Максим Макаров – Он ведь не один (страница 3)
- Чтоб вы все.
Гравимассой волк называл Черную дыру. По его наблюдениям, представители тех Сил, которых во многих культурах называют дьявольскими, начисто распадаются внутри скоплений с гравитацией выше определенного порога. Не каждая Черная дыра им обладает. Волк склонен думать, что Высшие силы не опрокидывают гравимассу на скопления черных сил, поскольку сами заинтересованы в их существовании. Он увидел путь, который, петляя, ведет к различным Мирам, к живым Галактикам, и по нему могут идти лица недостойные, преисполненные желания вредить. Волку ужасно хотелось их уничтожить, и как можно больнее. От долгих поисков он начинал испытывать приступы раздражения, избавиться от которых можно только сильными поступками. Он прыгнул на астероид и долго рвал его породу когтями, превращая ее в крошку и пыль. Такие частицы уже не смогут повредить мирам. Когда крылья начали уставать, он достал меч (меч был у него в сознании и появился сразу), от ударов меча стали вылетать большие фрагменты. Некоторые покинули астероид, поскольку гравитация была слабой. Волк подумал и не стал их преследовать. Обломком было очень немного. Он стал рубить вглубь и дошел до слоя, где блестел редкий металл. Волк не стал проверять, что это – золото или серебро. Когда-то он ими пользовался, но те времена давно прошли. Это было в земной жизни. Некоторым из чертей приятно иметь золото и подобных субъектов можно склонить к сотрудничеству – к примеру, выведать то, что важно для дела. Но волк презирал долгие разговоры с чертями. Он увидел очень яркий свет, который шел из глубин космоса. Свет подобен прямой линии. Если встать на нее, можно очень быстро донестись прямо до источника, опережая в тысячи раз силы физических законов. Но откуда идет тот свет? Это квазар, сверхновая или просто яркая галактика? Волк знал эти понятия. У него нет академических подробных сведений, но он точно мог сказать, что квазар бывает ассоциирован с Черной дырой. В этом свете чувствуется насмешка. Тот, кого надо найти, обладает представления об инженерном деле; более того, говорят, он учился чуть ли не Университете, поэтому теперь, используя данные физики, может их использовать лучше всякого Рыцаря с образованием бронзового века. Рыцарь понятия не имеет о тактике, он честно идет вперед и сражается простым мечом. Убить его уже не могут, но могут перехитрить, демоны с образованием так и делают. Волк снял одну ногу с дороги толщиной в невидимый луч. Все кругом неслось – звезды, галактики, скопления. Дорога-луч направляла его к квазару. В определенном месте нужно соскочить и ждать. Квазар притягивает к себе физические объекты, на объекты постоянные он действует в зависимости от их сложности. Волку однажды сказали, что после попадания в квазар его память сотрется и ему придется учиться заново. И тогда он забудет товарищей. Оскалившись, волк спрыгнул и полетел через пространство к планетоиду с очень вытянутой орбитой. Планетоид вращался вокруг зоны гипергравитацией уже миллионы лет и благодаря массе не падал в нее. Волк почувствовал, как его утягивает, словно под ногами лед. С помощью когтистого крыла он схватился за выступ скалы. Планетоид был совершенно гладкий, отшлифованный гравитационной силой. Все, что плохо держалось на поверхности, давным-давно улетело в квазар. Звездный ветер шлифовал поверхность, на которой порой проступали явные борозды, но и они были гладкими. Из-за этого ноги всерьез соскальзывали. Волк перехватился и стал держаться уже двумя крыльями. Со стороны квазара летели лучи без конкретных текстов. Навстречу шли лучи с разным содержанием. Волк знал только несколько языков и не мог прочитать даже самых простых слов. Если бы у него была с собой аппаратура, он мог бы увидеть закодированные в лучах послания. Но аппаратуры у него не было. Волк поймал сообщение-обманку. Его направление указывает в сторону от квазара, в действительности же она отражается от квазара: связываясь с его лучами, сообщение идет навстречу, говоря довольно обидные слова. Волк попытался понять, откуда оно послано. Враг не может находиться ни внутри квазара, ни даже рядом, поскольку это запрещено. Если только он не обманул сами Высшие силы и не взял у них Сокровенный Секрет. Если исключить этот вариант, получается, враг хочет привлечь его к квазару и там обездвижить. Можно ли определить направление, откуда сигнал приходит