Максим Мамаев – Вернуть Боярство 24. Финал (страница 77)

Помимо них в помещении было ещё два десятка человек, но они стояли чуть в стороне, молча наблюдая за происходящим.

Между мужчиной и краснокожим демоном на изящном столике лежала большая доска, вырезанная из цельной кости какого-то исполина. Взгляды обоих были направлены на эту доска. На первый взгляд это могло показаться странным — пустая белая доска, на которую пялится столь колоритная парочка, у которой из общего разве что тот факт, что оба относятся к гуманоидам.

Однако стоило приглядеться к доске и можно было увидеть лёгкую рябь над ней. А уже через секунду взор стороннего наблюдателя словно бы проваливался в эту рябь — чтобы осознать себя парящим на высоте, не всякому орлу подвластной.

Там же, внизу, можно было увидеть бесчисленные фигурки, с двумя типами отметок на телах — красными и синими. Среди них хватало как гуманоидных, так и не имеющих к ним никакого отношения. И сейчас между ними разворачивалось кровопролитное сражение двух армий, что раскинулись от горизонта до горизонта. Боевая техника людей, чудовища, воздушные суда, драконы, гарпии, горгульи, грифоны и гиппогрифы, великаны, кентавры, наги, демоны всех рангов вплоть до Абсолютов, нежить и многие, многие другие…

Там, внизу, бушевала великая битва, в которой одних Абсолютов с каждой стороны было не менее чем по три десятка. Битва, от ярости которой рушились окрестные горы, пересыхали реки, земля сминалась, будто тонкое одеяло в руках человека, валы пламени и хтонических размеров торнадо рвали друг друга на куски…

А снаружи два существа всё также неотрывно глядели на доску. Собственно, они были в самом разгаре напряжённой игры — ведь всем, что происходило внутри доски, управляли эти двое. Цель игры была проста, как столб — разбить вражескую армию.

В конце концов, спустя три с лишним часа, битва завершилась поражением синей армии — красные, пусть и ценой чудовищных потерь, взяли верх и рассеяли армию противника.

Игроки отвели взгляды от доски, и краснокожий здоровяк, широко усмехнувшись, гыгыкнул:

— Моя победа!

Его оппонент лишь молча вздохнув, лёгким движением руки заставляя доску исчезнуть. Могущественный артефакт Пространства, в котором был заключён огромный континент, вдвое больше Евразии, мгновенно пропал. И в ту же секунду над огромной, наполненной пламенем трещиной в земле открылся пространственный портал — весьма необычной формы, протянувшийся на добрые три сотни километров ровно вдоль пылающего разлома.

А затем туда, в бездну посыпались бесчисленные тела. Большинство из них были мертвы, многих вообще было невозможно опознать, до того изуродованы были трупы. Вместе с ними падали вниз артиллерия, остовы ещё недавно могучих летучих кораблей — крейсеры, броненосцы и даже линкоры, пилотируемые големы и многое, многое другое.

А ещё примерно четверть падающих в злое магическое пламя существ были всё ещё живы. Вот только тому, кто это сделал, было до их судьбы не больше дела, чем человеку, вытряхнувшему муравьёв из свой коробки.

И поэтому что, синие, что красные, оказавшиеся не сложной иллюзией или порождениями иной сложной магии, а самыми настоящими, живыми существами, сгинули в пламенной бездне, не удостоившись даже взгляда своего убийцы.

— Победил, победил, Моргритон, — признал человек. — Удивительно, как обладатель столь мощного разума может быть настолько неамбициозен?

— Правда не понимаешь? — ухмыльнулся частоколом клыков демон, с хитрым прищуром глядя на собеседника.

— Я понял бы, если бы ты поднялся хотя бы до положения Короля и уже потом остановился. Но ты, обладающий всем, чтобы войти в десятку сильнейших Королей, довольствуешься положением Князя. Это не просто странно, это противоречит самой сущности демонов! Вот скажи, Гархазу, — поглядел он на одного из стоящих поодаль. — Будь у тебя сила стать Императором, ты бы стал сражаться за трон?

Гархазу несколько секунд молчал, глядя немигающим взглядом нечеловеческих глаз с вертикальным зрачком. На секунду, на самый краткий миг в его взоре мелькнула жгучая, бешеная ненависть — но лишь на секунду.

— Ладно-ладно, можешь не отвечать, — махнул рукой человек. — Мы и так все помним, каков твой ответ.

Он с улыбкой посмотрел прямо в глаза тому, кого звали Гархазу, и последний не выдержал, отвёл взгляд в сторону, отчего человек, или, если быть точнее Император Инферно, ещё сильнее оскалился.

Это было его любимой темой — задавать подобные вопросы конкретно этому Королю. Всё дело было в том, что Гархазу давным-давно превзошёл одного за другим сильнейших Королей и стал номером два во всём Инферно. Более того, разрыв между ним и номером три был весьма велик и с каждой сотней тысяч лет всё рос.

