Максим Пачесюк – Бочка наемников (страница 10)
В качестве основного оружия я получил штурмовую винтовку булл-пап системы. Это когда магазин находится за спусковым крючком. Сравнить это чудо было не с чем. Если очертания пистолета мне были знакомы, то уже одно только слово «булл-пап» я в памяти откопал с трудом. Просьбы заменить автомат на что-то более традиционное были не поняты, или просто отвергнуты. Пришлось брать, что дают и тащиться в тир. Здесь он был не большим, я бы даже сказал — тесным коридорчиком метров сорока-пятидесяти с двумя стрелковыми линиями и движущимися мишенями. Асоль, как мой тренер по стрельбе претензий тоже не одобрила. Поскольку Вольфа рядом не было, пришлось общаться отдельными словами.
— Перезарядка. Медленно, — пожаловался я. Вместо ответа Асоль взяла свою винтовку, сунула за пояс магазин и трижды выстрелила по мишени, рванула магазин из-за пояса и заменила, совершенно точно уложившись в полторы секунды. Я не зевал, и успел подметить порядок действий. Медленно повторил то же самое и признал. — Неправ.
— Почему? — спросила Асоль, указывая на мой пистолет в кобуре на поясе.
— Короткий. Достать быстро. — Женщина неодобрительно покачала головой.
— Метко мишень.
— Чего? — не понял я — Синоним скажи.
— Точно попасть. Важно.
— И?
— Маленький — сказала Асоль. — Больше — удобней. — Для примера она протянула мне свой пистолет. Он был немногим больше, но в руке сидел лучше. — Одевай. — кивнула она на наушники с очками, что дожидались меня на стойке у стрелкового барьера. — Стреляй.
Стрелять я так понял надо из ее ствола, иначе бы забрала. Судя по тому, что женщина одела наушники, брезговать ими не стоит. Я подогнал дужку под размер моей головы, напялил очки и постарался вспомнить все, что знал о стрельбе с пистолета. Основной костяк моих воспоминаний составляли вестерны, где крутые парни палили от бедра не глядя, поражая противника прямо в сердце. Были еще боевики, где стреляли с двух рук чуть ли не весь фильм ни разу не перезарядив оружие. Ага, вот так его держат в полицейских драмах. Спасибо «Каслу». Так, где тут предохранитель? Снимаем. Мишень висит недалеко — метров пятнадцать. Целимся не долго, а то точно промажем. Это тоже из какого-то фильма, там еще Мэл Гибсон был.
В какой-то момент перед самым выстрелом мне показалось что ствол ушел влево, потом пистолет толкнул руку, а урезанный звук выстрела отчетливо пробился сквозь защиту наушников. Ну хоть по мишени попал. Ствол действительно повело влево. Я повторил процедуру немного сместив указательный палец относительно спускового крючка, на этот раз пуля ушла правее, а вот с третьего раза я его удержал и проделал дырку гораздо ближе к центру мишени. Следующих три выстрела равномерно разлетелись вокруг яблочка мишени.
— Хватит. — Скорее догадался, чем услышал я. Освободив одно ухо, я переспросил.
— Что?
— Свой. Сюда. — Асоль указала на вторую линию.
Как не странно, но эта маленькая легкая зараза слушалась меня намного меньше чем большой пистолет Асоль. Хотя я вроде уже и уловил систему, пули разлетались, едва не выходя за рамки мишени.
— Неправ. — Признался я Асоль.
— Хорошо. Поменяешь. Повторяй.
Асоль продемонстрировала мне как стрелять с автомата, и приняла в зачет десять одиночных выстрелов. Вручную поправила винтовку и мою голову, пока я прижимал оружие к себе и заставила сделать еще пару выстрелов. Дальше пошли формы как правильно держать автомат, как идти, как целится и менять магазин. Все это было объединено в короткую кату, засевшую у меня в голове после трех повторений. Ката оказалась заданием для самостоятельной отработки, как и стрельба. Мне выдали два рожка, показали, как двигать мишени на пульте, где брать новые и оставили в покое.
Вот примерно в таком темпе я прожил всю следующую неделю. С утра меня позорил Шона, или под его присмотром пинала Мари, а потом мы гремел железом с ящером и немцем. После обеда я разбирал разнообразное оружие у Эрнана, иногда даже тягал его в тир пострелять. После смены пистолета на угловатую пушку побольше с обоймой на семнадцать патронов, Асоль показала пистолетную кату и редко наведывалась на мои стрелковые тренировки. Как ни странно, меткость моя росла, а чувство собственной крутости крепло. Но не забывал я и о тренировке для мозга. Под это дело шли шахматы с Хоссом, а как нормально пошло чтение — целая куча настольных игр с Асоль и детьми. С рыжей кроме меня неопытного почти никто не играл, разве что, когда за столом собиралась практически вся команда, иначе победа рыжей была гарантирована. Еще одним игровым клубом заведовал Канат. В его каюте по четвергам играли в разновидность покера. Тут уже не учувствовала Асоль — держала в узде свой азарт. У нее, как я понял, раньше были с этим проблемы. Но игры приходились уже на поздний вечер, а до этого я много читал и проводил время с Ясмин. Она просвещала меня насчет биотехнологий чуждых моему миру. Так я узнал, что в экзоброне используют искусственно выращенные, а иногда даже настоящие мышцы животных и насекомых. Хотя куда там, использовались не только мышцы, но и целые железы и органы чувств. Нейрогрибы были прекрасным адаптером для использования что того, что другого.
