Максим Максимов – В интересах истины (страница 29)
Почему все-таки дважды в течение недели жертвой кампании по выявлению террористов стала следователь Главного следственного управления, которая если и связана с выходцами с Северного Кавказа, то исключительно по воле своего соседа? Сперва оперативники случайно вышибли дверь не в ту квартиру, затем участковый случайно перепутал адрес… Объяснить эти случайности не может пока никто. Пострадавшая следователь N на это и не рассчитывала, но надеялась хотя бы на то, что действиям сотрудников Центрального РУВД будет дана должная оценка.
Вот какое постановление вынес заместитель прокурора Центрального района Сергей Клишин. У Сергея Соловых и других оперативников, по мнению зампрокурора, не было прямого умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 139 УК РФ (нарушение неприкосновенности жилища), поскольку их действия были направлены на предотвращение прецедентов, аналогичных случившимся в Москве. Тем более что один из подозреваемых, проживавших в 37-й квартире, имел, оказывается сходство с фотороботом террориста, взорвавшего московское метро (!). А что касается участкового Шаповалова — да, он превысил свои полномочия, но поскольку тоже прямого умысла на нарушение прав и интересов гражданки N не имел, то, значит, и преступления не совершал.
Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было вынесено Клишиным 5 марта.
И вот еще одна случайность: в тот же самый день начальник Центрального РУВД Виктор Рыжов направил в адрес начальника Управления собственной безопасности ГУВД Сергея Политко официальное письмо. Может, он проинформировал УСБ о шалостях своих подчиненных? Вовсе нет — полковник Рыжов пожаловался полковнику Политко на следователя N! Оказывается, именно она виновата в том, что не проинформировала заинтересованные службы о своих соседях — лицах чеченской национальности, проживающих в Петербурге без временной регистрации. Может, Виктор Рыжов действительно не в курсе, что N многократно обращалась по поводу своих соседей в Центральное РУВД, и ее обращения официально зарегистрированы? Или полковник решил отомстить строптивому следователю за то, что она не спасовала перед его подчиненными?
Адвокат Юрий Хабаров, представляющий интересы следователя N в суде, сообщил корреспонденту «Города» следующее:
— Я рад, что судья Светлана Матвиенко признала решение зампрокурора Клишина незаконным и необоснованным. Если прокуратура его не обжалует, то дело будет возбуждено, и сотрудникам Центрального РУВД придется отвечать по всей строгости закона. Если мы не будем бороться с милицейским беспределом и не сможем защитить от него таких людей, как следователь Главного следственного управления, то простым смертным рассчитывать будет просто не на что. А у прокурора Клишина мне бы очень хотелось спросить: что бы он делал, если бы в его отсутствие к его жене вломились пьяные оперативные сотрудники и похитили личные документы?
5.04.2004.
Часть третья. Искусство
С пеной у рта отстаивают собственный образ поэта авторы выставки о В. Высоцком. Правы ли они?
Студент В. Чугунов, побывав в ДК им. Газа на выставке, посвященной Высоцкому, в коротенькой реплике на страницах нашей газеты упрекнул организаторов за низкий художественный вкус
Возмущенный председатель клуба любителей поэзии имени Высоцкого А. Кисиленко приносит в редакцию «Ответ злопыхателям», в котором жалуется на отсутствие рекламы (и «забыв» о том, что именно «Смена» в свое время оповестила об открытии выставки), бросает в наш адрес следующее обвинение: «А что вы сами-то можете предположить, кроме злопыхательства? Ваша позиция неконструктивна. Это отрицание отрицания, и не более того». Далее следует неожиданный вопрос: «А существует ли вообще Владимир Чугунов, студент, 21 год?» И резюме: «Подобное письмо напоминает мне подметные письма недобрых лет застоя». Вот так вот — не больше и не меньше!
Но уже через несколько дней, словно одумавшись, тот же Кисиленко в соавторстве с директором студии авторской песни «Восток» В. Жуковым пишет другое письмо, на этот раз вполне сдержанное. Его стоит привести полностью.
