Максим Гордеев – Герой моего романа (страница 5)
– Поздравляю. У меня самый долгий запой двадцать четыре дня длился. У тебя есть курить?
Я подал ей пачку со стола и чиркнул зажигалкой, когда она зажала в губах сигарету. Девушка сделала небольшую затяжку и закашляла.
– Ты в порядке?
– Да. Это моя первая сигарета с утра.
– Лиза, ты же учитель, тебя в школе не осуждают за курение?
– Я в школе не курю. Там никто об этом не знает.
– А самой не стыдно? Ты же детям пример показывать должна! – я язвительно улыбнулся.
– Ник, иди к чёрту!
Лиза сделала глубокую затяжку и снова закашляла.
– Вот дрянь! Как её бросить, не посоветуешь?
– Как и водку. Закодируйся.
Лиза серьёзно посмотрела на меня.
– Не напоминай мне об этом, хорошо!
Девушка поменялась в лице. Я задел её за живое, и сразу же почувствовал себя неловко. Я прекрасно помню то время, когда я лично вытаскивал её из кабаков, забирал с сомнительных квартир и попросту откачивал, не давая сдохнуть от отравления. В голове всплыл тот день, когда она согласилась ехать кодироваться. Я лично тогда отвёз её в клинику и оплатил процедуру. Всё время, пока она лечилась, я всячески её поддерживал, успешно скрывая это от тогда ещё любимой жены.
– Прости, Лиза, я не хотел…
– Не извиняйся, Никита, ты тогда меня спас, и я очень благодарна тебе за это.
Лиза положила сигарету в пепельницу и отпила воды из кружки.
– Полтора года прошло, дорогой! – Девушка положила голову мне на плечо. —А я до сих пор не могу забыть этой кодировки. Господи, сейчас мне даже вспоминать страшно, на что мне пришлось пойти, чтобы об этом никто не узнал!
– Ну, об этом никто и не узнал. А тот врач, кстати, что шантажировал тебя, больше в твоей жизни не появлялся?
– Нет. Недавно справки наводила, он уволился из клиники и переехал в другой город. Урод старый!
– Да. Но, непростой урод. Даже я со своими тогдашними связями его прижать не смог.
– Никита, слушай, давай не будем об этом.
Я покивал головой в знак согласия. Повисла пауза. И, если я всё правильно понимал, то пришло время действовать. Я положил руку на грудь девушки и стал потихоньку её поглаживать.
– Я не хочу сейчас, прости.
Я убрал руку и немного отстранился от Лизы.
– Я думал, ты за этим сюда пришла!
– Ник, ну, правда, давай не сейчас. Я не в духе. Да и ты, я вижу, – она глазами указала на стол, – тоже не в лучшем состоянии.
Я встал с дивана и подошёл к окну.
– Ладно. Только в следующий раз, пожалуйста, предупреждай о таких вещах сразу.
Лиза ехидно ухмыльнулась.
– Что, прямо с порога говорить: «сегодня секса не будет»!
Я бросил на неё надменный взгляд. Девушка тут же поменялась в лице.
– Прости!
По её лицу было видно, что она чувствует себя полной дурой. Именно такого эффекта я и добивался. Высокомерно окинув её взглядом, я отвёл глаза.
– Как продвигается поиск работы? – Лиза вовремя решила сгладить неловкий момент.
– Никак. Мой друг постарался на славу.
– Не могу поверить, что ты так просто сдался!
– А кто тебе сказал, что я сдался? – я удивлённо посмотрел на неё.
– Я сама это вижу. Ты уже месяц после суда не можешь ничего найти. Ты только пьёшь, а искать работу не пытаешься.
– Нет, дорогая! – слегка ошарашенный, я подошёл к ней. – Ты думаешь, что я стал алкоголиком, но это совсем не так. Я до сих пор не нашёл никакой работы, потому что мне не попадалось ещё ничего стоящего!
– А это уже отмазка, – она указала на меня пальцем, – согласись!
Я сел на диван рядом с ней и закурил.
– Я со всем разберусь. Мне просто нужно время.
Лиза обняла меня.
– Конечно, дорогой. Но имей ввиду. – Лиза пристально посмотрела на меня. – Спиться я тебе не дам! Ты однажды спас меня, и я, в свою очередь, не позволю тебе пойти по кривому пути. Знай это!
Я выпустил струю дыма и поцеловал девушку в щёку.
– Спасибо, Лиза. Я очень ценю твою поддержку.
– Ник, раз мы с тобой начали разговаривать о работе, то хотела тебя спросить. Ты сейчас ещё пишешь?
– Что пишу? – спросил я, хотя прекрасно понимал, что она имеет ввиду.
– Прозу. Ты же писатель.
– Тоже мне писателя нашла!
– Ну, почему! Ты же раньше публиковался в журнале каком-то. Там роман у тебя был очень объёмный. Как он, кстати, называется, забыла?
– «Ущемлённые в правах».
– Да. Прекрасное произведение.
– Хочешь сказать, ты его читала?
Я пристально посмотрел на Лизу. Да, мне действительно стало это интересно. За всё время наших отношений, если так их можно назвать, мы завели разговор о моей писательской деятельности впервые.
– Врать не буду, полностью не читала. Несколько небольших отрывков, да и то, вскользь. Я училась в институте ещё, как твой роман вышел, и мой преподаватель по педагогике как-то рассказывала, что прочитала его, и он её реально затронул. Да и в школе нашей многие учителя его читали.
– Перестань врать, ты не умеешь.
– Да не вру, Ник. – девушка положила руку себе на грудь, хотя мне показалось, что она сейчас перекреститься.
– Наверное, это единственное, чем я могу гордиться сейчас.
– А ты же ещё что-то, вроде, публиковал. – девушка зачем-то взяла меня за плечо.
– Всё ерунда! – я махнул рукой – После «Ущемлённых» я ничего толкового так и не написал.
– Напишешь, Никита. Я в тебя верю.
– Я в себя не верю, Лиза. Тот роман я опубликовал семь лет назад. Я уже не смогу написать что-то серьёзное, слишком много воды утекло.
– Ты хотя бы попробуй.