К концу недели я стал для этих людей своим. Только Мари как снежная королева не пускала меня в свое сердце. Причина в том, что я таки победил ее в спарринге. Подход оказался банальным и простым как доска. Отхватив пару хороших оплеух, я просто навалился на нее всей массой и прижал к полу. Как бы эта дикая кошечка не брыкалась, но вырваться не смогла, после чего и затаила обиду, а я перекроил расписание и вернулся к силовым тренировкам, что делал еще в своем мире. Благо в спортзале была и лавка для жима, и стойка для приседаний.
В выращивании мяса нет никаких хитростей. Бесформенный кусок со вкусом свинины или курятины может вырастить любой недоучка биомеханик. Работа Ясмин была гораздо тоньше — она выращивала рабочие мышцы. Левый квадрицепс в броне Вольфа медленно терял тонус и в скором времени грозил прийти в полную негодность. Проблема выращивания синтетических мышц состояла в том, что они должны били иметь строго ограниченную форму, не просто чтобы влезть в определенную нишу в броне, но и поместиться там в момент максимального напряжения не разворотив броню изнутри. Поэтому Ясмин выращивала сразу три квадрицепса и один уже начал набирать избыточную массу. На последнем этапе она уделяла большинство своего времени стендам, часами пропадая в лаборатории. Именно за снятием показателей трехмерного сканера и застала ее Мари. Блондинка ворвалась в лабораторию как к себе домой, нагло наплевав на правила стерильности.
— Как же он меня бесит!
— Ты хоть маску надень, — попросила Ясмин. — Кто?
— Ник! — Прорычала девушка, натягивая марлевую повязку на лицо.
— И что он сделал?
— Победил меня в спарринге.
— Да он талант.
— Тупой мужлан! Просто задавил меня массой. К отцу он по-прежнему не может прикоснуться.
— Я так и не поняла, что именно тебя взбесило?
— Я завелась.
— Что? — Ясмин наконец оторвалась от монитора и удивленно взглянула на подругу.
— Ну, он меня прижал так… Сам горячий и твердый. Не там твердый, — начала краснеть Мари, — мышцы, я о мышцах говорю. Да он мне и не нравится! У него лишний вес, и он медленный. Клинком правда неплохо машет. Стреляет вроде ничего так. Асоль говорит прогресс на лицо.
— Я поняла! — перебила излияния Ясмин. Наконец на Бочке появился парень твоего возраста.
— Да. Мы ведь все время в дороге. В Чимбае только на месяц задержались. В общем, меня бесит этот сбой. Он же член команды.
— Мой брат с невесткой тоже члены команды. Им это не мешает — парировала Ясмин вернувшись к показателям сканера.
— А тебе с Вольфом что мешает?
— Я не… — Ясмин запнулась, но возразила с новым пылом. — Нет у нас ничего!
— Ага, и никто не видит, как этот медведь вокруг тебя на цыпочках танцует, а ты сначала его пирожки в три горла трескаешь, а потом калории в спортзале до полного изнеможения сгоняешь.
— Я просто люблю его выпечку и держу себя в форме.
— Да-а!? — улыбнулась Мари. — А скажи-ка подруга, для кого ты каждый день красишься? — Ясмин проигнорировала вопрос и деланно сосредоточилась на данных. — Или может, скажешь, что в узкой юбке ходить удобнее, чем в штанах? А…
— Хватит! Это не твое дело.
— Дело не мое, — согласилась Мари. — просто не пойму, чего вы друг друга мучаете.
— Мари, что тебе нужно?
— Мне нужно горячее мужское тело, а не кусок синтетической кости. — Ясмин вновь залилась краской. — Тебе кстати тоже. Подруга, давай в бордель сходим.
— Чего!?
— А что? Мужики наши такими походами не брезгуют. Даже дед туда ходит.
— Хочешь — иди. Ко мне ты чего прицепилась?
— Одной мне страшно, с мужиками — стыдно, Асоль — замужем. Остаешься только ты.
— Не пойду!
— Яся! — заканючила Мари, картинно упав на колени и схватив подругу за полу халата.
— Не пойду!
Глава 5
За несколько дней после инцидента в Вермграде мы пополнили запасы химикатов необходимых для поддержания Бочки в воздухе, взяли определенный груз и ломаным курсом направились в Турфан. Этот полис был азиатским Лас-Вегасом. Город греха, разврата и развлечения на любой вкус посреди пустыни. Именно там Канат собирался продать наши фильмы. Было забавно наблюдать, как европейские джунгли постепенно сменяются лесами и горными массивами Средней Азии.