Максим Кабир – Мухи (страница 51)
– Да, – сказала Саша. – Езжайте.
Папа стукнул кулаком по крыше «мазды».
– Запритесь, – велел он.
За стеклом мама протирала ваткой раны своего заклятого врага. Баюкала истерзанные руки.
Мотор заревел, автомобиль брызнул черной жижей из-под колес.
– Пойдем, милая, – сказала тетя Света.
Саша подумала, что Гильдереву ждут муж и двое детей. Что ей больно сейчас – адски больно. Что зрение она уже не вернет.
«Ведь именно такое я и хотела с ней сотворить, – цепенея, поняла Саша, – вырвать зенки пучеглазой ведьмы».
В квартире она упала на диван и схватилась за голову. Тетя Света мерила гостиную нервными шагами.
– Наверное, сука заслуживала страданий. Но не таких же.
Соседка была в курсе семейной драмы Алексиных.
– Думаешь, она сама это сделала?
– Сама? – Саша уставилась на тетю Свету.
– Из-за чувства вины. Она спятила. Избила себя и… – Мамина подруга осеклась. Вспомнила рогоз в кровоточащих дырах. – Шиза какая-то. Но тогда ее наказали. За вас.
«Горячо, – устало подумала Саша. – Наказали и принесли под порог, словно кошка – пойманную крысу».
От посетившей мысли бросило в пот. Полиция может обвинить родителей. Преступный сговор. Самосуд. Наняли бандитов, чтобы те выкрали Гильдереву…
«Не сходится, – одернула себя Саша. – Никто не станет похищать своего недруга и оставлять его под собственной дверью».
– Переоденься, – сказала тетя Света, – замерзнешь, милая.
На негнущихся ногах Саша пошла в спальню. Сняла мокрый сарафан и бюстгальтер. Руки ходили ходуном. Она посмотрела на свое отражение в окне. Хрупкая беззащитная девочка. Вчерашняя школьница против таящихся во тьме демонов. Никакая не Баффи.
Она надела джинсы и майку. Села на край кровати. Тетя Света включила телевизор. Транслировали вечернее ток-шоу. Кто-то кому-то изменил.
«Никакие не демоны, – сказала себе Саша, – мертвецы не причиняют живым вреда. Даже если их сотни в норе под домом. Ее искалечил психопат. Это долбаное совпадение».
Она набрала номер Ромы и минуту внимала гудкам. Молния разрисовывала небо, озаряла каждый сантиметр комнаты. Бурчал гром, словно рассерженный великан. Скрежетала карнизная жесть. Дождь дергал водостоки, проверяя их крепления.
Сверчок потерся о голень. Саша улыбнулась, посадила его на колени. Расчесала шерстку. Котенок смотрел снизу зелеными глазками.
– Где ж ты, Ромка…
Настольные часы отмеряли время. Десять пятьдесят. Одиннадцать. Одиннадцать десять.
Телефон завибрировал.
– Да! – воскликнула Саша.
– Ты в порядке? – спросила мама.
– Да, все нормально. Вы доехали?
– В приемном покое сейчас.
– Что говорят врачи?
Мама вздохнула утомленно.
– Гильдерева умерла.
Новость сопроводила пушечная канонада грома. Ведьмы больше нет. Как она и просила. Ведьма расплатилась за их слезы.
– Когда вы приедете?
– Мы ждем полицию, – сказала мама. – Ложись спать.
«Прости меня, – едва не вырвалось у Саши, – прости за свой день рождения».
Она представила родителей в больнице. На маме праздничное платье, испачканный пиджак на папе. Они держатся за руки и пытаются смастерить из разрозненных деталей логическую конструкцию.
Тетя Света убавила громкость.
– Что сказала мама?
– Гильдерева скончалась. Они дают показания.
– Вот хрень. – Соседка подыскивала нужные слова, а не найдя их, предложила: – Выпьем бренди? По-моему, не помешает глоточек.
– Да, – кивнула Саша, – давайте.
– Я мигом.
Соседка упорхнула, и сразу зазвонил мобильник.
– Привет, – весело проговорил Рома, – я в душе был.
Она рассказала ему все. Он слушал, пораженный.
– Твой дедушка сказал, что заложные исполняли просьбы. Я попросила вчера во сне. Чтобы они отомстили Гильдеревой за нас. Они вынудили меня попросить.
– Я…
– Неважно, что ты мне не веришь. Я попросила, а теперь она мертва и в подъезде потеки крови. Это мне не привиделось. Тут тетя Света, родители общаются с полицией…
– Я сейчас приду, – сказал Рома.
Она вознесла хвалу рокочущему небу.
– Тебя смоет, – сказала она.
– Не сахарный. Дождись меня.
– Уснуть у меня все равно не получится. Но тебе придется выпить бренди с тетей Светой.
– Уф!
Саша уронила телефон на постель. Соседку можно отослать. Впрочем, та и без намеков догадается. И они останутся с Ромой вдвоем. Насколько этично трахаться через пять минут после смерти врага семьи?
«Что же, – спросила Шура, – обряд отца Владимира вообще никак не помог?»
У Саши не было ответа на этот вопрос.
Она побрела в ванную – привести себя в порядок перед приходом парня. Плеснула холодной водой, избавилась от косметики. Кошмары отпечатались серыми тенями у глаз. Не хватало заполучить в семнадцать лет мешки.
Сверчок тоненько мяукал под порогом. Саша закрутила кран, вышла в коридор.
– Тоже хочешь бренди?
В подъезде что-то шлепнуло, будто уронили пакет с мукой. Саша открыла дверь.
– Теть Свет, вы где?
Этаж был погружен во мрак. Она не дала панике взять верх.