А потому в Инферно упорно ходили слухи о том, что тот готовится однажды бросить вызов в борьбе за трон нынешнему Императору. А тот, прекрасно зная эти слухи, не упускал случая подразнить своего потенциального конкурента. Нынешний Император, Сатон, был абсолютно уверен в себе, а наличие пытающегося наступать ему на пятки Гархазу добавляло перчинку его существованию. Ведь он уже очень, очень давно ждал равного противника…

— Я не пытаюсь бороться за более высокое место в иерархии как раз потому, что существуешь ты, Сатон, — прервал напряжённую тишину Моргритон. — Какой смысл рвать жилы в гонке, которую тебе никак и никогда не выиграть? Зачем ставить всё на изначально проигрышную карту? Я лучше сосредоточусь на том, в чём я действительно могу стать лучшим. И кое-какие успехи у меня уже есть — по крайней мере в играх ты мне давно не противник.

По пальцам одной руки можно было пересчитать тех, кому было позволено фамильярничать с Императором Демонов, и похожий на неандертальца демон был одним из них.

— Твоя правда, — признал Император, отводя взгляд от номера два Преисподней. — Итак, вы все слышали новости — Вечные вырвались на свободу. Алорнир мёртв, причём навечно, наши основные силы в смертных мирах разгромлены. Какие предложения?

Присутствующие здесь были не только Королями — Император созвал всех, кто выделялся среди высшей аристократии Инферно своим умом. Четверо Лордов, семь Князей и десять Королей — не сказать, что советники правителя инферналов, но те, чей ум он признавал. И, надо отдать ему должное — он умел абстрагироваться от своего личного отношения к тому или иному сородичу, когда речь заходила о деле. Доказательством этому служило присутствие здесь Гархазу…

— Я считаю, что в этот раз нам не стоит помогать пернатым выродкам, — заявил Моргритон. — В прошлый раз мы помогли им одолеть людишек… И что мы получили в итоге? Наше влияние на смертные планы почти не выросло, тогда как пернатым, сумевшим монополизировать веру в Творца, поклоняется вся Ойкумена! На них втрое уменьшилось действие Законов Творца, мешающих им и нам проникать в смертные миры, а для нас почти ничего не изменилось. Мы почти не способны заставить поклоняться нам нечто большее, чем какую-нибудь кучку голозадых тайных культистов, тогда как им отдают энергию веры миллиарды миров… А стоит вере в нас где-нибудь окрепнуть — и запускается Механизм Судного Дня и они сносят всё до основания!

Краснокожий здоровяк повёл ладонью, и в воздухе появилось нечто, в чём человеческий взор увидел бы лишь кляксу чернильного мрака, пронизанную бесчисленными светящимися искорками. Однако людей среди присутствующих не было, и потому они видели карту всей ведомой Ойкумены, или мироздания.

— Предлагаю не просто не помогать крылатым, но и поддержать Вечных, — продолжил краснокожий. — И потребовать в качестве платы отдавать нам языческих божеств, помогать преобразовывать под нас их твердыни в Астрале. Людей нам Вечные не дадут, ясное дело, но… На кой нам люди, когда Астрал полон добычи куда более сытной? А заодно можно будет и расширить наш План за счёт ближайших слоёв Астрала.

— Хорошая мысль… — поддержал один из Королей. — Только всё это надо провернуть не в лоб, а тоньше, в нужный момент — чтобы получился хороший, мощный удар в спину…

Третья Война за Небеса обещала идти совсем по иным правилам, нежели первые две.

Айравата с облегчением опустила вскинутые руки, глядя, как один за другим появляются сотни, тысячи человеческих фигур. Пока бессознательные, полупрозрачные, они постепенно сгущались, становились плотнее и овеществленнее.

Исполнено. Её древний долг, ради которого она трудилась всю свою бесконечно длинную, тяжёлую жизнь, цель её существования выполнена, древнее предсказание отца воплотилось. Да ещё как!

В чудовищной битве Верховный Воитель смял и сокрушил всех и вся. Ничто не угрожало возрождению сородичей сейчас, в самый ответственный момент — остатки армад врага спешно бежали с поля боя.

Сам же Рогард пал. Как пали и многие другие — этот день выдался на редкость кровавым. Мироздание давно не видело сражений подобных масштабов и подобных потерь… В один день погибли Архангел, Король Инферно, Верховное Божество — и ещё почти два десятка сущностей, лишь на одну ступень им уступающих. А уж сколько пало Лордов Инферно, Старших Богов и Херувимов… Эту цифру ещё только предстояло выяснить, но счёт явно переваливал за тысячу.

— Отец, — склонилась она перед тем, кто пришёл в себя первым. — Я…

Пока Вечные приходили в себя, а Император спешно входил в курс дела, великие сущности вновь обретали самость, Петя тихо молчал. Перед его глазами проносилась схватка — чудовищной, непредставимой для смертного мощи… Да чего уж там — и для почти любого Вечного или иного существа схожей силы тоже. Он не мог, не имел возможности осознавать и понимать увиденное — однако же вот она, память наставника. Все приёмы, все способы применения силы, всё наследие его магического искусства — вот оно, в его разуме. Защищённое и сокрытое так надёжно, что никто и никогда не узнает о нём, если на то не будет воли Пети.