Максим Макаров – Игры возле дома (страница 5)

- Что делать с артиллеристами? Мы не слишком далеко ушли, к тому же сигнал их антенны будет идти очень небыстро. С другой стороны, у меня голова раскалывается. Я хотел бы уже приземлиться. Коллеги, кто за то, чтоб полететь прямо домой? Координаты наших приятелей точно обозначены. Я их передам немедленно, как только сядем. Прошу готовиться к сверхскорости. Уолтер, следи за соседней панелью.

Рэй изогнул голову, словно пытаясь почесать спину затылком. Он увидел, что Гленн сидит рядом.

- Я же сказал! Сверхскорость! Хитроу, давай скорее.

- Я думал, тебе интересно написать о роботах отчет.

- Их записи уже сохранены. То, что они видели! А еще писать… Гленн, ты мне уже начал надоедать. Ты же не хочешь, чтоб мы расплющились?

Гленн поспешно ушел в свой отсек. У другой панели управления (в соседней комнате) Сандра о чем-то беседовала с Уолтером. Она не произносила слов вслух и только писала их на экране.

Рэй сжал штурвалы. Потом сдавил нижнюю часть лица ладонью и сидел так долго, почти не видя мелькающих координат и картин цифровой модели пространства. Сверхскорость вела корабль еще быстрей, чем при первом гиперпрыжке. Довольно скоро система показала координаты ближних галактик, а еще через час началось торможение. Корабль достиг галактики, где была расположена Виатерра и зависящие от нее секторы (в тех звездных системах живут довольно развитые народы, но для дальних перелетов у них отсутствуют возможности, поэтому они пользуются помощью Виатерры. Есть много форм сотрудничества). Пришел сигнал, что первичную проверку нужно проходить не на Виатерре, а на Беате – соседней планете, расположенной ближе к дневной звезде. Вокруг звезды ходят семь планет, из них обитаемых три: Беата, Виатерра и «снежный курорт» (Холдейн), хотя постоянных жителей там нет. Холдейн весь засыпан снегом, но благодаря тектонической активности, в нем есть зоны, где вода не замерзает и стекает студеными реками с невысоких гор. Среднегодовая температура не превышает -20 градусов: Холдейн получает мало света от звезды, однако имеет очень прочную атмосферу, что позволяет ему иметь практически стабильный климат. Его мороз несравним с космическим. На Холдейн прибывают любители зимних видов спорта и туризма. Там есть подходящая инфраструктура. Вместе с тем, коммерческие проекты очень ограничены и такого числа туристов, как на пляже, на Холдейне не бывает. Ограничения во многом связаны с желанием Виатерры сохранить природу Холдейна и не испортить ничего.

Чтобы попасть на Холдейн, турист обязан сперва пройти осмотр на Виатерре. Если у него есть потенциально опасные бактерии или вирусы, ему откажут в поезде на Холдейн или заставят лечиться (это также уменьшает поток потенциальных туристов). Прибывать на Холдейн напрямую могут только жители Виатерры – если у них есть разрешение по состоянию здоровья. Виктор не помнил, есть ли у него такая справка. Наверное, должна быть – раз ему позволили лететь так далеко. А тут же просто рядом с домом!

Беата тоже рядом с домом. Это – заповедник и научно-исследовательский сад, там очень мало производств. Ее климат – тот же, что на Виатерре, но не бывает сильных морских штормов, ураганов и ливней. Атмосферу Беаты корректировали уже очень давно и достигли наконец устойчивого, сбалансированного состояния, при котором дождь дает только свежесть и влагу, но не разрушает. Теплый свет дарит жизнь, и хотя его много, он не портит землю и растения. На Беате практически нет пустынь.

Уолтер тоже работал на Беате. После второго гиперпрыжка Чернопалия прибежала к нему и спрашивала о чем-то – то с увлечением, то тревожно; Уолтер старался ее успокоить. Гленн громко сказал, что отчет – готов; Рэй никак не среагировал. Гленн хотел заглянуть к Уолтеру, но увидев издалека его вместе с Чернопалией, не стал подходить и отправился к панели связи. Он хотел отправить отчет сразу, чтоб потом не говорили.

- Что мы чего-то скрыли. Конечно, я описал не все, а только что надо… Еще про роботов я не написал. Мы оставили роботов. Но это правильно. Отправляем! – послание умчалось. Обычно сразу же приходит автоматический сигнал, что сообщение принято. Виатерру еще не видно.

- Первый камень заслонил. Вот второй. Вот Беата. Чего это она сверкает. Сейчас активное время. Я посылаю. Послал. Должны ответить. Получили, что ли?

Гленн смотрит на экран. Нужный символ появился, только он вращается в режиме ожидания.

- Получили, надо полагать. У нас опять сбой. ИИ ничего нельзя доверить. Что-то у меня тоже голова болит…

Гленн поднялся и, вздыхая, пошел лежать. Он не заметил, как прошла стыковка с орбитальной станцией. Проверка пошла в автоматическом режиме: все сразу замелькало, определяя спектры ИВР, их состояние; Гленн не мог глаза открыть и решил, что откроет, лишь когда попросят напрямую. Не попросили. Значит, можно отдыхать.