«В редакцию газеты „Смена“
Обращаемся к Вам в связи с публикацией реплики „Не за себя, за Высоцкого обидно“, подписанной студентом В. Чугуновым
В канун дня рождения В. Высоцкого 25.07.89
Организаторы выставки старались различными художественными средствами показать жизнь и творчество замечательного сына страны, отразить свой взгляд на его произведения. Нам кажется, что это удалось сделать. О том говорят многочисленные благодарственные записи посетителей из разных городов страны и нашего города, оставленные в книге отзывов выставки. Некоторые из них мы приводим здесь:
Большое спасибо за Володю, за память о нем и за то, что он всегда с нами… Ну а всем, кто в это «не врубается», хочется выразить соболезнования. Чем сто раз мусолить его имя — приди сюда и побудь с ним один на один и ты откроешь его заново, увидишь его мир глазами художника, скульптора, фотографа…
И вспоминаешь, и переживаешь… Очень здорово! Радость за Россию, давшую нам поэта, горечь за потерянное. Знал Володю лично. Спасибо организаторам выставки, примите поклон.
Мы понимаем, что каждый носит в душе „своего“ Высоцкого, и конечно, не всегда его образ совпадает со взглядами других. Сожалеем, что ваша газета опубликовала лишь один отзыв, дав читателям искаженное представление о выставке. Очень надеемся на вашу объективность и публикацию и других мнений, приведенных в нашем письме в ближайшем из номеров „Смены“.
Можно, конечно, возразить, что в книге отзывов немало и других, прямо противоположных мнений, что авторы многих работ, представленных на выставке, стремились создать образ не столько «своего Высоцкого», сколько своей «неповторимой» души, порой весьма своеобразно откликающейся на творчество поэта… Можно возразить, что мнение В. Чугунова, на наш взгляд, дает вовсе не искаженное, а вполне объективное представление о выставке — иначе мы и не стали бы его публиковать отдельно. В конце концов, можно было бы напомнить, что прошло уже девять лет после смерти поэта, и если поначалу весь хлынувший поток кустарно-любительского творчества — всевозможных поэтических, песенных, живописных посвящений Высоцкому — мог вызвать у нас какое-то сочувствие, то теперь пора бы уже требовательней относиться к таким понятиям, как память о поэте…
Ну а с другой стороны, чувствуешь: стоит ввязаться в этот разговор — ему конца не будет. И в самом деле, нужно ли упрекать в чем-либо авторов и организаторов выставки, если помыслы их абсолютно бескорыстны? Ну, действительно, если, скажем, художник В. Андреев считает, что его живописные фантазии «а ля Глазунов» имеют какое-то отношение к творчеству Высоцкого — пусть считает. А если другой художник, В. Таиров, хочет назвать свои многофигурные графические сатиры на темы «застоя» и «перестройки» иллюстрациями к песням Высоцкого — пусть называет. У каждого «свой Высоцкий», как нам заметили. Почему скажем, художник Шилов имеет право видеть «по-своему», а они нет. И если Шилов может сослаться на Володиных родителей, которые в восторге от его портрета, так ведь и эти художники, если надо будет, всегда приведут немало «авторитетных» мнений.
А стоило обо всем этом начать размышлять, как вспоминаешь, что вообще ситуация вокруг имени Высоцкого и без того год от года становится все неприглядней. Разные люди — близкие поэту и не очень близкие, знакомые и полузнакомые с ним — с пеной у рта вступают друг с другом в схватки за право единоличного обладания истиной о Высоцком. Когда нам кажется, что не вполне достойно ведут себя родственники поэта, можно порой и деликатно промолчать. Но если целое любительское объединение (а сколько таких по стране?) объявляет себя «душеприказчиком» Высоцкого, то просто не знаешь, как к этому относиться.
Не хочется говорить ничего плохого о клубе любителей поэзии Высоцкого, но ведь каждый, кто хоть немного знаком с этой организацией, бывал на их собраниях и митингах, слушал их разговоры, наверняка отметил сочетание своеобразного «мессианства» и резкой агрессивности ко всем «инакомыслящим». Здесь всегда твердо знают, о чем, например, Марина Влади имела право писать в своей книге, а о чем нет. Здесь без обиняков заявляют, кто из друзей Высоцкого действительно достоин так называться, а кто лишь «примазывается» к имени поэта, занимается «профанацией». Но стоит упрекнуть в профанации самих «избранников» — тут же получаешь достойный «Ответ злопыхателям».