Максим Гордеев – Герой моего романа (страница 4)

– Не стоит, – я покачал головой, – «Петухом» сделали.

– Через два месяца его нашли задушенным в параше промзоны. В обстоятельствах особо не разбирались – записали как самоубийство и закрыли дело.

– Познавательная история.

– Да, друг. Надеюсь, ты понимаешь, к чему я клоню?

– Меня может ожидать подобная участь?

– Всё может быть. Как там, кстати, твой подельник на нарах поживает? Сладко ему?

– Не знаю. После суда мы никак не связывались с ним.

– И не связывайтесь. Живи своей жизнью. Найди себе своё ремесло, потому что, вполне возможно, это единственное, что сможет тебя уберечь.

– Звучит как-то пафосно! – я невесело улыбнулся.

– Да, но поверь уж мне! Горелый – не тот человек, который забывает прошлые обиды. Он пойдёт на всё, чтобы сжить вас с этого света!

Я, не дожидаясь Олега, осушил свою рюмку водки, встал и подошёл к столу у стены, принявшись рассматривать циркулярную пилу.

– И ты думаешь, что ремесло меня как-то спасёт?

– Не думаю, знаю, Никита! Поверь, как только ты найдёшь себе занятие по душе, ты сам увидишь, как сильно изменится твоя жизнь! Твоё занятие изменит и тебя самого, будь уверен.

– Ну, или по крайней мере, я сдохну, занимаясь любимым делом.

Я повернул голову и посмотрел на Олега. Наши лица тронула лёгкая, задумчивая улыбка.

– Или хотя бы так! – прокомментировал Олег. – Но одно я тебе скажу точно – после этого ты уже никогда не станешь прежним!

Я подошёл обратно к столу и сел на свою табуретку.

– Это тебе мой совет, Никита. Прислушиваться к нему, или нет – дело твоё. К сожалению, большим я тебе помочь, увы, не могу.

– Спасибо хотя бы за то, что выслушал. Знаешь, я после этого и не разговаривал толком ни с кем по этому поводу.

– Всегда пожалуйста. И да, кстати, раз ты уже побывал в моей мастерской, держи сувенир.

Олег открыл ящик рабочего стола, достал оттуда маленькую резную фигурку и передал её мне. Я бережно взял её. Это оказалась фигурка совы, размером всего сантиметров пять-шесть. Вырезана она была не совсем профессионально, но все мелкие недочёты скрывала удачная покраска и лакировка. Она имела натуральный цвет окраса птицы – бело-серое оперение с чёрным клювом и маленькими переливающимися глазками.

– Можешь использовать её как брелок для ключей. Там сверху, на макушке, петелька есть.

Я покрутил птицу в руках и сунул её в карман балахона.

– Спасибо. Очень приятный подарок!

– Пользуйся. И, друг мой. Очень хорошо подумай над моими словами.

– Подумаю. Ладно. Может, закончим уже наконец наш сеанс психотерапии?

– Как скажешь! Давай наливай, я сейчас музыку включу.

– А ты случаем, музыкой не увлекаешься? А то вот я с детства мечтал продюсером стать!

2. Лиза

Утро! Как же порой ты невыносимо! Я с трудом открыл глаза и увидел знакомую обстановку. Так, я дома – это уже хорошо. В последнее время алкоголь стал обрубать меня очень резко, и я уже перестал чувствовать ту черту, после которой я уже ничего не помнил утром. Тело ныло, но, по – ощущениям, руки-ноги целы, видимых следов повреждений и ударов не ощущается – вторая хорошая новость. Я потёр ладонями лицо и переместился в сидячее положение. Вчера, как и следовало ожидать, сил у меня хватило только на то, чтобы снять ботинки. Оглядев комнату, я обрадовался ещё раз: уборки сегодня не намечается, вся обстановка осталась такой же, какой я её и оставлял, когда уходил из дома. С трудом поднявшись, я поковылял к туалету, по пути оглядывая остальные помещения квартиры. Везде порядок, лишних людей не наблюдалось. Значит, у меня дома продолжения банкета не происходило, я пришёл и сразу повалился спать.

Справив нужду, я посмотрелся в зеркало, висящее над умывальником. Увиденное меня здорово напугало. От восьмидесяти килограмм веса во мне осталось не более шестидесяти пяти, да и то, едва ли. Лицо осунулось, некогда грациозные широкие скулы стали острыми и дряблыми, нос опух, как у вокзального забулдыги, а глаза впали в глазницы, отчего над веками появились безобразные складки. Мне казалось, что даже ростом я стал ниже – хоть и до этого я не был высоким. Вместо красивого, грациозного мужчины среднего телосложения с зеркала на меня глядел захудалый алкоголик с уже начавшими проявляться хроническими болячками, типа гастрита и свистящего кашля. Глубоко вздохнув, я вернулся в комнату и тяжело опустился на диван. Вдруг резкая боль пронзила мой мозг и желудок отозвался ей рвотным спазмом. Чтобы не вывернуть из себя содержимое желудка прямо на пол, я согнулся, положив тело на колени и схватился руками за диван. Закрыл глаза и задержал дыхание. «Никитос! Это запой!» – поучительно пробасил мой мозг. «Две недели без просыху! Тебе с каждым днём всё хуже и хуже с похмелья! Ты сдохнешь скоро!».

