Максим Пачесюк – Бочка наемников (страница 29)
Наши рыбаки уже давно заполнили ведра для обычного улова и собрали в металлические ящики пяток рыбин-телекинетиков. Два рокона вышли прямо на них и Асоль сняла их не повредив голову точными выстрелами снабженной глушителем винтовки. Тела тут же были заброшены в озеро в качестве подкорма, а головы спрятаны в ведрах среди улова. Увидев нас, капитан дал команду сматывать удочки. Хосс выглядел не очень довольным, он проигрывал Шоне полведра мелочи и одного карася. Рыбаки отправились на корабль, а мы с Мари пошли устанавливать следующую ловушку. Неожиданно блондинка заметила, что я хромаю на правую ногу. Причина оказалась радостной — я научился работать левым квадрицепсом. После осознания этого факта включился в работу и правый, но верхняя часть мышц брони так и висела на мне мертвым грузом.
День выдался воистину тяжелым. Я устал хуже, чем на разделке быков по дороге к Турфану. Зато такого вкусного рыбного супу я еще не пробовал. Асоль расстаралась на славу. Ясмин удалось извлечь неповрежденными двадцать четыре железы, что по словам Каната уже тянуло на шесть миллионов серебром. Два отходило в казну Бочки из которой оплатили взятки местным, чтобы они не заметили резкого сокращения популяции кошачьих. Еще миллион отходил Канату на поддержание отношений и другие непонятные, весьма мутные траты. Члены команды получали от пятидесяти до ста пятидесяти тысяч в зависимости от участия в операции. Мне шло по максимуму, так что несмотря на усталость я был готов продолжить работать до самого утра, когда проплаченный наряд природоохранителей смениться неподкупными коллегами и нам придется рвать когти.
Для ночной работы Ясмин заменила гляделки на лицевой маске моей брони. Теперь я неплохо видел во тьме, но не различал цветов и выдавал свое присутствие голубым свечением дешевых визоров. Правда, Мари обещала прикрыть меня иллюзией, ну а наш медик выдала безопасный тонизирующий напиток, что позволит не свалиться от усталости.
Ночью работать оказалось гораздо проще. Пользуясь темнотой Эрнан таскал туши на борт беспилотным квадрокоптером, а нам доставлял новую рыбу. Рубить головы не приходилось, мы не проливали кровь, а значит могли не менять место и фармить котов по жесткому. Правда иногда рыба привлекала и других охотников. Несколько раз пришлось отбиваться от крупных жуков и больших ящеров. Один раз завалили кровавую обезьяну — весьма нехарактерное для этой местности и бесполезное для нас животное. А под утро к нам вообще заявился двуногий.
Из одежды на мужчине были только бриджи. Торс легкоатлета и ноги были совершенно голыми, но вездесущий ядовитый плющ, от которого нас защищала броня, ему был нипочем. Дикарь опирался на короткое копье, как на посох, но еще имел автоматический крупнокалиберный пистолет сродни гаубицы Вольфа в кобуре справа. Мари тут же схватила меня за руку и замерла в напряженной позе. Дикарь дошел до ловушки, и остановился перед сеткой, внимательно изучая изодранную котами, но все еще живую рыбину.
— Развели тут безобразие, — проворчал он на Тилу и посмотрел прямо на нас. — Не напрягайся, девочка.
Мари тут же вскинула винтовку. Я тоже перехватил свою удобнее, но поскольку происходящего не понимал, контроль ситуации оставил за девушкой.
— Разве я предпринял враждебные действия? — Дикарь поднял руки вверх. Обнаженные улыбкой зубы блеснули в лунном сете.
— Кто ты и зачем пришел?
— Просто путник, милая. А пришел, чтобы отвлечь ваше внимание.
Мари как была, так и рухнула на землю, а мою винтовку вырвало из рук. Я схватился за кукри, но клинок намертво заклинило в ножнах.
— Прежде, чем ты бросишься в рукопашную, позволь кое-что продемонстрировать, — попросил неизвестный.
— Валяй. — Это не кабацкая драка, тут с голыми руками переть не стоит. Лучше посмотрим, что будет. Эмоциональная буря, спровоцированная выбросом адреналина, заинтересовала кукловода и мой затылок обдало холодком. — Черт, тебя только не хватало! — подумал я.
— Что у тебя? — спросил он с ходу. — Это еще кто?!
— Как интересно, — сказал незнакомец. — Впервые встречаю марионетку.
— Какого хрена! — подумал кукловод, а я сказал это в голос.
— С тобой мы поговорим позже, оставь тело, — приказал незнакомец. В затылке, где обычно холодало от чужого присутствия разлился жар. Незнакомец вышиб ирландца с моего сознания, не дав тому и слова сказать. Жар ушел быстро, но оставил после себя тлеющее тепло. Дождавшись, пока мои эмоции оформятся конкретными мыслями, дикарь продолжил. — Смотри. — Винтовка подпрыгнула с земли и очутилась в его руках. Отработанным движением мужчина вытащил обойму и разрядил патронник. Он перехватил винтовку за ствол и немного отвел в сторону. Приклад задымился, затрещал и расцвел огненной точкой, прожегшей синтетическую кость насквозь. Она быстро выросла до огненного кольца размером с апельсин и добралась до краев. Остатки горящего упора и дымящий пепел полетели на зелень под ногами дикаря. — Мне нужно, чтобы ты пошел со мной. — Он отбросил испорченное оружие.
