он. — Думаю глупо надеяться на то, что вы раскроете его личность?

— Естественно, — подтвердила дама.

— А этот источник знал, что выбудете здесь сегодня с инспекцией?

— Какое это…

— Прошу вас, — излишне мягко попросил Гарри. Даже я насторожился.

Кэрри колебалась некоторое время, но все же ответила:

— Знал.

— Замечательно.

— Не могли бы вы подождать минуту за дверью.

— Сэр Гарри, я не понимаю, что вы задумали!

Гарри осмотрел присутствующих, повернулся ко мне с вопросительным взглядом. Я покачал головой.

— Неужели никто не заметил? Ребенок тянулся к вам и игнорировал всех остальных. Вот мне и интересно, как поведут себя другие дети.

— Что? Зачем кому-то меня убивать?

— Думаю, убивать вас не хотели, — сказал Гарри. — Вы гораздо полезней живой.

— Для чего? Сэр Гарри, перестаньте говорить загадками и скажите прямо!

— Прямо? Да пожалуйста. Вас настроили против бреморцев, влили в уши нужную информацию и организовали это нападение.

— Бред! — возмутилась дама. — Кем надо быть, чтобы такое в голову пришло?

— Фейрберном, например. — Ответил Гарри. — Я понимаю, что они здесь ни при чем, но ход вполне в их стиле. Так мы будем проверять мою теорию или сразу ее отбросим? — поинтересовался Гарри.

— Будем! — одновременно сказали МакЛалы.

— Это может повредить детям, — возразила леди-инспектор, но Дональд надулся и всем видом показывал, что женское мнение ему до одного места. Скорее из вредности, нежели логически, Керри снова возразила. — Даже если дети будут реагировать только на меня, вы не можете утверждать кто, когда и с какой целью на них воздействовал.

— То есть мы сами с ними такое сделали? — поинтересовался Дональд. — Напомните, кем там вас не считать?

— Хам! — обиделась Роджерс и покинула комнату.

За ней потянулась свита. Гарри позволил девушке выйти, но парня остановил.

— Молодой человек, останьтесь. Ваш фокус с дезориентацией может прийтись весьма кстати. Доктор, — попросил Гарри.

Ферон посмотрел на Дональда, дождался кивка, уточнил кого будить и влил ребенку пару капель зелья. Для эксперимента выбрали другого мальчишку — самого мелкого из всех. На этот раз целитель не стал говорить, что надо подождать, и правильно, ребенок пришел в себя мгновенно. Он так же шарахался от кучи незнакомых дядек, делал большие глаза, но когти не отращивал, и рвать нас не спешил. Гарри дотошно обследовал его при помощи диагностических заклинаний, но так и не нашел ничего необычного, поэтому минуты через две Дональд, по молчаливому согласию Гарри, пригласил даму Кэрри.

Едва мальчишка увидел леди-рыцаря, начались изменения в его тонком теле. Пятна на ауре стали конденсироваться в тонкие жилки темной энергии и потекли к голове, к третьему глазу. Гарри внимательно наблюдал за мальцом сквозь эфирную плоскость диагностического заклинания, но даже жестом не обозначил, что видит изменения. Я не выдержал, сказал:

— Гарри!