Мысленно пообещав надоедливому серому веществу отойти и закодироваться, я выпрямился, открыл глаза и глубоко вздохнул. Рвота прошла, но на глазах появились слёзы. Состояние моё оставляло желать лучшего, и нужно было срочно что-то с этим делать. Я попытался восстановить хронологию вчерашнего дня, чтобы понять, насколько велика вероятность того, что в доме осталась хоть небольшая порция спиртного. Поваленное дерево, гараж, мастерская – всё помню почти полностью. Пили мы только водку Олега, свою я из пакета не доставал. Ценный совет мастера я запомнил почти дословно, но вот что было после, когда мы уже начали попросту конкретно накидываться, как ни пытался, вспомнить я не смог. Стоп! Так, может, мне и разговор этот причудился, я – то уже из парка подвыпивший возвращался! Я нахмурил брови и тупым взглядом уставился на стол. Затем, вспомнив вдруг одну важную деталь, полез в карман. Маленькая резная сова была на месте, значит, всё было наяву, что меня почему-то обрадовало, однако, судьба моей бутылки водки по-прежнему оставалась неизвестной. Я вытащил статуэтку из кармана и бросил на стол, затем принялся обыскивать комнату. Искал сначала глазами, потом понемногу подключил руки. Искать долго не пришлось – под подушкой лежала заветная заначка.

Две минуты мне понадобилось на подготовку. Стаканы, один пустой, второй с водой, открытая банка маринованных помидоров – на кухне; сигареты – в куртке на вешалке в прихожей; пепельница – под столом. Руки дрожали, поэтому зачин решено было исполнить «с горла». После того, как первая порция спиртного острым камнем провалилась в моё пылающее нутро, я откинулся на спинку дивана и закурил сигарету. Что же, так- то лучше! Алкоголь подействовал быстро, симптомы похмелья начали потихоньку улетучиваться, вместо них пришли спокойствие и тишина. Чтобы закрепить результат, я выпил вторую дозу уже со стакана и даже закусил помидором. Достал из кармана телефон. Как и следовало ожидать, нужен всё это время я был только микро финансовым организациям, которые после ожесточённых и безуспешных попыток взять кредит, налетели на меня, словно мухи на помёт.

После третьего стакана состояние окончательно стабилизировалось, и я решил заняться работой. Моя работа в последнее время состояла в серфинге глобальной сети в поиске толковой вакансии, но мне, как специалисту довольно узкого профиля, да ещё и с «волчьим билетом» практически в любую сферу деятельности, было сделать это очень непросто. Мой ненаглядный «покровитель» постарался на славу – недавно мне пришёл отказ даже от должности администратора маленького фаст-фуда. Конечно, можно сказать, что я зажрался, что никто не отменял продавцов, грузчиков, мойщиков и заправщиков авто. Да, вариантов много, но дело тут было не в гордости и не в моём самолюбии. Вся изюминка была лишь в самих деньгах. Ни одна из предлагаемых работ не могла обеспечить мне условия для нормального существования. Я не собирался навеки оставаться на дне, а для того чтобы двигаться дальше, нужны были деньги. Даже для того, чтобы переехать в другой город, были необходимы какие-то сбережения. Кое-что у меня оставалась на счету в банке, но, если я в ближайшее время не найду нормального заработка, даже это «кое-что» меня не спасёт.

Отодвинув со стола подальше водку и закуску, я достал ноутбук и включил его. Но не успел я запустить браузер, как в квартире запиликал дверной звонок, заставив меня дёрнуться от неожиданности. Я решил не открывать, так как видеть в данном состоянии мне не хотелось никого. Однако после третьего звонка зазвонил телефон. Глянув на дисплей, я быстро подошёл к двери, щёлкнул замком и открыл.

– Привет, Лиза.

Перед дверью стояла она – моя муза и моё проклятие одновременно. Невысокого роста, с длинными русыми волосами, курносая и с веснушками, с наивной улыбкой, но волевым, серьёзным взглядом. Она была похожа скорее на прогульщицу-старшеклассницу, но никак не на учительницу младших классов, кем она сейчас являлась. Не говоря ни слова, она вошла в квартиру, зашла в комнату и плюхнулась на диван. Я закрыл дверь на замок, предвкушая отличный досуг, и последовал за ней.

– Ты всё никак не остановишься? – девушка головой указала на бутылку водки.

– Пока нет. Не мне тебе объяснять, как трудно выходить из запоя.

Я сел на диван возле девушки. Она поставила свою сумочку на спинку и закинула ногу на ногу.

– Так, всё-таки, это запой? И сколько уже дней? Или даже не дней? – Лиза прищурилась, глядя на меня.

– Две недели. Поздравь, это мой новый рекорд.