— А попросить нельзя было? — спросил я, прекрасно понимая, что не согласился бы раньше, но теперь дурить не стану. До поры.
— Просьба, подкрепленная демонстрацией силы гораздо эффективней. — Белые зубы вновь блеснули улыбкой во тьме. — Ну?
— Куда идем?
— Бери девушку, и топай следом.
— Небольшая проблемка. Я еще не полностью контролирую броню. — С весом Мари я бы справился легко. Потянул бы даже учитывая, что ее броня из металла, а у меня верхняя часть не рабочая, но надо сохранять силы.
Зашевелился плющ на древней стене справа и выплюнул еще одно человеческое тело. Этот дикарь тоже был гол по пояс, но обладал гораздо более развитой мускулатурой. Он и закинул девушку на плечо.
— Проблема решена, — сказал новенький. — Ты только других не создавай, а то я и тебя могу понести. Мне не тяжело.
— Мартин, — укорил его первый.
— Да ладно, профессор, вам запугивать можно, а я даже пошутить не могу? Пошли.
Мартин двинулся вперед, за ним последовал профессор, но как оказалось это была не вся компания. Еще один мужчина со слоновьей грацией выломался с кустарника левее. Он был полностью затянут одеждой, даже голова пряталась под лыжной маской и большими очками, а в руках лежала длинноствольная винтовка с оптическим прицелом. Еще в компании была девушка, я не заметил, откуда она появилась. Эта больше походила на Мартина с профессором, но кроме бриджей носила еще топ, легкие ботинки и рюкзачок. Если от профессора я бы еще попытался унести ноги, то от такой компашки хрен уйдешь. Да и об Мари стоит побеспокоится.
— Ребята, а вы кто?
— Зеленое братство, — ответила девушка.
Вляпался. Головой в дерьмо с разбегу! Иначе тот рой мыслей, что пронесся в моей голове за долю секунды не интерпретировать.
— Мы не террористы, — заверил меня профессор. — И ничего не взрываем.
— По большей части, — уточнил Мартин.
— Не террористы?
— Не взрываем.
— А людей вы тоже по большей части не похищаете?
— Аг-га! — хохотнул Мартин. Мирно болтающаяся на плече девушка в экзоброне совершенно не стесняла его движений. — Обычно мы платим им хорошие деньги.
— Зачем же было отходить от рабочей схемы?
— А для тебя они уже не такие хорошие. Старший Болат постарался на славу, да и младший не отпустил бы.
— Вы знакомы с экипажем Бочки?
— Я нет, а вот профессор преподавал что-то у одного.
— Так вы из Андорума? — спросил я дикаря с копьем.
— Профессор Демид Го Затонов, если это что-то вам скажет, молодой человек.
— Ничего.
— Поищете в сети. Там много правды. По крайней мере то, что касается времен до восстания андроидов.
— Вы позволите мне выйти в Интернет? А гаджет предоставите?
— Не идите на поводу у разговора, вы забыли об изначальных вопросах, но рано или поздно все равно их зададите, так что я отвечу сейчас. Целью Зеленого братства является единство с природой. Как видите, некоторые из нас чувствуют себя довольно комфортно в дикой среде. Другим же повезло не так — Профессор бросил взгляд на мужика в одежде. — Этого мы добились благодаря контролируемым мутациям, но как говориться, все имеет цену. Наша цена — человечность. Не в плане морали.
— И в ней тоже! — сказала девушка. — Мутации, особенно пси, влияют на психику. Мы стараемся рекрутировать только уравновешенных личностей. А вот некоторые наши коллеги относятся к вопросу наплевательски.
— Наша ветвь движения, — продолжил профессор, — ратует за объединение человека с природой, но никак не за отказ от благ цивилизации. Глупо отбрасывать тысячелетия труда, научных изысканий и культуры предков. Противопоставляя себя миру, мы ничего не добьемся, но с таким количеством мутаций скоро станет вопрос о том, можем ли мы считаться людьми или же раковой опухолью на теле человечества.
— И что же, по-вашему, определяет человека?
— Ты будешь удивлен, — вставил Мартин. — Способность размножаться.
— Как бы это деликатней… Инструмент не рабочий или патроны холостые?
— Что? Нет! — вскрикнул тот же Мартин. Он хотел добавить еще что-то гневное, но профессор опередил своим менторским тоном.
— Наша ДНК сильно прогрессировала и половые клетки не всегда совместимы с репродуктивным материалом среднестатистического человека.
— В виду этого боюсь спросить, что надо от меня? — обратился я к профессору, невольно подстраиваясь под его манеру речи.