Максим Орлов – Проект GENESIS: Первая Призма (страница 4)

Громов снова поднял бинокль, его взгляд скользил по позициям, по солдатам в тяжелых экзоскелетах «Барс», которые делали их похожими на роботов из фантастических фильмов, однако даже эта броня не защищала от метрической болезни, не защищала от галлюцинаций, от потери ориентации во времени, когда солдат мог стоять на посту час, а по ощущениям проходила минута, или наоборот, когда он мог забыть, какой сейчас год, какое время суток, кто он такой.

Он видел, как один из солдат, стоявший на дальнем посту, вдруг опустился на колени, схватился за голову, начал биться о бетонный блок, и двое сослуживцев бросились к нему, повалили на землю, связали, поскольку это был стандартный протокол при приступе метрической болезни, однако Громов видел, как часто эти приступы заканчивались тем же, чем закончился приступ рядового Козлова, — полным распадом, превращением в нечто, что не было ни живым, ни мертвым.

Ветер усилился, принеся с противоположного берега не запах озона, а тяжелую, влажную вонь сырого бетона, смешанную с чем-то металлическим, похожим на горелую проводку, — тот самый «предвестник», о котором писали в донесениях сталкеров, и Громов почувствовал, как заложило уши, как в висках застучала тяжелая, ритмичная боль, как воздух вокруг начал дрожать, становиться вязким, поскольку начиналось очередное «Проявление», очередной импульс Зоны, который отбрасывал границу санитарного кордона еще на сотню метров, поглощая очередные кварталы, очередные жизни, очередные надежды.

— Всем постам, повышенная готовность, — его голос прозвучал в рации, ровный, спокойный, однако внутри него все сжалось, поскольку он знал, что «Проявление» — это не просто природное явление, это демонстрация силы, напоминание о том, кто здесь хозяин, о том, что люди — лишь гости, незваные, нежеланные, терпимые лишь до тех пор, пока Зона не решит иначе.

Небо над Кировским районом начало меняться, свинцовые тучи расступились, открывая вид на ядро «Призмы», которое пульсировало теперь не фиолетовым, а кроваво-красным светом, и Громов, видевший многое за свою службу, почувствовал, как по спине пробежал холод, поскольку красный свет означал не просто импульс, означал не просто расширение, означал нечто иное, нечто, о чем ученые предупреждали в своих докладах, однако никто не верил, никто не мог поверить, что Зона может быть разумной, что она может учиться, адаптироваться, планировать.

Асфальт под ногами начал плавиться, превращаясь в черную, вязкую массу, которая тянулась к сапогам Громова, словно живая, и он отступил на шаг, его рука легла на рукоять пистолета, хотя он понимал, что пули бессильны против этого, против пространства, которое отказывалось быть пространством, против реальности, которая переписывала сама себя.

В этот момент к наблюдательному пункту подошел человек в безупречном темном костюме, который выглядел чужеродно среди военных в камуфляже, среди бетонных блоков и мешков с песком, его лицо было гладким, без морщин, глаза холодными, оценивающими, и Громов, не глядя на него, понял, кто это, поскольку знал, что корпорации не дремлют, что они уже здесь, что они пытаются получить то, что военные пытаются сдержать.

— Генерал Громов? — голос человека прозвучал ровно, без акцента, однако в нем звучала та особая интонация, которая отличала людей, привыкших отдавать приказы, а не выполнять их, людей, для которых война — это бизнес, а не долг.

— Представитель Ростеха, — произнес Громов, не поворачивая головы, его взгляд был прикован к противоположному берегу, где красное свечение «Призмы» усиливалось, где пространство изгибалось, где начиналось нечто, чему он не мог дать названия, — я узнаю вас по тому, как вы стоите, по тому, как вы смотрите на моих солдат, как на ресурсы, как на активы, как на нечто, что можно купить, продать, использовать.

Человек в костюме слегка улыбнулся, однако улыбка эта не достигла его глаз, оставшихся холодными, расчетливыми.

— Александр Иванович, я здесь не для того, чтобы оценивать ваших солдат, — человек достал из портфеля прозрачный контейнер, внутри которого лежал кристалл неправильной формы, переливающийся всеми цветами спектра одновременно, — я здесь, чтобы предложить решение. Зона — не враг, которого можно уничтожить. Это ресурс. Возможность, которую нельзя упускать.

Громов медленно повернулся к нему, его серые глаза встретились с холодным взглядом представителя корпорации, и в этом взгляде генерала читалось презрение, усталость, понимание того, что мир изменился, что люди, которые сидели в московских офисах, которые считали прибыли и убытки, которые видели в Зоне лишь источник дохода, не понимали, что они имеют дело с чем-то, что не подчиняется законам экономики, с чем-то, что не может быть куплено, продано, контролировано.

— Решение? — голос Громова прозвучал тихо, однако в этой тишине звучала такая угроза, что человек в костюме невольно отступил на шаг, — ваше решение — это отправить моих солдат на смерть ради ваших артефактов, ради ваших экспериментов, ради ваших прибылей, ваше решение — это превратить Зону в полигон, в источник дохода, в нечто, что можно эксплуатировать, однако Зона не терпит эксплуатации, Зона отвечает, Зона мстит.

— Генерал, вы мыслите категориями прошлого, — человек в костюме протянул контейнер, — это «Кристалл Лобачевского», добытый нашими агентами вчера в периметре Зоны. Один грамм содержит энергии больше, чем вся Пермская ГРЭС. Это будущее, генерал. Будущее, которое вы пытаетесь остановить, однако будущее нельзя остановить, его можно лишь возглавить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.