Максим Лагно – Путь падшего (страница 51)

— Позор, — повторил Инар и повернулся к Ио спиной.

Эхна, как судья на фигурном катании, подняла свою скрижальку с иероглифом:

ПОЗОР

И тоже отвернулась.

— Нет никакого позора, — нетвёрдо сказал Ио. — На протяжении многих поколений мой род содержит едальни и торгует, и я…

— Позор, позор, — закивал шлемом Пендек, радуясь, что в кои-то веки унижали не его, а кого-то другого. И тоже повернулся спиной, продолжая кивать в другую сторону.

Ио плохой боец, но отличный погонщик. Я не осуждал его за отказ от воинской службы. Торговля — дело во славу Дивии. С точки зрения Гуро Каалмана более славное, чем война.

Но Ио поступил нехорошо. В мирное время он наслаждался благами службы в отряде славного рода. А накануне войны, обещавшей потери с нашей стороны, бросил товарищей.

Воинство Маджи направили на захват одного из приморских городов. Нехватка искусного погонщика небесных домов отразится на мобильности воинства. Мадже придётся поставить на место Ио другого воина, что приведёт к пересмотру тактики отряда. Особенности дивианского военного планирования таковы: у нас каждый воин на счету, за каждым закреплено место в построении и на поле боя.

Я промолчал.

Сана Нугвари неожиданно разделила моё невысказанное мнение:

— Нельзя оскорблять человека за желание жить. Только обуянные демонами не боятся умереть. Я боюсь завернуться в покрывало смерти, но выполню своё предназначение и никого не предам.

Сана отошла, призывая и нас уйти.

Я услышал звук отстёгиваемого замка. Нарушая все указы, Реоа сняла шлем, подошла к Ио и смачно плюнула ему на грудь. Целилась в лицо, но не достала, Ио слишком высокий.

По стоявшим в отдалении низким прокатился изумлённый гул: высшие люди плевались друг в друга!

— Грязеед, — пропищала Реоа. — Презренный предатель. Я вызываю тебя на поединок!

По дуэльному кодексу Ио должен ответить, мол, слышу тебя и принимаю вызов. Дальше начнётся торг за условия поединка.

Правда, я никогда не видел, чтобы плевались прямо на соперника. Дивианцы плевались виртуозно. Если брызги попадали на одежду — это считалось возмутительной степенью оскорбления.

— Выбирай оружие, грязесос! — От волнения голос Реоа стал как раньше, то есть набором попискиваний и бибиканья. Кажется, только я её понял.

Ио утёр слюну рукавом халат и отступил на несколько шагов.

— Я больше не воин, — твёрдо сказал он. — Отойдите от меня, иначе я пожалуюсь в Прямой Путь.

Свирепо бибикая, Реоа выхватила кинжалы. Я бесцеремонно схватил её за одну руку, Инар — за другую. Пендек, не зная, как нам помочь, услужливо обхватил Реоа за талию сзади.

Несколько секунд мы четверо тяжело ворочались, гремели доспехами и толкались, как пьяные черепашки-ниндзя, дерущиеся за кусок пиццы.

— Какой позор, — вздохнула Сана и отошла от нас ещё дальше. — Позор на виду у позорных грязеедов.

Реоа применила «Тяжёлый Удар». Скрутить её оказалось трудно. Но мы справились. Я отобрал у неё кинжалы и бросил на землю.

— Немедленно успокойся, — приказал я. — Иначе я напихаю тебе полный знак порицаний!

— Предателя необходимо уничтожить, — выкрикнула Реоа. — Пусть сдохнет в грязи!

— Да что с тобой? — рассердился я и ударил Реоа слабой молнией.

Вырвавшись из наших рук, Реоа запищала:

— Всё, не трогайте меня. Я спокойна!!!

— Сана, отведи её во дворец.

— Я сама дойду.

— Это приказ!

Реоа подобрала с земли кинжалы и, зажав их под подмышкой, пошла прочь. Сана нехотя поплелась за ней.

— Пендек, ты тоже с ними.

— Будет исполнено, самый старший, — гаркнул он и убежал.

— Инар, и ты уходи. И Эхну забери. Хватит на сегодня прогулок.

Инар не стал уточнять, уверен ли я в приказе. Подтолкнув Эхну, в поясницу, он последовал за всеми.

Я так растерялся, что назвал всех по именам. Но было от чего растеряться: у бойца случился нервный срыв. И что делать — неизвестно, психологическое сопровождение военнослужащих ещё не изобрели.

