Максим Мамаев – Вернуть Боярство 21 (страница 10)

— Хорошо, один предмет на моё усмотрение, — кивнул я. — Ну тогда третий пункт — ты поможешь мне использовать твоё тело для того, чтобы заселить в него новую душу. Все равно благодаря твоему ритуалу возможности воскреснуть у тебя уже нет — перестраховался ты на славу.

Убить физическое тело Великого Мага недостаточно, чтобы прикончить его. После убийства физической оболочки нужно ещё разобраться с его душой, которая имеет все шансы удрать, а затем, спустя какое-то время, воскреснуть в новом теле… Вот только могущественный ритуал, использованный Иваром, отрезал эту возможность. Иначе какой бы в нем был толк, если я мог после поражения попробовать удрать? Причем с неплохими шансами — процентов двадцать пять, а то и тридцать…

У меня давно имелся тот, кому срочно нужно новое тело, чтобы продолжить развитие, застывшее на месте. Я планировал раздобыть для него труп Мага Заклятий, но, к счастью, не успел — и теперь у меня имелось для него в разы более качественное вместилище.

Дождавшись кивка чародея, я продолжил:

— Ну и четвертый, последний пункт — ты предоставишь полный перечень имеющихся у тебя магических познаний и обучишь меня тем заклинаниям или ритуалам, которыми я заинтересуюсь. В количестве до сорока штук.

— До десяти.

— Двадцать пять — моё последнее слово.

— Пятна…

— Последнее, Ивар.

— Хорошо, — натурально вздохнул дух мёртвого потомка викингов. — Как будем скреплять наш договор?

— Благодаря господину, его Чертогу Чародея и Темному я обзавелась целой кучей полезных контактов среди разного рода Темных и Демонических Богов, — приняла сидячее положение Алена. — Скреплять будете сейчас или когда восстановите силы?

Глава 4

Со дня битвы за Таллин минуло три месяца. Три удивительных, долгих и одновременно коротких месяца, за которые успело случится много всякого разного.

Таллин устоял, и более того — шведов отбросили от его стен. Пришедшие через сутки лейб-гвардия Императора и дружины Великих Родов, лояльных Петрограду, мгновенно поставили крест на любых надеждах взять город. Побитые северяне ушли, оттянулись к Кёнигсбергу и остальной британской группировке вторжения.

А вот столица Восточной Пруссии, к сожалению, всё-таки пала. И ужасы, что обрушились на его жителей, заставляли сжимать кулаки и скрипеть зубами, вспоминая увиденное в Приморье — всех жителей и защитников города принесли в жертву демонам. Миллионы человек, убитых на алтарях инфернальных тварей — участь, даже худшая, чем гибель от рук адептов Смерти… Британский кронпринц не играл в человеколюбие и уже даже пытался скрывать, какого рода волшебству отдает предпочтение он и большая часть верхушки туманного альбиона.

Да уж… Я тогда, грешным делом, решил — Россия как морская держава отброшена на века назад, лишившись остатков флота. Но Император, или, если точнее, его подчиненные и ученики — настоящие, а не находящийся в некоторой опале Залесский или Распопов, оказавшийся отвлекающей внимание ширмой, сумели удивить своей подготовленностью и компетентностью.

В Кронштадте, в котором до того болталось лишь десятка три боевых судов, ежедневно десятками начали появляться боевые суда. Океанские боевые корабли, от небольших корветов и эсминцев до могучих линейных кораблей и даже трех дредноутов — Маги Пространства Императора телепортировали суда, до того скрытно хранившиеся в глубинных провинциях. Это был интересный ход, подробности о котором мне были известны доподлинно — ведь Кристина, вместе с Фаридой, отправилась помогать ещё двоим Магам Пространства восьмого ранга, служащим Императору.

Плененную чародейку под это дело пришлось вернуть её господину. Что самое обидное — очевидно желавшую подставить нашего старика Шуйского тварь пришлось отпустить безо всякой виры. Она ещё и наглеть пыталась!

— За нападение на союзника, который вам помог, вас всех судить нужно! — заявила тогда наглая девка. — Подонки и негодяи, Император ещё заставит вас поплатиться за то, как вы обошлись с его приближенной. Вам протянули руку помощи и дружбы, а вы в неё плюнули!

— Ты что, паскуда петроградская, о себе возомнила⁈ — возмутилась тогда весьма горячная Ярослава Шуйская. — Падаль ты столичная, у нас есть фрагмент воспоминания Старейшины Федора, в котором четко показано, как ты блокируешь для него пространство, дабы лишить шанса отступить или уклониться от удара демона! Скажи спасибо, мразь, что мы тебя не по кускам твоему хозяину отправляем! Курица чернявая, ни стыда, ни совести!

