Максим Мостович – 95 (страница 49)
— Ян… хорошо, что ты приехал…
Кованна смотрела холоднее. Они всегда были не настолько близки, как мать с сыном.
— Мне нужны деньги, — сказал Ян. — Клеопатра… у нас долги. Я верну, правда.
Мать дала.
Слишком много.
Ян улыбнулся сестре:
— Не смотри так. Я справлюсь.
Но он не справился.
В казино он проиграл всё.
Даже машину в залоге.
Выходя на парковку, он увидел её —
горит.
— ЧТО?! ЭЙ!
Ян побежал к машине — но рядом, в отблесках огня, стоял незнакомец.
Мужчина в длинном красном пыльном плаще, с небольшим рваным капюшоном. С лицом, будто вырезанным из камня. Судя по всему в маске.
— Хороший вечер, Ян Дэзмонд, — сказал незнакомец. — Ты взял деньги… которые ты не можешь вернуть.
Ян отступил, не находя слов.
Незнакомец улыбнулся — медленно, жестоко.
Спустя время к дому подъехала машина Трэйза. Трэйз был в архивах, и просит Кованну поехать с ним.
Тихое утро в особняке Рэйзовых начиналось с хлопков посуды и запаха жареного хлеба.
В кухню спускается ГРОК — огромное, странно сложенное существо, наполовину горилла, наполовину крокодил, в огромной рубашке, которая сидит на нём как палатка.
Его встречают взгляды за столом:
Зейн Зецн Рэйзов — Старший брат.
Деловой костюм, спокойный голос, усталые глаза. Его дочь сравнительно недавно заболела неизвестной болезнью.
Младший брат, тот самый, кто нашёл Грока на берегу.
На руке дорогие часы, а у самого — выражение самодовольного павлина.
Люмин Рэйзова — Старшая сестра.
Белые волосы, ярко-красная помада.
Она смотрит на Грока как на экзотическую диковинку, но без злобы.
— Ого, а у него мускулы как у наших телохранителей, — заметила она, жуя клубнику.
Элисия Рэйзова — Младшая.
Голос мягкий, взгляд глубокий.
Буддистка, ходит босиком даже по мрамору.
Она склоняет голову, рассматривая Грока так внимательно, будто читает его душу.
На её ладони — тот самый знак 95.
— Ты чувствуешь? — шепчет она вдруг ему, так тихо, что слышит только он.
— Ты… наш.
Грок отворачивается, смущённый. Но его взгляд падает на собственную ладонь:
на ней — тоже 95, маленькая, но отчётливая.
Йор Рэйзова — Мать.
Строгая, статная, но в её манерах есть врождённая благородная мягкость.
Она говорит Гроку:
— Расслабься, деточка. У нас большая семья, ты не первый странный гость.
Рэйз Рэйзов — Отец.
Дряхлый, смешной и какой-то раздражающе простой для миллионера.
Его голос слабый:
— Ладно, ладно… давайте есть… у нас же… семейный завтрак…
Тем временем Трэйз всё-таки убедил Кованну поехать с ним ещё раз.
На этот раз — в городские архивы.
Старые книги.
Записи родов.
Выцветшие документы.
Он разложил перед ней фотографии:
— Смотри.
Это род Евы Марантинской.
Это — семья Адама Ларсена.
Это — древние изображения.
И везде у наследников одинаковый знак.
Такой же, как у нас.
На всех рисунках прародителей —
на ладонях было «95».
— Это… совпадение, — сказала Кованна.
— Нет. Это система. И мы — её часть.
— Трэйз, хватит.
— Ты САМА видела, что Аид пропал!