Максим Керн – Закон Мерфи (страница 34)

Жаль только, что хорошего учителя я так и не нашёл. Наставник Рунс, конечно, многое мне дал, и его наука мне уже несколько раз спасала жизнь, но он не мог дать мне самого главного – фундаментального знания магии. Поэтому придётся учиться самому, на древнего призрака убитого тысячу лет колдуна, судя по всему, тоже надеяться не стоит.

Мгновенный прогон энергии, и на ладони вспыхивает шар огня. Хм… Почему-то именно огнём у меня получается оперировать легче всего. Ну, это если не считать Печати Земли и её модификацию в виде Цунами. А вот Воздух и Воду я практически не использовал, если не считать Кулак Воздуха, который я инстинктивно применил ещё в Зарнагуле, во время своей первой дуэли. А ну-ка… Вода. Я закрыл глаза, погрузившись в себя. Вода – самая сложная субстанция из всех. Только она может находиться в трёх агрегатных состояниях – твёрдом, жидком и газообразном. И по мановению мысли вода перед тобой не появится, как тот же файербол. Пламя может возникнуть от трения молекул воздуха, от его наэлектризованности, взять хоть ту же молнию, а вот вода – нет. Хотя молния всё же не огонь. Запуск молнии происходит от высокоэнергетических частиц, вызывающих пробой на убегающих электронах. Таким образом возникают электронные лавины, переходящие в нити электрических разрядов – стримеры, представляющие собой хорошо проводящие каналы, которые, сливаясь, дают начало яркому термоионизованному каналу с высокой проводимостью – ступенчатому лидеру молнии. Но это если говорить об обычных молниях в грозовых облаках. А вот так называемые шаровые молнии… Природу сего явления учёные так и не смогли выяснить, уж больно неуловимы они оказались, и отказывались залетать в лаборатории учёных, снабжённых необходимым оборудованием для исследований.

Впрочем, 23 июля 2012 года на Тибетском плато шаровая молния попала в поле зрения двух бесщелевых спектрометров, с помощью которых китайские учёные изучали спектры обычных молний. В итоге были зафиксированы 1,64 секунды свечения шаровой молнии и её подробные спектры. В отличие от спектра обычной молнии, в котором в основном присутствуют линии ионизированного азота, спектр шаровой молнии наполнен линиями железа, кремния и кальция, которые являются основными составляющими веществами почвы.

В голове забрезжила догадка. Неужели… Если даже в спектре шаровой молнии находились составляющие земли, то… Получается, что всё взаимосвязано? И на самом никакого разделения по стихиям нет? Ведь энергия и материя повсюду, нужно только представлять, как они могут взаимодействовать! А ну-ка… Я направил ладонь на полупустой графин с водой, но сразу же опустил руку. Зачем все эти жесты? Все эти знаки, призывы духов стихий, которые на самом деле только первоэлементы, всего лишь костыли, которыми научились пользоваться люди. Всё это просто не нужно! Они бы ещё волшебными палочками размахивать начали! Маг – это проводник. Надо только уметь направить необходимую энергию, рассеянную вокруг, в нужное русло.

Мгновение – и вода в графине превратилась в лёд. Толстое стекло графина лопнуло. Вода – уникальное вещество. При переходе из жидкого состояния в твердое, она, наперекор другим веществам, которые сжимаются, наоборот, расширяется. Ещё мгновение, и лёд вновь обратился в воду, которая поднялась в воздух в виде идеальной сферы. Третья фаза – точечный выплеск энергии, и вода превращается в облачко горячего пара. Хм… А ведь человеческая кровь на восемьдесят процентов состоит из воды… И управлять ею можно, как и обычной водой. Достаточно небольшого усилия, и кровь в венах и артериях закипит, или замёрзнет. Это ведь страшное оружие, почему до этого никто не додумался? Ну и шаровая молния… Концентрированная электрическая мощь. Сила тока в разряде молнии на Земле достигает 10–500 тысяч ампер, напряжение – от десятков миллионов до миллиарда вольт. В метре от меня, в воздухе возникла яркая, плюющаяся раскалёнными искрами, точка. Она расширялась с каждым мгновением, через несколько секунд превратившись в басовито гудящий, как трансформаторная подстанция, шар ослепительно белой энергии. Красота… Шаровая молния. Эх, сюда бы оборудование нашей физической лаборатории, и профессора Цыпленкова. Какая возможность для научного исследования… Энергетический сгусток невообразимой разрушительной силы подчинялся малейшему мановению мысли, то отлетая то меня на несколько метров, то возвращаясь. Его можно было сжать, или расширить, а если использовать канал вакуума, что я использовал в том подвале… Это ведь просто оружие массового поражения! Ну да хватит играться, а то мои эксперименты почему-то всегда приводят к разрушениям. Я развеял заклинание, осыпавшееся в воздухе синеватыми искрами.

– Ксандр? – раздался от дверей поражённый голос Оливера. – Что это было?

