Максим Макаров – Сорок три клыка (страница 26)

– Ребята, давайте повторим описание пути. Сначала мы шли по желтым тропам. Потом. Восходик, как называется тот цвет?

Друзья стали обсуждать оттенки увиденных дорог, которые на самом деле не дороги, а естественные образования. Все промежуточные пункты они запомнили без ошибок. Ветер сказал, что у нужной горы запоминающийся запах, но не мог его описать, просто не знал таких слов. Снова появились дома, видны звери, их все больше, но если не брать в расчет быков, практически все ниже ростом, чем Восход и Ветер. Жители, похожие на волков, и с загнутыми хвостами внимательно смотрели на путешественников. Время от времени Восход махал им ладонью.

– Думаешь, они испугаются уже этого? Настоящих волков боятся, но ведь нас тут еще не видели.

– На самом деле, я хочу их успокоить – сказал Восход, – именно потому, что нас не видели и могут подозревать. Ведь враги обычно не здороваются.

– Да, вроде бы. Я слышал, у оленей, что живут в горных долинах, есть обычай здороваться перед боем. Когда какой-нибудь отряд встречает соперников, первоначально те очень вежливо здороваются, даже кланяются. А потом начинают драться. Борются за жалкие клочки земли. У них там мало плодородной земли, хотя и теплей, чем у нас. Почему же они тогда сидят в тех горах? Добывают самоцветы? Они застрянут своими рогами в пещере!

Ветер засмеялся. Они пересекли один маленький город, увидели другой. У Ветра и Восхода есть печать от капитана корабля, которая служит особым пропуском. Капитан вкратце объяснил, что с нею можно заходить в любые дома и обращаться за любыми услугами, но ни Ветер, ни Восход не поняли, зачем все это нужно. Всюду слышны местные диалекты лисьего, а также другой язык. Звери с согнутыми хвостами используют только его. Восход заметил, как один южный волк показал на тех зверей и сказал: Гонт! и еще что-то. Восход подсчитал, что это слово довольно часто используется волками и лисами, а те с хвостами как раз не используют его. Чаще всего говорят «Гонт». Есть вариации «Хонт, Гунт», а также «Хант». Мелкие звери бегают по делам, но при виде волков сразу же бегут в другие места. Олени смотрят внимательно. Буйволы-носильщики глядят на все одинаково. У них чаще всего потрепанная одежда, но назвать ее обносками нельзя. Ткань довольно дорогая.

– До гунтов нам нет дела. Нужно проверить Ясеня, и если он уже выздоровел, забрать. Быстро найти книги. Ах, друг Восход, ты же говорил, что надо бы учиться. Ты думаешь, это действительно надо? – Ветра не оставляло убеждение в том, что книги имеют сакральные секреты, и если найти книгу на твоем языке, то сразу поймешь, что там написано. Почему-то Ветер так думал. Бумажные листы друзья видели в разных местах – серые, желтые, многоцветные. Их используют для различных технических целей, иногда ставят специальные знаки, но явного текста там нет. Ветер нашел нужную улицу, быстро нашел нужный квартал и дом с участком. Вокруг него идет невысокая каменная стена, украшенная вьющейся зеленью. Ветер автоматически сорвал с нее листок и покрутил в руках.

– Восходик, что это за растение? Верн, ты не видел? Это хмель?

– Растет как хмель, но совсем другие листья.

– Значит, это их цветы! – Ветер постучал в ворота. – Мы можем запросто перескочить, если не откроют.

Но ворота очень быстро отворили. Верный и Восход увидели симпатичных девушек – южных волчиц, они заговорили. «Нужен наш приятель!» – сказал Ветер. – «Он где?». Ясень крикнул в открытое окно. Его самого не видно. Ветер подбежал к окну и спросил:

– Ты, приятель, здесь, что ли? – и полез прямо в окно. Сперва он перекинул в комнату лук и стрелы. Восход и Верный тоже подошли к окну.

– Как себя ощущаешь?

– Тут такие хорошие друзья! Мне помогают во всем! Мне дают такую вкусную пищу – и уже начали учить понимать текст! То, что есть в книгах, называется «текст». Он сделан из алфавита. Сначала складываются слова, потом – сочетания слов, потом…

– Ты им рассказывал что-нибудь?

– Меня спросили о маме. Я сказал, моя мама умерла. Меня так начали жалеть. Спросили о папе.

– Это еще кто?

– Так у них называется отец. Если хотят сказать мягко и приятно, говорят «папа».

– Слушай, папа Ясень, не болтай особенно о нашей земле. Так, на всякий случай. Говори, что от болезни не можешь вспомнить. Кстати, – Ветер почесал нос – ты выздоровел?

– Едва ли Ясень выздоровел совсем, раз он лежит в постели – сказал Восход. – Но я вижу, окружение удобное. Кровать мягкая?

– Ужасно! Очень-очень-очень мягкая. Есть дают такие вещи, которых у нас нет. Зато у них молоко дорого стоит, мне сказали. Приходил помощник местного правителя и сказал, что очень хочет пригласить вас к себе в дом. Он не говорил зачем. Чтобы сделать приятное, я думаю.

