Максим Лагно – Путь высшего (страница 48)

Царь и жрецы, завёрнутые в тряпки, как слуги, стоял очень далеко от нас.

После взаимных приветствий и короткой молитвы Создателям, мы все сели на принесённые с собой подстилки и матрасы. Во время обсуждений не возбранялось есть и пить, так что многие защёлкали крышками шкатулок с едой и забулькали водой в кувшинчиках.

Обсуждение должны вести старшие наших отрядов и старшие воины. Поэтому Маджа, Вишал, парень из рода Поау (до сих пор не знал его имени) и старшие других отрядов сидели отдельно. То есть всячески подражали старшим воинам.

Я снова удивился, как дивианцы, даже молодые и нетерпеливые, забывали свои разногласия ради общего дела. Вот и сейчас Вишал Кохуру внимательно слушал рассказ о моих подвигах и искренне восхищался, хотя всего полчаса назад, столкнувшись со мной в коридоре дворца, обещал оторвать мне голову. И ноги тоже.

Обсуждение битвы затянулось до самого вечера. Мы выслушали описание битвы со всех возможных ракурсов. Даже с точки зрения осторожных бойцов, сидевших в глубоком тылу.

В очередной раз посетовали, что зря Илиин выбрал скрытое нападение, ведь налёт на акрабах позволил бы быстрее разрушить крепость. При упоминании об акрабах, Вишал Кохуру болезненно морщился, ведь его отряд потерял свой летающий дом не в славной битве против низких, а в соперничестве с родом Патунга.

Я ещё не знал, как высчитывалась крутизна рода. Как решалось, кто первый, а кто второй в сословии? Но догадывался, что из-за моих подвигов род Патунга вот-вот перестанет быть вторым, а род Кохуру вот-вот им станет.

Пересказав уже который раз своё подводное проникновение в крепость, я выдвинул предложение, что каждому отряду воинов необходимо больше людей с небоевыми озарениями.

— Сотня воинов с «Дыханием Воды» нанесли бы удар изнутри крепости.

Все согласно закивали. Старший небесный стражник заметил:

— «Дыхание Воды» полезно воину иногда, тогда как «Порыв Ветра» или «Удар Грома» — всегда. Вот ты, Самиран, и трать свои грани на подобную ерунду.

Все снова согласно закивали, на этот раз, соглашаясь с воином. Иногда эти военные брифинги напоминали мне бессмысленные заседания педсовета транспортного колледжа.

Я спросил:

— Почему же нельзя просто усыпить низких «Наведением Сна»? И воевать не надо было бы.

— Хех, всякий раз, всякий раз появляется малец, который задаёт один и тот же вопрос, — сказал небесный стражник, обернувшись к послу.

— Дети, что с них взять, — ответил Октул Ньери. — Думают, что они обо всём догадались, а старшие — дураки, которые ничего не понимают.

— Что такого я сказал? Разве не разумно усыпить…

— А ты поступи вот как, малец, — предложил воин. — У тебя остались свободные грани? Вот усвой на них яркое «Наведение Сна». В следующей битве забросим тебя прямиком в центр укрепления низких, вот там и наводи на них сон. А мы поглядим.

— Ага, поглядим, как ты будешь убаюкивать одних низких, а другие будут их будить, — хохотнул Вишал Кохуру.

— В то время как третьи будут стрелять в тебя отравленными стрелами.

— А четвёртые направят на тебя гракка, которому твой сон на хвост не упал, — добавил Шигеро Саран.

— Ну, ну, — прикрикнул на них посол. — Вместо насмешек, лучше объясните товарищу, что «Наведение Сна» используется против небольшого числа врагов, особенно в разведке, но бесполезно, когда низких — тысячи.

Я хотел возразить, что против тысяч низких можно выставить десятки высших, усвоивших «Наведение Сна». Но припомнил, что озарения и их ветки испытывали многие поколения прирождённых жителей. Раз они пришли к выводу, что «Наведение Сна» бесполезно в масштабных битвах, то нечего и спорить. Ибо что моё мнение против накопленного опыта множества поколений?

К тому же навряд ли можно найти достаточно воинов, которые предпочли бы усвоить «Наведение Сна», а не что-то более красивое и сильное.

✦ ✦ ✦

На другой день Илиин объявил очередной поход. Мы должны отправиться в те пещеры, о которых упоминал портовый житель и грязные колдуны. Кто знает, вдруг Хозяин ещё там?

Многие воины посчитали, что Илиин в очередной раз проявил нерешительность. Ибо в поход нужно было выходить сразу после допроса, как только нам стало известно об этих пещерах.

Все имевшиеся в наличии акрабы приняли на борт воинов, запасы еды и воды и флотилия из девяти акрабов отбыла из Ач-Чи.

В городе остались послы и отряд Вишала Кохуру. Уничтожив акраб, я лишил их возможности принять участие в налёте и проявить свои силы в бою. Что было большой потерей. Из-за политики Безумного Гуро небесным воинам и без того редко удавалось повоевать.

