Максим Максимов – В интересах истины (страница 5)
27 июля 2004 года уголовное дело в отношении Анатолия Язева было прекращено в связи с отсутствием события преступления.
…Любопытно, что главный редактор газеты «Интеллект, творчество» Виктор Потиевский в телефонном разговоре подтвердил нам, что действительно предполагал, что Исаев создаст и возглавит в Петербурге корпункт его издания:
— С Исаевым меня познакомил очень уважаемый мной главный редактор журнала «Русский Джокер» Евгений Раевский. Исаев сам предложил создать корпункт, я согласился, но, к сожалению, разговором дело и закончилось…
Что ж, Исаеву можно отдать должное: он — специалист по внедрению. Но при чем тут Максим Максимов?
Пожалуй, этот вопрос остался бы без ответа еще очень долго, когда бы не одно интересное событие. Дело в том, что в апреле прошлого года Максим рассказал нам об этом сам, естественно, не зная, что рассказанная им история будет иметь отношение к его дальнейшей судьбе…
Апрель 2004 года. Бывшее рабочее место Максима уже занято другим сотрудником. Макс сидит рядом с моим столом на стуле для посетителей.
— Возьми, почитай. Тут прикольная история. Понравится — напечатаешь, — Максим улыбается и протягивает мне дискету. Я его знаю давно: он хорошо поработал и чувствует, что тут это оценят.
Я перекидываю к себе файл «Смирнов» и внимательно читаю. Там очень подробно (узнаю педантичность своего бывшего заместителя) описана фабула уголовного дела, возбужденного в отношении заместителя начальника 7-го отдела ОРБ Михаила Смирнова.
Смирнов осуществляет оперативное сопровождение уголовного дела, возбужденного в отношении заместителя начальника Пулковской таможни Евгения Федорова. Федорова арестовывают, потом приговаривают к нескольким годам лишения свободы, а Смирнов, судя по всему, «западает» на «мерседес», на котором ездил Федоров. «Мерседес» этот замечателен тем, что, как многие иномарки тех времен, был ввезен и оформлен в таможенном отношении довольно сложным путем, чем Смирнов, как следует из материалов дела, попытался воспользоваться. Статьи обвинения в данном случае говорят сами за себя: 285-1 (злоупотребление должностными полномочиями) и 159-3 (мошенничество, совершенное в крупном размере).
В принципе, это маленькая, но сенсация, хотя история банальная, если не знать нюанса: 7-й отдел ОРБ, заместителем начальника которого является Смирнов, специализируется на борьбе с коррупцией среди должностных лиц в Северо-Западном федеральном округе.
— А что, — спрашиваю, — журнал «Город» про «плохих» милиционеров статьи не печатает?
— Да обычно печатает, только в данном случае Смирнов и Федоров до сих пор бьются в судах, которые тоже не могут определиться: одна инстанция прекращает уголовное преследование в отношении Смирнова, а другая отменяет решение предыдущей, и так много раз. Вот наши юристы и говорят: мол, пусть суд примет хоть какое-то окончательное решение, тогда и опубликуем. А судам конца края не видно, я и решил опубликовать не в «Городе», а в каком-нибудь другом месте. Например, в «Вашем тайном советнике».
Я беру паузу на несколько дней — мне тоже надо подумать. Судов там действительно очень много, вполне вероятно, что после такой публикации и нам придется на них ходить. Очень похоже, что руководители журнала «Город» правы: в данном случае хорошо бы дождаться судебного решения. Звоню Максиму и говорю ему об этом.
— Я так и думал, — смеется на том конце беспроводной связи Макс, — схожу тогда в «МК в Питере» к Гере Арефьеву.
— Имеешь право. А файл мне съесть в целях конспирации? — Это я нарочно. Отзеркаливаю, так сказать, его веселое настроение.
Но Максим вдруг стал серьезным:
— Лучше сохрани. На всякий случай.
…Статья «Дело о проданном „мерседесе“» появилась в «МК в Питере» в декабре прошлого года. С момента исчезновения Максима Максимова прошло полгода.
Этот эпизод вспомнился слишком поздно. После того как введенное в поисковую систему нашего архива словосочетание «Андрей Исаев» привело к таким неожиданным результатам. А ведь ключик был совсем рядом, он находился в квартире Максима. В его домашнем компьютере, который наши специалисты исследовали вдоль и поперек, не было файла, который принес нам Максим!
Этот файл принес в Агентство журналистских расследований, а потом в редакцию «МК в Питере» сам Максим в конце апреля 2004 года. Учитывая скрытный характер Макса, посторонним и в голову не могло прийти, что он отдаст результаты своей работы коллегам по перу, то есть конкурентам. Видимо, кому-то на тот момент показалось, что Максим является единственным носителем опасной информации.
Почему опасной? Для кого? В июле 2004 года начался новый виток судебных баталий, результатом которых должно было стать решение: привлекать Смирнова к уголовной ответственности или нет. Первое постановление по этому поводу Октябрьский суд Адмиралтейского района Петербурга вынес 8 июля — чуть позже, чем через неделю после исчезновения Максима. Публикация, безусловно, могла повлиять на решение судей — это общеизвестно.
