Максим Кулаков – Аз есмь пацан (страница 3)
– Да, пожалуй.
– Ну, давай.
– Пока!
Я отправился в сторону своего дома. Мне хотелось есть и смотреть телик. Я отправил пачку обратно в батарею и стал подниматься по лестнице.
Когда я пришёл домой, было только два часа дня. Сел, поел и стал смотреть телик. Я так жил каждый день. Но к пяти часам вечера всё интересное заканчивалось, и делать становилось нечего. Хотя было уже темно, я решил опять пойти погулять.
На улице пахло свежим ночным воздухом. Именно такой зимний аромат мне нравился больше всех запахов улицы. Я пошёл обратно в городок. Но теперь он был каким-то другим, каким-то тёмным, страшноватым. Я издалека увидел два силуэта и на долю секунды подумал, что это они, но сразу понял, что это не так. Эти двое были выше, старше и крепче. Они что-то выкрикивали, у них в руках виднелись огоньки сигарет.
Подошёл ближе, облокотился на теплотрассу из больших синих наружных труб, которые пересекали весь этот район и проходили по краю городка. Два парня были крупнее меня ненамного, но явно были старше. Один из них заметил меня и спустился с горки. На какой-то миг я испугался, но страх развеялся, когда он остановился с другой стороны теплотрассы. Чёрная шапка закрывала почти весь лоб, из-под неё глядели большие тёмные глаза, а на губах была еле заметная улыбочка.
– Курить есть? – Он смотрел мне прямо в глаза немигающим взглядом.
– Есть, – тихо сказал я и отвёл глаза.
– Дай, – весело, но твёрдо потребовал он.
– Вот. – Я достал ему одну сигарету и протянул.
– Спасибо. – Он взглянул на сигарету. – Идём к нам. Чего ты там встал?
– Ладно.
Я перелез через трубы. На горке стоял второй парень, и его, в отличие от первого, я знал. Это был Секс. Нет, не то… Да я и сам не знаю! Просто его так зовут. Он выглядит сильно больным, плохо одет и много курит. Общается со взрослыми пьяницами и бухает с ними. И это всё при состоятельных родителях. Полная кличка – Секс-Бомж. Я и сам не знаю, почему, но придумывал не я.
– Покурим, Макс, – сказал Секс.
– Ага, подышишь, – усмехнулся его приятель.
– Ну, Макс…
– Да покурим, покурим. Как тебя звать-то? – спросил Макс.
– Макс.
– О, тёзка! Ты – моя тёзка!
– Ты тоже Макс? – Надо же было спросить. Для вежливости.
– Ага.
Тут меня заметил Секс и спрыгнул с горки ко мне. Я стоял у подножия лестницы, и он остановился на последней ступеньке.
– Дай сигарету.
– У меня мало осталось.
– Дай одну.
– Мало осталось.
– Ща вдарю!
– Серёг! А я за своего тёзку пойду!
– Не, Ма…
Макс одним прыжком преодолел лестницу, схватил Серёгу за шиворот и отшвырнул назад. Тот приземлился на горку, перелетев площадку, съехал вниз. Макс прыгнул обратно и на большой скорости поехал ногами вперёд. Серёга в последний момент увернулся. Макс устроил фонтан снега ботинками, пока тормозил. Потом поднялся и хотел было опять схватить Секса, но тот оказался проворнее и запрыгнул обратно на горку. Макс за ним. Серёга с отчаянным воплем опять сел на горку, но в последнее мгновение Максу удалось дёрнуть его за плечо. Тот поехал не той стороной и ударился спиной об лёд. На этом «казнь» завершилась.
Макс вернулся ко мне и продолжил беседу.
– Где ты учишься-то? – Было видно, что он заинтересован.
– Тут, через дорогу.
– Понятно, в сто тридцать седьмой.
– Да. А ты?
– Дальше по дороге. В двадцать шестой…
– Понятно. А ты знаешь Санька?
– Какого Санька?
– Он тут живёт, в этой общаге.
– А фамилия у него какая?