Пока мы усмиряли Реоа, Ио сбежал на свой небесный дом и встал у панели управления, готовый взлететь.

Портовые жители ликовали, наблюдая за потасовкой высших. Сначала расплевались, потом подрались молниями! Теперь попробуй убеди их, что мы — невозмутимые и загадочные небесные воины.

У меня снова мелькнула мысль учинить кровавую расправу. Заметный «Удар Гремящей Молнии» прибьёт десяток-другой зрителей. Выжившие будут рассказывать жуткую легенду о том, как высшие люди поссорились, а жертвами стали сиабхи.

Но нельзя нарушать приказ. Нельзя убивать сиабхи, пока наши послы в городе.

Чтобы хоть немного восстановить подмоченную репутацию, я послал в небо несколько гремящих молний. Перепуганные сиабхи побежали в разные стороны, сбивая друг друга с ног и опрокидывая кувшины. Винный рынок опустел. Только один торговец, придавленный кувшином, громко звал на помощь, перемежая крики мольбами о пощаде.

Я расправил крылья и взлетел, нарушив последний ненарушенный приказ Экре Патунга. Нам запретили летать на крыльях, чтобы низкие лишний раз не подметили наши приёмы.

Я приземлился на платформу напротив Ио. Он встал за панель управления, отгородившись ею от меня.

— Предупреждаю, Самиран. Я порвал с небесным воинством. Не надо применять ко мне ваши наказания. Я больше не один из вас. За меня вступится Прямой Путь!

— Да мне до грязи, — ответил я. — Мне от тебя нужно кое-что другое.

Ио насторожился.

Я снял с пояса фляжку с водой, вылил её содержимое на пол и протянул Ио:

— Плесни вина, дружище.

✦ ✦ ✦

Раз уж сегодня выдался такой странный день, я продолжил нарушать предписания первого старшего воинства и полетел во дворец на «Крыльях Ветра».

Небо над Портовым Городом не такое оживлённое, как над Дивией. Все акрабы низких летали, хм, низко. Да и самих акрабов не много. В основном они перевозили грузы с кораблей на Врата Соприкосновения, откуда отправлялись в Дивию. На «Крыльях Ветра» сиабхи, конечно, не летали.

Поэтому я сразу забрался на недостижимую для их акрабов высоту и медленно поплыл к расположенному на горе дворцу портового царя.

И что мне делать с Реоа? Думать о ней совершенно не хотелось. Я больше думал о кувшине вина на моём поясе, и о том выгорит ли у меня с Саной? Или придётся как остальные товарищи бродить по залам дворца и поглядывать на статуи Морской Матушки?

Думать о Реоа не хотелось ещё из-за того, что сегодняшний случай окончательно показал мне, что она не тот человек, с которым я хотел бы проводить время. Раньше я убеждал себя, что многим ей обязан, что виноват перед ней. Сейчас решительно подумал, что пора прекращать особое к ней отношение.

И всё же, что на неё нашло?

Никогда бы не подумал, что целительница Реоа превратится в яростного небесного воина. У неё и Инара случилось одинаковая реакция на предательство Ио — злость и желание убить его. Раньше за нею такого не было заметно. Или это просто я не замечал?

Реоа сложно назвать уравновешенной девушкой. В Доме Опыта она достала и учеников и учителей. Влезала во все споры, всех поучала и поправляла. Заслышав её писклявый голос, ученики спешно разбегались, как ищущие закладку наркоманы при первых отблесках полицейской мигалки. Вместе с учениками сбегали учителя.

Но склочной её не назовёшь: она унижала собеседников небезосновательно. Из-за этого прослыла острой на язык зазнайкой. Никто с нею не дружил. Даже Таита Саран водилась с ней исключительно ради целительского опыта.

Вдобавок Реоа хаотично переключалась с высокомерного раздражения на плаксивую депрессию. Чем окончательно сбивала с толку окружающих.

За всё время, что Реоа в отряде, она ни разу не бросала вызов на поединок. Ну и ей тоже никто не бросал, так как боялись, что она начнёт дотошно посвящать в правила дуэльных переговоров. Реоа дралась только на тренировочных поединках, да и то редко. Обычно она лечила дуэлянтов.

Я никогда не видел Реоа в такой ярости. Даже когда испортил ей карьеру.

И что на неё нашло? Надышалась винными парами?