– Это хорошо, что ты можешь думать! Тебя учат как? По книге?

– Не только. Пишут на доске грифелем или мелом. Все очень приятные. Только не разрешают уходить…

Волчицы уже давно стояли у дверей комнаты, но не решались войти. Ветер поймал множество, как ему показалось, женских запахов, запахов именно таких вещей. Однако его острый нос отчетливо слышит и лекарственные запахи. Восход спросил, сколько еще Ясеню надо пробыть здесь.

Смущенно улыбаясь, девушки ответили, что болезнь только начали лечить, и понадобится по меньшей мере неделя. А потом еще нужна реабилитация…

– Неделя! За этот срок мы обойдем все их крохотные земельки! Восходик, скажи им спасибо. «Спасибо!» – сказал Ветер по-лисьи, немного капризным голосом. Он опять полез в окно.

– Ясень, мы будем каждый день заходить. Или через день. Тебе принести рыбу? А, тебе негде ее разрезать. А вам – красавицы – не нужна дичь? – спросил Ветер.

Восход перевел, и девушки засмеялись. Они с интересом разглядывали плечи Ветра, лицо Восхода, а на Верного, наоборот, совсем не смотрели. Восход спросил, как пройти к местному правителю и понимает ли он местный язык. Как к нему надо обращаться? Есть ли у него технологии? Одно простое слово Восход не вспомнил сразу. Ясень, слыша что говорит Восход, быстро повторил его слова на новом языке. «Как он быстро учится!» – с одобрением подумал Верный. Ветер фыркнул слегка.

Приятели быстро ушли на край города.

– Народ, крючки кто-нибудь брал. Восходик! Я совсем забыл. Обещал девицам рыбу. Они как будто пока не вредные. Ухаживают за Восходом. Запрещают ему выходить. Что, даже на двор нельзя? Вероятно, его с ложки кормят. Ладно, это не важно. Верн, Восход, поймаем кого-нибудь?

Но леса остались далеко. На многих площадях есть аккуратные лавки и лотки, где продают всякие товары, включая съедобные. Товары также продают в домах. Ветру не хотелось тратить серебро, он бы предпочел сходить на рыбалку. Но в порту сейчас полно зверей. С другой стороны к городу примыкают многочисленные мелкие фермы, с таким же домами как в городе, просто участки вокруг них больше. Друзья уже заметили, что в качестве платежного средства используют монеты. Ветру не хотелось ни о чем никого расспрашивать. Восход стал ходить по улицам и говорил:

– Здравствуйте! У нас есть золото. Где его можно поменять на то, чем платят?

Жители немного удивлялись такой фразе, но все указывали на одно и то же здание. Оно связано с казначейством всей страны. Восход увидел, что цифры здесь обозначают так же, как и в землях северного материка; по крайней мере, волки их понимают. Перед входом в дом постоянно дежурят стражники – лисы, волки, те, что с согнутыми хвостами. Ветер насмешливо поглядел на них.

– Будь у нас здесь отряд – ну так, волков десять – мы бы запросто могли перебить всех и забрали бы себе все содержимое дома! Эти их крошечные луки, эти ножики. Панцири на теле! Панцирь не защищает шею и суставы. Туда надо бить. Мы, конечно, этого не станем делать, никогда. Мы честные волки. Просто, смешно немного.

При входе полагается снимать оружие, но стражники не решились делать замечания волкам. Восход на лисьем сказал, что они хотели бы обменять серебро. На чеканных монетах есть цифры. Восход не уходил, пока не сосчитал все номиналы. После этого он попросил посчитать Верного.

– Да, именно столько. Это много или мало?

– Сейчас узнаем. Надо купить что-нибудь простое.

Запах разделанного мяса распознают моментально. Но Ветер не хотел покупать уже разделанные фрагменты и стал искать, где продают живую птицу или рыбу. Приятели обошли много домов, добрались до фермы и услышали квохтанье. Хозяин-лис разводил кур и индеек. Ветер подошел к тоненькой ограде.

– Послушайте, друг, не продадите нам? Восходик, скажи ему, а то умрет от страха.

Восход начал объяснять, что они хотят купить живую птицу. Хозяин робким голосом начал называть птичьи породы, которых Восход не знал. Восход быстро посоветовался с друзьями и сказал: нам все равно. Годится любая птица, но чтобы сейчас она была живая. Лис наугад взял одну из загона. Сколько стоит, спросил Ветер. Достаточно одной, самой мелкой монетки. Восход протянул ее лису, тот осторожно передал курицу через ограду. Ветер сделал вид, что берет, а сам быстро убрал руку. Курица повалилась на землю. Не успела она коснуться земли, как Ветер схватил ее, моментально скрутил ей шею, а потом зубами откусил голову. Он попробовал кровь на вкус.

– Подходящая. Возьмем еще одну такую. Что он смотрит на нас, будто это ему мы перекусили. Мы проверяем.