– Не знаю. Он со Славиком водится.
– С Зотиком?
– Да.
– Зотика знаю, а его нет. А что?
– Просто.
– Идём к нам на горку.
– Пошли.
Я перелез через трубы и направился следом. Мы стояли на горке до позднего вечера, смеялись, разговаривали. Но мне в этой компании было как-то непривычно. Макса сильно волновала проблема драк, хотя нет, слово «волновала» здесь не подходит. Вернее сказать – интересовала. Он постоянно задавал вопросы одного типа: «А ты Зотика выхлестнешь?» «А его (Серёгу) выхлестнешь?» и т. п.
Мы разошлись часов в десять, когда на улице было темно хоть глаз выколи. Но я не стал спрашивать адрес или телефон Макса, решил сначала приглядеться, что он за человек. Мы договорились, что встретимся завтра в час на этой горке.
Утром я проснулся неохотно (как и всегда), но встал и отправился в школу. Несмотря на то что я пробыл в этой школе всего один день, мне уже хотелось из неё уйти. Я боялся. Я действительно очень боялся. Что бы вы там себе ни думали, но я имел полное право бояться за свою жизнь. Если эти дети с такой лёгкостью могут швырнуть тяжёлый стул в спину, то что им мешает убить непонравившегося одноклассника. Тем более новенького… Нет, новичка.
Я и не заметил, как оказался в раздевалке. Сняв одежду, отправился наверх. Первым уроком был русский, и я уже знал, где это. Это 4-й кабинет на первом этаже, рядом с выходом из раздевалки. Остановившись перед дверью, я задумался. А что, если я войду, а они начнут смеяться, оскорблять меня? Что, если будут провоцировать меня на драку? И что будет, если их ожидания не оправдаются?
Я старался избавиться от этих мыслей, но они не желали уходить. Тут я увидел, что идёт девочка из нашего класса, и, не раздумывая, открыл дверь и вошёл. Все чувства и инстинкты были на пределе, я был готов нагнуться при свисте летящего стула. Но я ошибся. Ничего не произошло. Все мирно разговаривали.
Отправился на своё место к Паше, который ещё не пришёл. Я сел, достал учебник и стал смотреть по сторонам. Мне было хорошо видно весь класс. Я сидел на второй парте центрального ряда и мог видеть всех учеников. На первой парте левого ряда сидело оно.
Наконец в класс вошёл Саня. Я впервые увидел его без шапки, и мне показалось, что это не он. Его надутые щёки и черепашья мордашка совсем не гармонировали с очень короткими светлыми волосами и выдающимся затылком. Форма его головы напоминала бобовое семя.
Оказалось, что он сидит на последней парте левого ряда. Того же, где и
Саня увидел меня, только когда сел. Он опять встал и подошёл. Мы пожали друг другу руки и завели беседу.
– Слушай, а это правда девчонка? – Я ткнул пальцем в него.
– Это Хачик.
Хачик ковыряло в носу тупой стороной ручки. Саня достал из кармана комок бумаги и запустил в него-неё. Оно-он-она с перепугу сунуло ручку так глубоко, что даже не смогло вскрикнуть – дыхание перехватило. Мне должно было быть жалко её?.. Может быть. Но я смеялся. Смеялся со всеми вместе, и не потому, что боялся быть белой вороной, а потому что было смешно. Да-да, мы – садисты-малолетки и идиоты, издевающиеся над слабыми. Я знаю. Но было смешно!
В класс вошёл Паша и тут же упал. Он приподнялся, держась за грудь, а сзади в дверях появился Эльдар. Мне Паша вчера сказал, что его так зовут.
– Понял?! – крикнул он.
– Иди ты! – Паша попытался лягнуть Эльдара ногой, но лишь чуть-чуть задел его.
– Офигел, что ли? – Эльдар пнул Пашу по ноге. – Стрела тебе.
Услышав эту фразу, класс взорвался криками и овациями. Шум и гам продолжались очень долго. Я решил, что лучше мне тоже знать, что это за праздник.