Максим Орлов – Сага "Дары смерти" Книга 1 (страница 4)

Артём задумался. Риск был огромным. Если Георг обманет, если информация попадёт не туда, если мясники узнают… Но другого выхода не было. Без калибровки он станет пустышкой. А без него Алиса умрёт.

— Хорошо, — сказал он. — Сначала калибровка. Потом координаты.

Георг покачал головой:

— Сначала координаты. Я рискую своим оборудованием и временем. Ты можешь просто сбежать после калибровки.

— Я не сбегу.

— А я не верю на слово.

Они смотрели друг на друга. Алиса вдруг шагнула вперёд.

— Я останусь здесь, — сказала она. — Ты делаешь калибровку, Артём идёт и записывает координаты куда скажешь. Я буду заложницей. Если он не вернётся, можешь делать со мной что хочешь.

— Алиса! — резко сказал Артём.

— Это разумно, — кивнул Георг. — Девка с головой. Идёт.

Артём сжал кулаки, но спорить было бесполезно. Он видел в глазах сестры ту самую решимость, которая появилась у неё сегодня впервые за долгое время. И понимал: если он сейчас откажется, она всё равно найдёт способ помочь. Может, более опасный.

— Хорошо, — глухо сказал он. — Но если с ней что-то случится…

— Ничего не случится, — перебил Георг. — Мне нужна твоя информация, а не её голова. Давай к столу, времени мало.

Калибровка оказалась именно такой, как предупреждал Георг. Артём лёг на хирургический стол, ремни затянулись на запястьях и щиколотках. Георг опустил над ним манипуляторы, и началось.

Боль была не физической. Или не совсем физической. Артём чувствовал, как тонкие иглы входят в нервные узлы, как имплант начинает пульсировать, отзываясь на внешнее воздействие. В голове взорвался шум — сотни голосов, обрывки команд, крики, звёздный ветер, свист турбин.

«Что ты делаешь?» — голос пилота прорвался сквозь какофонию, злой, испуганный. «Ты пытаешься меня запечатать?»

— Я пытаюсь не сдохнуть, — сквозь зубы процедил Артём.

«Я тебе нужен! Без меня ты никто!»

— Без тебя я — человек. С тобой… посмотрим.

Георг что-то бормотал, настраивая параметры. Иглы двигались, заставляя имплант сжиматься, подстраиваться под нервную систему носителя, а не наоборот. Артём кричал — он не слышал своего крика, но чувствовал, как рвутся связки. Алиса, стоявшая в углу, закрыла лицо руками.

Потом боль схлынула. Всё кончилось.

Он лежал на столе, глядя в потолок, по которому плыли размытые пятна света. Рука больше не светилась. Она просто была. Чужая, но послушная.

— Готово, — услышал он голос Георга. — Вставай.

Артём сел, с трудом разгибая онемевшие пальцы. Внутри было пусто — голос пилота молчал. И от этой тишины становилось почти страшно.

— Он… замолчал.

— Калибровка стабилизировала вашу связь, — объяснил Георг, вытирая руки ветошью. — Теперь ты управляешь, а не он. Но не расслабляйся. Если воля ослабнет, он вернётся. И тогда будет уже не договор, а война.

Артём кивнул. Он понимал.

— Теперь твоя очередь, — Георг протянул ему небольшой накопитель. — Запиши сюда координаты. Все, что знаешь.

Артём взял накопитель, подключил к нейросети. Несколько секунд — и данные переписаны.

— Здесь всё. Ящики были в грузовом отсеке, но там могло остаться ещё в ангарах. Я не успел проверить.

Георг забрал накопитель, спрятал в карман.

— Этого хватит. А теперь уходите. У меня скоро будут клиенты.

Артём помог Алисе подняться — она стояла на ватных ногах, но держалась. У выхода он обернулся.

— Георг. Спасибо.

— Не благодари. Мы просто обменялись. — Калибровщик уже отвернулся к столу, разбирая инструменты. — И запомни: на Вольной никто ничего не делает просто так. Если тебе снова понадобится помощь — приноси что-то взамен. Или уходи. Выживают здесь только те, кто умеет платить.