…

Рэй как-то очень быстро расстался с коллегами, и даже не спросил, что будет делать Уолтер и куда пойдет Виктор. После всех дел он ощущал страшную усталость и даже раздражительность; последнее чувство было особенно досадным, поэтому Рэй сразу оказался у себя, в трехкомнатной квартире высотного дома. Кругом сверкающие сады. Наверное, только что поливали, думал Рэй; или дождь прошел. Он лег и долго находился в полусне. Все мелькало: события, лица, первый корабль, на котором он впервые совершил гиперпрыжок. У того корабля было именное название, но Рэй никак не мог вспомнить. Ему захотелось что-нибудь съесть. Дома должны быть сублимированные продукты; протянув руку, Рэй нащупал покрытие на ногах. Оно не из ткани, как у Уолтера. Это не брюки, а более сложные конструкции. Рэй пошарил в карманах и не нашел ничего. Он до этого все выложил на стол. Куда делась личная карта? Он встал и увидел, что потолок совершенно черный. Ночь на дворе. Тогда Рэй опять лег и стал думать, чем заняться в ближайшее время. Ему было одновременно тоскливо, и досадно, и не хотелось лежать.

Он проснулся, когда вокруг было уже очень много света. Он вышел на улицу, и там тоже было очень ярко. Рэй пошел, раздумывая и не глядя по сторонам. Случайно он увидел знакомое лицо – оказалось, это путешественник из соседнего сектора. У него есть свой космический корабль. Его зовут… Знакомый говорил Рэю «старина», и Рэй отвечал ему так же «старина»; можно было обойтись без имени и говорить просто «старина». Но имя чем-то созвучно с этим словом. Знакомый предложил Рэю слетать на Холдейн.

- Давай! А то у меня рассеянность не проходит. Думаю, мороз изгонит это состояние.

Среди ослепительной белизны Рэй ощутил свежесть и подъем духа. Он не вспомнил, как зовут знакомого: они сразу же понеслись вниз по крутому склону, и, преодолев двести метров, лихо свернули вправо, а затем подпрыгнули. Открылась неплохая панорама. Доски приземлились в мягкий снег.

- Еще раз! Не вихляй телом. – знакомый был родом из жаркой страны и носил длинные волосы. На нем была походная теплая куртка, мокасины и шорты. Рэй подумал, его ноги снаружи точно чем-нибудь покрыты. Самого Рэя согревала энергия Большого Ядра, ему не нужно дополнительных нарядов. Они прокатились с белых склонов и ледяных желобов для бобслея – вокруг не было никого; спортивные мероприятия не были назначены и снег отдыхал от больших взоров. Рэй видел только доску и пейзаж, и еще иногда корабль на горизонте. Знакомый не желал сажать его в снег, что оправдано; но он также не хотел оставить корабль на специально подготовленных площадках, где снег убирают. Рэй подумал: какое сегодня число? Еще нет начала сезона. Из-под доски летел снег и было приятно двигаться в белом просторе. Рядом никого. Только белые скалы, черные клыки и обрывы. Бывает, кто-то падает с черных гор. Неприятно врезаться на скорости. Знакомый достал мотор, и его лыжи полетели как на крыльях. Он сделал дикие виражи и спирали на снежной степи и не падал; потом он все же рухнул в снег, но по своей воле. Он видел вдали горы, где снег местами не лежал плотной массой, а образовывал большие гирлянды, иногда даже узоры и иероглифы.

- Пролетим на скорости?

- Ты желаешь там зажечь свой… мотор?

- Нет! Но что нам эти ямки, бугорки. Нет даже тысячи метров вниз.

- Ну давай там.

- Как гора называется?

Рэй подумал.

- Посмотри на карте.

Знакомый засмеялся. Рэю от этого сделалось чуть досадно; он стал щурить глаза и уперся в доску ногами. На высоте нескольких верст ветер бьет гораздо сильнее. Тело уводит. Это совсем небольшие колебания, однако их достаточно, чтоб потерять эффективную позу – а без нее уже не управляешь движением в полной мере. Рэй сдвинул бедра чуть сильнее и его стало уводить вниз. Все завертелось по спирали. Рэй оказался немного в снегу. Знакомый промчался дальше, а затем лихо развернулся и замер.

- Поедешь дальше?

- Нет. Снова. – Рэй снял доску, добежал до начала спуска и опять поехал. Ноги в одной стороне, туловище и голова в другой, руки... С руками непонятно: активной работы они не выполняют, но не использовать их совсем как-то странно. Ведь руки всегда что-то делают. Рэй пытался корректировать себя движением рук, но его вновь опрокинуло. В третий раз он решил стоять намертво. Ноги до пояса держатся надежно. Доска прошла резко вниз, до поворота с углом 45 градусов. За ним – небольшой спуск, а дальше – огромная гипербола. На ней есть препятствия в виде снежный наростов и камней. Камни Рэй всегда обходил. Но в определенном месте ноги начинали словно отделяться от пояса и становились сами по себе; Рэй их не чувствовал. А раз он их не чувствовал, то и не мог давать приказов. Автоматически наблюдая, он все же проехал до конца. Следующая трасса была похожей по структуре, но в три раза длинней. Был сумасшедший уклон в 80 градусов – это еще один путь, Рэй не стал туда подниматься. Знакомый оттуда слетел прямо в белую пену. Рэй подумал, утонет или запутается. Знакомый разогнал пену лыжами, взлетел в небо и упал недалеко. Снег под ним провалился; парня потянуло в пропасть, но он не кричал, а только смеялся. Рэй увидел, что снег там очень рыхлый. Он выпустил бионические крылья и подлетел к парню до того, как весь снег провалился.