А еще, говорят, как раз прошлым летом освободилось место начальника 7-го отдела ОРБ. Есть мнение, что на этот пост претендовал Михаил Смирнов. Публикация о подробностях возбужденного в отношении него уголовного дела вряд ли способствовала бы его карьерному росту…
Итак, последнее досье Максима Максимова, ставшее причиной его гибели. У Максима оно так и называлось: «Дело Смирнова».
Из досье Максима Максимова:
«Краткая информация. В ноябре 2003 года горпрокуратура (следователь Лоскутова) предъявила обвинение в мошенничестве и злоупотреблении заместителю начальника коррупционного отдела ОРБ Михаилу Смирнову (разрабатывал бывшего чиновника комитета культуры администрации Петербурга Павла Романова, бывшего заместителя начальника Пулковской таможни Владимира Самсонова и других таможенников).
По версии следствия, Смирнов через подставных лиц продал машину заместителя начальника Пулковской таможни Евгения Федорова, которая находилась под арестом до решения суда. Смирнов сам занимался делом Федорова, а после суда не захотел возвращать машину его жене.
Замгенпрокурора Виктор Зубрин отменил решение Лоскутовой об уголовном преследовании Смирнова. Адвокат Надежда Дуванская, представлявшая интересы супругов Федоровых, обжаловала решение Зубрина. Судья Октябрьского суда Федорова (однофамилица) отменила решение Зубрина, но Северо-Западная прокуратура обжаловала это решение в горсуде. Горсуд решил рассмотреть жалобу Дуванской в Октябрьском суде в другом составе. Бывший следователь прокуратуры Центрального района Галина Русова, начинавшая дело Смирнова, в марте 2004 года была жестоко избита.
Фигуранты:
Бедраев, опер. УБЭП — оперативное обеспечение «дела Смирнова».
Грачев Олег Викторович, прокурор Управления Генпрокуратуры РФ по СЗФО (племянник Павла Грачева).
Дуванская Надежда Павловна, адвокат ЮК-6, представляет интересы Марины Федоровой (жены Е. Федорова).
Жуков Вячеслав Александрович, судья горсуда (зал 54).
Смирнов Михаил Александрович, зам. нач. отдела ОРБ.
Федоров Евгений Васильевич.
Федорова Елена Алексеевна, судья Октябрьского суда.
Федоров Евгений Васильевич работал зам. начальника Пулковской таможни по оперативным вопросам, был задержан Смирновым (5-й отдел РУБОП) в январе 1999 года.
Челночница Ласточкина была знакома с Федоровым, тот ей помогал. Ласточкина познакомила некоего Гузина с Федоровым. Гузин долго уговаривал Федорова устроить племянника на таможню, тот отказывался. Как-то Гузин привез Федорова в сервис «Евроавто», оплатил ремонт. Федоров пытался оплатить сам, но Гузин настоял. Гузин уговаривал Федорова помочь ему провезти деньги через границу, Федоров сказал: «Нет». Наконец, спустя три месяца Гузин привез своего племянника, бандитского вида, оказалось, он вовсе не племянник, просто знакомый, работал водителем. Но проверку в кадрах и ПФЛ «племянник» не прошел. Его устроили охранником на стоянку.
Племянника поставили на ворота на главный корпус, чтобы он попался Федорову на глаза. Федоров увидел, прошел мимо. Гузин сказал Федорову: я вас должен отблагодарить. Гузин подкараулил Федорова, который выходил с совещания, Федоров сел в автомобиль вместе с Гузиным, тот держал в руке деньги — вот вам моя благодарность, здесь шесть тысяч долларов, пересчитайте. Федоров не стал брать деньги в руки, открыл коробку с кроссовками и кубком (награда, врученная на совещании), Г. положил туда деньги. Федоров выскочил из машины, уронил коробку в снег, тут же подбежал Смирнов, стал искать доллары: где они? Наконец нашел их в снегу. Федоров к долларам не прикасался.
Федоров вину не признал: денег не видел, увидел их в снегу.
Судья Жуков в мае 2000 года вынес приговор — 8,5 года. РУБОП запугал судью Жукова. Верховный суд снизил срок до 8 лет.
Спустя время Марина, жена Федорова, пожаловалась Дуванской: мне не отдают арестованную машину — «мерседес» серый, 1982 г., 300 E, Н569АТ78, его Федоров водил по генеральной доверенности от Васильевой Алины Владиславовны.
Васильева, мастер спорта международного класса по скоростному плаванию. В конце 1996 года у турфирмы познакомилась с неким Володей, тот попросил Алину воспользоваться ее загранпаспортом, чтобы привезти из-за границы автомобиль, сделка была совершена, Алина оформила гендоверенность на незнакомого ей Федорова и забыла об этом. Оспаривать арест, наложенный авиатранспортной прокуратурой, Дуванская не стала, хотя могла.