Они вышли в коридор. Артём взял сестру за руку — ту, здоровую, не тронутую Даром. Пальцы Алисы были холодными, но она сжала его руку в ответ.

— Теперь что? — спросила она.

— Теперь будем жить, — ответил Артём. — У нас есть буксир, есть немного еды, есть несколько дней до того, как кончится топливо. Надо найти работу, заработать на компенсатор для тебя.

— А Дар?

— С ним я разберусь.

Они пошли по коридору, и на этот раз взгляды, провожавшие их, были другими. Кто-то отводил глаза, кто-то кивал, как равному. Кузьмич, сидевший на своём месте, проводил их молча, только приподнял кружку в ленивом приветствии.

На Вольной уже знали: здесь появился новый симбионт. И у него была сестра, которую он спасал. И ради этого он был готов на всё.

В этой галактике такие истории ценились. Не потому, что были редкими. А потому, что напоминали: человек — это не только плоть и железо. Иногда ещё и что-то, что держит его на плаву, когда всё остальное уже утонуло.

Конец главы 1

Глава 2. Чужие здесь

«Вольная держится на трёх вещах: воздухе, который никто не продаёт, железе, которое все продают, и слухах, которые здесь дороже золота. Если хочешь выжить — научись слушать. И не верь никому, даже себе».

— из разговора Кузьмича с новичками

Артём проснулся от того, что кто-то настойчиво скрёбся в переборку. Звук был ритмичный, металлический — кто-то царапал ногтем или инструментом по обшивке буксира. Он открыл глаза, нащупал рукой фонарь. Алиса спала на своей полке, свернувшись калачиком. В отсеке было темно и холодно — экономя энергию, он отключил обогреватели на ночь.

Скрёб повторился. На этот раз громче.

Артём тихо поднялся, стараясь не скрипеть полом, и подошёл к входному люку. Прильнул к смотровому глазку — старому, зацарапанному, но ещё работающему. Снаружи, в тусклом свете дежурных ламп, стоял Кузьмич. Старик курил, опираясь здоровой рукой о переборку, и металлическими пальцами протеза методично царапал по корпусу «Чайки».

— Открывай, — донёсся приглушённый голос. — Не простужай девку.

Артём откинул засов. Люк открылся с привычным скрежетом, и в отсек ворвался холодный воздух с запахом табака и перегара.

— Ты чего? — спросил Артём, стараясь говорить тихо. — Мы же расплатились.

— Расплатились, — согласился Кузьмич, затушив окурок о стену. — Но ты ж не думал, что на этом всё кончится? — Он заглянул внутрь, окинул взглядом тесный отсек, заметил спящую Алису и понизил голос. — Выходи, поговорим.

Артём оглянулся на сестру. Она не проснулась — дышала ровно, глубоко. Он накинул куртку и выскользнул наружу.

В коридоре было почти безлюдно — только в дальнем конце какой-то тип спал, укрывшись рваной плёнкой. Лампы мигали с перебоями, создавая впечатление, что всё вокруг пульсирует в такт чьему-то тяжёлому сердцу.

Кузьмич молча пошёл вперёд, и Артём двинулся за ним. Старик петлял по узким проходам, перелезал через какие-то трубы, и вскоре они оказались в небольшой нише, где из стены торчал обгоревший пульт управления. Здесь было теплее — где-то рядом гудел вентилятор, прогоняя воздух через нагревательные элементы.

— Садись, — Кузьмич указал на перевёрнутый ящик, а сам устроился на таком же напротив. — Рассказывай, что дальше делать собираешься.

— Работу искать, — пожал плечами Артём. — Топливо на исходе, еда кончится через несколько дней. Нужно заработать на компенсатор для сестры.

— Компенсатор, — Кузьмич покачал головой. — Дорогая игрушка. Ты хоть знаешь, сколько он стоит?

— Примерно.

— И где ты тут, на Вольной, такие деньги возьмёшь? Буксир свой продашь — так он никому не нужен, старьё. Дар продать пытался — не захотел. Остаётся одно: работать. Но на кого?

Артём молчал. Он понимал, что старик не просто так его вытащил среди ночи.

— У тебя есть предложение? — спросил он прямо.

Кузьмич усмехнулся, обнажив щербатые зубы.