— Я блокировала пространство не для него, а вообще — чтобы лишить демона возможности уйти от атаки! — дерзко огрызнулась тогда Фарида. — Смотрю, ты очень смелая боярыня — так храбро тявкать из-за чужих спин… Мне вот интересно, рискнула бы ты мне хоть слово сказать, если бы я была полна сил и могла бросить тебе вызов⁈

— А чего мне тебя, куропатку, бояться? — презрительно бросила Ярослава. — Я и не таких врагов видывала и ничего — жива-здорова, в отличии от них. Если хватит духу — давай, восстанавливайся, я тебе лично всю необходимую для исцеления алхимию и помощь предоставлю. А потом выйдем в поле, раз на раз, да поглядим, чего ты стоишь, когда нет возможности бить в спину!

— Да что ты о себе возомнила, ничтожество с двумя Заклятиями⁈ Я…

— Прекратите обе, — тяжело, веско бросил тогда Федор Шуйский. — Господин Решетников, несмотря на то, что приказ отдает сам Его Величество, факт предательства госпожи Шараповой сомнению не подлежит. И согласно всем писаным и неписаным законами, правилам и традициям — я полностью в своем праве, удерживая её в плену. Собственно, я даже убить её имею полное право, и если нужно — готов предстать перед Высшим Имперским Судом с доказательствами своей правоты.

Решать судьбу Шараповой действительно имел право лишь Федор и, в меньшей степени, Род Шуйских в целом. Напала она на него, и пусть в плен посланница Императора попала в результате совместных усилий моей Алены и Федора, но ни я, ни моя подчиненная фактически не имели на неё никаких прав, ибо по отношению к Алёне или ещё кому-либо из моего Рода Фарида ничего дурного не сделала. В этом вопросе мы лишь помогли союзнику, отчего тот оказался в небольшом долгу непосредственно перед Аленой, не более того.

Посланником Императора был весьма внушительный чародей. Маг восьми Заклятий, явившийся с небольшой свитой, был представителем достаточно посредственного Рода, коих в России далеко не одна сотня. Первая категория, свой Архимаг, некоторое количество Родовых Земель где-то в Костромской губернии — в общем, ничего особенного. Мы даже не сразу разобрались, что это за Род такой — лишь минут пять спустя мне телепатически пояснили, что это за Решетниковы такие.

И, разумеется, никто отродясь не слышал, что у них имеется Маг Заклятий, тем более такой силы. Ещё один тайный козырь Императора, коих оказалось весьма и весьма немало…

А ещё Решетников оказался отличным переговорщиком. Настолько, что в итоге Шарапову пришлось отдавать за так, ибо даже понимая, что его переговорная позиция куда сильнее не вел себя заносчиво, не цедил ультиматумов и даже не пытался грозить.

Учитывая все возрастающую османскую угрозу, с которой нам вот-вот предстояло столкнуться в полный рост, боярам самим было необходимо, чтобы кто-то взял на себя британскую угрозу. И Император, наконец решивший вступить в войну, сильно облегчал положение, казавшееся катастрофическим — фактически, вот теперь Империя всерьез и всеми силами, засучив рукава, начала драться с осаждающими её врагами. И несмотря на проступок Шараповой она всё так же оставалась магом аж семи Заклятий и, что более важно, магом Пространства — а переоценить роль чародеев данного направления в конфликте такого масштаба, когда численность противостоящих друг другу армий исчислялся миллионами, крайне сложно…

Потому Федор принял мудрое решение отложить решение этого конфликта на более спокойные времена. Что поделать — политика это чаще всего поиск компромиссов и принятие не слишком приятных, но необходимых решений. Империи нужен был каждый Маг Заклятий, и особенно ей нужны были маги Пространства восьмого ранга, тут уж ничего не попишешь…

Как и положено компромиссу, он оставил недовольными обе стороны — плен, несколько дней под действием проклятий и насланных кошмаров, стремившихся истощить психику жертвы, не прошли для Шараповой даром и та исходила бешенством от того, что её мучителям за это ничего не будет.

Высшие маги, тем более женщины, существа не слишком логичные по части восприятия мира. Тот факт, что она пыталась угробить Федора, попалась на этом и именно за дело получила по шее её ничуть не смущал и она искренне считала себя правой в данной ситуации. И настаивала на вире и даже расследовании, однако Решетников буквально несколькими телепатическими посланиями заставил Фариду недовольно умолкнуть и ограничиться лишь недовольными взглядами, бросаемыми на нас.

Затем пошло обсуждение с боярской думой дальнейших планов Императора и бояр относительно происходящего. Дело происходило на шестой день после битвы за Таллин, и к этому времени наше совместное войско уже вернулось на земли бояр. О прибытии полномочного представителя Петрограда нас предупредили за три дня до его появления, упомянув, что разговор предстоит серьезный и хорошо было бы собрать представителей всех боярских Родов для этой беседы. Что и было сделано…