С отрядом Кохуру осталась часть отряд рода Поау. Илиин решил, что эти молодые воины показали наихудший результат в битве за Лесную Крепость. Остаться вместе со слабаками — двойное унижение для Вишала Кохуру.

Так же во дворце осталась Эхна Намеш. Девушка страдала от ран, полученных в драке с отрядом Кохуру.

23. Неисправный акраб и славная битва

✦ ✦ ✦

Как сказал портовый житель, до гор с подозрительными пещерами тридцать дней пути на лодке вверх по реке. Как сказал Илиин, наши акрабы проделают этот путь за шесть-семь дней. Первые три дня, предупредил он, будем лететь без остановок.

Я и мои товарищи впервые в жизни оказались в столь длительном воздушном путешествии.

Акрабы летели на предельной скорости. И это было страшно. Железные стены «Победителя Гракков» отчаянно скрипели и ходили ходуном, будто мы не летели, а катились по склону горы.

Из-за особенностей конструкции воздушные экипажи на большой скорости двигались, наклонив переднюю часть, как вертолёты. Постоянная покатость пола не добавляла удобства. Мы сидели не на самих скамейках, а между ними, опираясь спинами и упираясь ногами. Спать приходилось в таком же неудобном положении.

Я невольно зауважал Ио Вареку: все эти три дня парень сидел на скамейке, положив руки на панель управления. Изредка отрывался от неё для еды, или бегал на балкон для справления нужды. Ио почти не спал — разгонял сон и усталость озарёнными корешками бодрости и моей «Живой Молнией».

От безделья и неподвижности мы тоже плохо спали.

Внутри акраба душно. А если выйти на один из балкончиков, то пробирал жуткий холод. Акрабы летели на максимально доступной высоте, чтобы никто с земли нас не увидел.

Проблема туалетов тоже стала весьма ощутимой. Всё, что у нас было — это дырка в полу балкона, в неё задувал ледяной ветер, примораживая всё что можно. Те, у кого была «Закалка Тела» стали счастливчиками.

Но хуже всего было с гигиеной. Если чистоту одежды сохраняли озарения, то мыть тела негде. Разве что выйти на балкон, раздеться и ждать, когда тебя окатит ледяным дождём и снегом. Но опять же на это были способны только владевшие «Закалкой Тела».

В первые сутки полёта у нас закончились темы для разговоров. На вторые сутки всем до чёртиков надоело играть в «Двенадцать Озарений». Хотя я, сколько ни бился, так и не освоил игру хотя бы на начальном уровне.

На третий день, мы, вонючие, потные и раздражённые смотрели друг на друга злыми глазами, готовые вспылить из-за одного неосторожного слова. Даже «Игр Света» не нашлось, их все потратили на то, чтобы удивлять царских дочерей во время оргий.

Главным развлечением стало дежурство. Маджа крепко усвоила урок ночного нападения в казарме, и ставила часовых на все балкончики акраба. Но и на дежурстве не было ничего интересного, кроме бесконечных облаков, под прикрытием которых неслись наши акрабы. Изредка мы перемигивались с соседями с помощью молний и огней, докладывая об остановке.

На четвёртый день из командирского акраба, в котором летел Илиин, поступил сигнал на снижение.

Мы даже не стали дожидаться полного приземления, а попрыгали на землю. Всем хотелось размять мышцы.

Наша флотилия зависла над оранжево-коричневой равниной возле широкой жёлтой реки. Почти все воины и подручные, высыпавшие из акрабов, разделись на бегу и прыгнули в мутную от песка воду. Часовые, расставленные Илиином вокруг лагеря, с завистью поглядывали на них.

Я оказался одним из часовых и тоже поглядывал с завистью. Правда, меня вдобавок разбирало любопытство: снова попытался определить, в какой точке планеты я находился. Хотел найти какие-то приметы, схожие с временем Дениса Лаврова.

Горы Ач-Чи были совсем рядом, их снежные вершины тонули в солнечной синеве. Широкая жёлтая река, с синеватой прожилкой глубины в середине, медленно катила свои воды, овевая меня приятной прохладой. Стада каких-то оленей испуганно носились вдоль берега, не понимая, чего ожидать от внезапно появившихся новых зверей. Людей они явно видели впервые. На поросшей жёлтой травой равнине торчали приземистые деревья, их ветки росли не ввысь, а вширь.

Природа смутно напоминала что-то вроде Африки. Там я никогда не был, даже не помнил, какие на этом континенте есть снежные горы.

Вообще, приземляться среди белого дня на столь открытой местности было не самым умным тактическим ходом. Но причиной экстренной посадки стали неполадки в одном из акрабов отряда небесной стражи.

У этого акраба собрались все водители, которые традиционно разбирались в мелком ремонте своих экипажей. Некоторое время они лазали по нему, взлетали на «Крыльях Ветра» и отгибали железные листы обшивки, заглядывая «под капот», где светились энергетические жилы. Один за другим водители бросали это занятие и качали головами — летающий дом не подлежал ремонту.