к лучам? Они очень сильны. Они уже обжигают лицо. Волк все же продвинулся вперед, от планетоида к другим объектам, которые медленно дрейфовали к зоне сверхгравитации. Рано или поздно она их проглотит. Тратя силы, волк приближался к зоне. Его лицо горело, руки стремились разжаться, а в голове не было полной уверенности. Повсюду сигнал связан с лучами, испускаемыми квазаром. Следов аппаратуры не прослеживается, а ведь они должны быть. Независимо от того, где враг держит аппаратуру, она должна проявить себя в работе. Камень покачнулся и стал переворачиваться. Волк соскочил и его понесло вперед. Он встал на один из лучей, который стремительно убегал к плотной зоне. Впереди исчезали камни. Волк нахмурился и сделал большой шаг назад – это был прыжок через пространство. Но в результате из-за сильного притяжения он оказался там же, где только что был. Квазар неожиданно стал очень большим. Наверное, так было уже долго: волк очень близко подошел к квазару. Надо тратить еще больше сил. Волк оттолкнулся и произнес заклинание (про себя он так называл усилия мысли и особой плоти). Его перенесло к планетоиду, затем перенесло еще дальше. Толкаясь ногами, он уже не чувствовал никаких путей. Ему хотелось сейчас одного: оказаться там, где можно долго ждать, не рискуя при этом потерять ум и память. И вскоре он достиг этого места. Там было совсем некрасиво, но волк привык бывать в таких местах. Он присел и вытянул пушистый длинный хвост.
…
- Ну как, много у нас дохлятинки?
- Теперь кругом дохлятинка! Весь первый зал, и обсервационная тоже. Это не считая реанимации. Там все почти трупаки, смотреть не на что.
- Но числятся они живыми!
- Да, живые! Возись с ними!
Перекидываясь колкими шуточками, санитары неторопливо выполняли свои трудовые обязанности. Пациентов было много, ко всем требовалось подойти, однако санитаров более привлекали словесные упражнения. С давних пор они занимались этим. Санитары – два здоровых крепких мужчины – толкали коляски с пациентами и без пациентов, гремели столами на колесиках, раздавали комментарии по поводу текущей работы. Пребывание на своей должности им ужасно хотелось приукрасить чем-нибудь забавным. Шутки получались исключительно едкие, злые, негуманные. Некоторые разошлись по больнице и даже достигли главного врача; тот любил курить дорогие сигары. Едва только операция заканчивалась, он сразу же закуривал. При нем персонал боялся говорить лишние слова. Помимо главного врача есть руководители медицинских отделов, также есть начальники по технической, экономической, юридической части. Одним словом, начальников много, и в их присутствии санитары старались молчать, сжав широкие рты. Любители злых острот были исключительно здоровые люди, практически земного типа, им казалось смешным, что старики и все прочие больные довели себя до такого жалкого состояния. Один из санитаров всегда говорил:
- Не будь рохлей, и не разваливайся! Желающих много.
Смысл его фраз не вполне понятен. Имел ли он в виду, что жизнью движет непрерывная конкуренция, необходимость бороться и отталкивать локтями тех, кто претендует на твои ресурсы, что надо уметь самому находить ресурсы, или даже отнимать их? Или же он думал о вечной несправедливости и странном жизненном законе, который позволяет родиться всем, но потом не все могут жить нормально? Трудно сказать, о чем он думал. Санитар не имел философского или технического образования, в школе он старался не перегружаться и по оценкам выдерживал лишь минимально допустимый уровень. Теперь он убежден, что подобная тактика сохранила ему массу сил, и гордится страшно. Там, где нужно переложить больных с места на места, он хватает их прямо за плечи и спину, тащит за ноги, и все делает очень скоро. Пациенты боятся его за его рост и силу. Другой санитар тоже очень силен. За один присест он съедает целых три порции острых блюд, хотя даже одна может повредить здоровью. Зарплата санитаров, разумеется, ниже, чем у врачей, ниже, чем у персонала со среднеспециальным образованием, зато у них нет обязательства проявлять этику. В правилах работы это нигде не указано. Санитары не обзывают никого в лицо, но могут стоять рядом и болтать. Пациенту с очень длинными ногами приносят табуретку. Ступни лежат на ней, большая часть ног лежит на койке, но кое-что не помещается, поскольку не только ноги, но и сам пациент очень велик в длину. Санитары тут же выдумали ему название: