Максим Гаусс – Капитан. Назад в СССР. Книга 15. Часть 3 (страница 33)

Было почти два часа дня, когда после торопливого обеда, я вновь вернулся в свою комнату. На столе передо мной лежала карта юга СССР. Волгоград, Волжская ГЭС, плотина. Я обвел ее красным карандашом, сделал несколько пометок.

Рядом — стопка расшифровок переговоров, которые еще утром принес Дамиров.

Телефон зазвонил резко, как выстрел.

— Громов!

— Максим, это Градов. — Голос подполковника звучал напряженно, но с нотками возбуждения. — У меня новые данные из Москвы. КГБ отработало йеменский след. Взрывчатка, которую закупил Бен Ладен, двенадцать часов назад прошла через Оман. Там ее перегрузили на небольшое судно, которое вышло в сторону Ирана.

— Так, принял. Что за судно?

— «Аль-Фатех», ходит под флагом Ирака. Кто владелец — не выяснили, но известно, что судно несколько раз перепродавалось. И мы отдельно, через местных выяснили — один из бывших владельцев — дальний родственник Бен Ладена. Кто-то из влиятельных Саудовских граждан.

— Это не случайность. Куда оно направилось?

— Порт Бендер-Аббас. Это на юге Ирана. Где оно сейчас — неизвестно. Контрразведка пытается выяснить, но сам понимаешь, Иран это страна, с которой у нас не самые хорошие отношения. Всему виной война, что гремела на границах всего несколько лет назад.

Я зашуршал картами. Довольно быстро нашел Иран, а затем и тот самый Бендер-Аббас.

— Оттуда до советской границы — рукой подать. Туркмения, Каспий, Кавказ. Каспийское море большое, судоходство обширное. Разведывательная авиация там в ограниченном количестве. Много сложностей.

— Если взрывчатка пойдет через Иран, у нас считанные дни. Если план террориста воплотится в жизнь, вот тогда будет много сложностей! Нельзя профукать момент. Что говорят в КГБ?

— У них не так много сил. Знаю, знаю. Но разве есть другие варианты?

— Есть. Нужно задействовать внутренние войска! Хотя бы частично! — произнес я, но Градов отнесся к ним скептически.

Ну, оно и понятно. Он старый воин, знает систему. Высшее руководство страны пока еще не поняло, что может произойти. Не осознало угрозу в полной мере, считая, что это просто разведка что-то там чудит, поднимая шум там, где он не нужен. Мол, показалось. Доказательств-то пока нет. Да и мое предложение само по себе смелое… Никто не будет вводить военное положение в стране, ведь это неминуемо вызовет волнение, а то и панику. А это ни к чему, ведь обстановка и так накалена.

Задействовать внутренние войска решение смелое, дерзкое, но верное. Это действительно могло бы помочь. Да только такого приказа не будет. Но ведь можно пойти по другому пути, например, публично анонсировать и запустить какие-нибудь тактические учения, как раз в северной части Каспийского моря. Никто не будет задавать вопросы. Учения, они и в Африке учения.

— Максим, не думаю, что это возможно. Но предложить эту идею Хореву все-таки стоит.

— Хорошо. До связи.

Я откинулся на спинку стула, потер переносицу. Значит, судно уже в Бендер-Аббасе. Если разгрузили быстро, взрывчатка могла сразу же уйти на север уже вчера. Ее могли перегрузить на что угодно. Хоть на поезд, хоть на автомобили, хоть на самолет. Слишком много дыр, слишком мало людей. Нет конкретики. Слишком долго в Союзе не было полноценной системы, способной выявлять такие угрозы и противодействовать им. Да, создание «Спектра» и наша работа взбодрили общее состояние, но этого все еще недостаточно. Кое-где информация или разведданные просто проскальзывали, будто вода сквозь пальцы.

В дверь постучали. Вошел Шут. Выглядел он посвежевшим — поспал несколько часов, и это было заметно.

— Гром, ты чего не спишь? — спросил он, глядя в мои красные глаза. — Так и коньки отбросить недолго.

— Успею. — Я кивнул на стопку бумаг. — Новые данные. Взрывчатка, что была куплена Бен Ладеном, уже в Иране.

Шут присвистнул, подошел к карте.

— Иран. Ну, вероятнее всего, ее повезут либо сухопутным способом через Туркменскую ССР, либо морем, через Каспий. А если через Каспий, то куда и как именно? Астрахань? А дальше? Или в Махачкалу? В Баку?

Зацепка про Грозный, конечно, важна. Но не факт, что взрывчатка поедет отдельно. А люди Бен Ладена отдельно.

Шут еще толком не знал, что мне удалось определить возможную цель. Я ткнул пальцем в Волгоград.

— Волжская ГЭС. Если рвануть плотину, волна смоет половину области.

— Твою мать… — выдохнул Шут. — Это же тысячи людей. А то и десятки тысяч.

— И энергетический коллапс на всем юге. Люди Бен Ладена говорили про «большую воду» и про «десятое августа». Я проанализировал, доложил куда нужно. Аналитики КГБ теперь считают, что это может быть связано с гидроэлектростанциями. И Волжская самая уязвимая. Ведь она ближе всего к границе, плотность населения вниз по течению очень большая.

Шут задумался, глядя на карту.

— А другие ГЭС? Братская, Красноярская, Саяно-Шушенская?

— Тоже под ударом. Новость дерьмовая, но теперь у нас хотя бы есть цель.

Телефон зазвонил снова.

— Громов, это Патанин. — Голос капитана звучал взволнованно. — Только что из Тегерана. Наш человек подтвердил — взрывчатка разгружена в Бендер-Аббасе, сейчас уже в центральной части Ирана. Ее повезли на север, в сторону Тегерана. Но каким маршрутом, неясно. Информация противоречива. Возможно, иранцы оказывают им содействие.

— Не удивлюсь, если шейх купил нужных людей и там.

— Похоже на то. Либо их действительно купили, либо они сами не знают, что везут. Ясно одно, груз все ближе к границам СССР. Последний раз его видели под Кумом. Это километров двести южнее Тегерана.

Вновь склонился над картой. Через некоторое время я нашел Кум на карте. Оттуда дороги вели на северо-запад, в сторону Турции и советской границы, и на северо-восток, к Туркмении.

— Спасибо, Патанин. Держи руку на пульсе.

Я отключился, посмотрел на Шута.

— Груз движется к нам. Это уже не просто банда фанатиков, это операция с поддержкой соседнего с Советским Союзом государства. А такого быть не должно. Не удивлюсь, если здесь масло в огонь подливают люди из ЦРУ!

— Ну, нет… Иран официально не пойдет на конфликт, — покачал головой Шут. — Значит, либо частная инициатива, либо подкуп. Или их ввели в заблуждение.

— Неважно. Важно, что они уже близко.

Я встал, прошелся по комнате. В голове лихорадочно прокручивались варианты. Волгоград, дамба, взрывчатка. Из прошлой жизни я помнил, как на Днепре была взорвано одно из подобных сооружений. Тогда было много жертв.

Телефон зазвонил опять. На этот раз — прямая связь с Москвой. Линия защищённая.

— Громов, это Хорев. — Голос генерала был жестким, без обычных предисловий. — Ситуация обостряется. Только что из КГБ сообщили — час назад в пригороде Волгограда милицейским патрулем задержана группа подозрительных лиц. Трое. При них — фотографии плотины. Инструкции. Все на арабском.

— О как! Выходит, мы вычислили его следующую цель?

— Возможно, но это только один факт. Для того, чтобы выбивать радикальные решения, этого мало.

— Ну ещё бы… Интуицию к делу не пришьешь! И что, они просто сдались милиции? Без конфликта?

— Да, сопротивления не оказали. Сейчас их допрашивают.

— Вряд ли они будут чем-то полезны. Это смертники! — возразил я, прекрасно понимая, какой именно контингент был задержан. — Скорее всего играли в молчанку потому, что есть и другие группы. Эти лишь одни из нескольких. Будут отвлекать внимание, заставляя думать, будто угрозы уже нет.

Я сжал кулаки. Подтверждение. Моя догадка оказалась верной.

— Что будем делать, товарищ генерал?

— Вот что, раз цель ясна, нечего вам там сидеть. В течении следующих шести часов, «Спектр» должен вылететь в Волгоград. Самолет будет. Собирай группу и — на борт. Градов с остальными останется в Красноводске, он свои задачи знает. В Ташкенте пересадка на военный борт до Волгограда.

— Есть, товарищ генерал. У меня есть предложение.

— Слушаю!

Я озвучил ему задумку, насчет привлечения отдельных частей внйтренних войск. Он выслушал, даже в чем-то согласился, но конкретного ответа не дал.

— И, Громов… — Хорев понизил голос. — Будь осторожен. Это только начало. Если они готовили удар по ГЭС, значит, у них есть и другие варианты. На месте разберетесь.

Связь прервалась.

Я повернулся к Шуту.

— Собирай всех. Через час вылетаем.

— Есть, командир! — Шут рванул к двери, но на пороге остановился. — А что же Савельев?

— Он в Пешаваре, работает по своему направлению. Это нас не каается.

Шут кивнул и вышел.

Я подошел к рации, настроил частоту, которую оставил Савельев.

— Савельев, это Хорек. Ответь.