Я резко развернулся, увидев Птичку с отваленной до пола челюстью.

– Да так, немного поэкспериментировал. Не бери в голову. А чего это ты такой разряженный? – быстро сменил я тему, пока рыжий не закидал меня вопросами.

Оливер был одет в вышитый серебряными нитями, приталенный сюртук с зауженными рукавами, чёрные строгие брюки и сверкающие до зеркального блеска сапоги. На широком поясе с начищенной серебряной застёжкой висела шпага с вычурным эфесом, явно старинная, с вделанным в оголовье рукояти огромным синим камнем. Смотрелось всё это великолепие более чем эффектно.

– Ты что, забыл?! – завопил Оливер. – Нас же пригласили на вечеринку к Юлию Сципоре! Он уже прислал карету, она стоит перед домом!

О, чёрт… Точно. После всех событий совсем вылетело из головы. Да, меня же пригласил этот тримаг из высшей аристократии, чтоб его… Идти мне не хотелось. Высшее общество – тот ещё змеюшник. Да и какой из меня аристократ, в самом деле? Наверняка там будет какое-то угощение, а я так и не знаю, какую вилку в какой руке надо держать. Будут изучать, как какую-то диковинку, а такая роль мне точно не по нутру.

– Слушай, Оливер, может, ты один поедешь? – замялся я. – У меня ведь даже соответствующей случаю одежды нет, так и не успел купить.

– Пригласили нас обоих, – упрямо выдвинул подбородок рыжий. – И если не поедешь ты, то не поеду и я. К тому же у тебя есть одежда. Я знал, что на твою память нельзя положиться, и купил всё сам. Я покупал одежду даже своим сёстрам, и можешь быть уверен, никогда не ошибался с размером.

Вот же ж… И когда только успел? А, гори оно всё синим пламенем! Я всё же обещал, и нужно держать своё слово. Зная характер Птички, если бы я отказался, он бы точно никуда не поехал, а расстраивать друга не хотелось.

– Ладно, уговорил, – буркнул я. Может, я себя накручиваю, и всё обойдётся? Подумаешь, какая-то вечеринка. Что там может случиться? Внутренний голос тут же обрисовал мрачную картину с разрушенным и горящим поместьем и бегущими с криками ужаса людьми, но я усилием воли его заглушил.

– Отлично! – расплылся в счастливой улыбке Оливер, подходя к платяному шкафу и открывая створки. – Вот, переодевайся быстрее!

Хм… А неплохо… Птичка действительно угадал с размером, как будто снимал с меня мерки. Такие же чёрные брюки и сюртук, белая сорочка. Даже сапоги оказались в пору, ничего не жало и не топорщилось.

– Во сколько тебе это всё обошлось?

– И не вздумай! – замахал руками Оливер. – Это подарок.

– Слушай, так не пойдёт, – нахмурился я. – Я и так у тебя живу и ем. Ещё не хватало, чтобы ты ещё и одежду мне покупал. У меня есть деньги, я заплачу.

Я думал, что Птичка по своему обыкновению полезет в бутылку, но он неожиданно грустно улыбнулся.

– Ты очень странный, Ксандр. Если бы я не знал, что ты из рода Нолти, то я бы подумал, что ты из какого-то другого мира. Аристократы из высшего круга, и их дети вообще не задумываются о такой мелочи, как деньги. К тому же всё это мелочи после всего того, что ты для меня сделал. И ты единственный мой друг в академии. Все остальные студенты меня за ровню не считают. Ещё бы, давно разорившийся род, растерявший все свои земли и влияние, ставшие презренными торговцами вином, которое сами и производим. И эта шпага – единственное, что осталось от гордого рода Птичек, когда-то стоявшего наравне с императорским. Тёмные боги! Шпага! Я забыл про шпагу!

– Оливер, ты чего?

– К твоему костюму полагается шпага. А у тебя её точно нет. Там ведь будут вся верхушка академии! Как я мог забыть?!

– Да успокойся ты! Зачем мне шпага, я ею даже владеть не умею! Только в ногах путаться будет.

– Как это, не умеешь? – округлил глаза Оливер.

– Я предпочитаю другое оружие, – я подошёл к кровати, поднял лежащий у её изголовья пояс с шестопёром и застегнул его на поясе. – Что толку от шпаги при атаке харгора, или морлока? Вспомни тот прорыв светлых тварей. Какая от неё была бы польза? Шпагой не заблокируешь удар, она слишком тонкая, и сломается, ею нельзя рубить. Только колоть. В свалке боя лучше использовать более надёжное оружие, – я похлопал по рукояти шестилиста. – А для дальней дистанции существуют заклятья. Против кого ты шпагу-то используешь?

Оливер хмыкнул, и наполовину вытянул шпагу из ножен. Я замер. Лезвие шпаги было покрыто рунами, а вдоль него проскальзывали всполохи тёмного пламени. Точно такое же я видел в руках отца. Именно таким клинком он отрубил голову архангелу в том злосчастном поселении гномов.