Максим Гаусс – «Гамма-3» (страница 7)

— Зачем он отправил нас туда? — сухо спросил я. — Мы же простые студенты!

— Полагаю для того, чтобы выяснить, жив ли ещё Зимин и можно ли самому спуститься в «Астру». Спуститься для того, чтобы добраться до секретных разработок, хранящихся в генетических лабораториях.

О как! Снова лаборатории! Снова секретные разработки! Да что, черт возьми, делали в этой «Астре»?

— Я уже слышал об этом. Зимин их тоже искал.

— Зимин? — Штрасс обменялся удивленными взглядами с капитаном. — Значит, он так и не нашёл способ спуститься вниз! Это многое меняет!

— Что меняет? — громко спросил я, уловив смену настроения Штрасса. — Мне вы ничего не хотите рассказать об этом?

— Видите ли, Максим… — пока старик подбирал слова, его вдруг опередил капитан.

— Это вас не касается! Государственный секрет. Объект «Астра-1» всё ещё засекречен! Уже то, что вы о ней знаете, гарантирует вам пожизненное заключение в камере строгого режима.

— Капитан, сдается мне, что ты всего лишь наёмник! — заявил я, без всяких стеснений. — Не неси чушь по поводу государственных объектов! Нечего тут строить из себя! Я тебе что, пацан?

Я уже ощутил, какая каша заваривалась. Меня как мальчишку собирались использовать для своих интересов, при этом держа в неведении? Ага, сейчас! Не на того Максима вы нарвались! Вот если бы неделю назад — тогда да. Но не сейчас. Слишком многое уже произошло. Слишком хорошо я понял, что люди способны плести самые невероятные интриги. Всё случившееся заставило меня изменить свои взгляды на многое. Интрига на интриге, господа?

— Чего! Да ты… — командир наёмников аж побагровел, интуитивно потянувшись за пистолетом. Отреагировавший Гидрос, при этом, резким болевым приемом заставил меня опуститься на одно колено.

— Что, правда из себя выводит? — прохрипел я, корчась от малоприятной, довольно сильной боли.

— Отставить, капитан! — громко вскрикнул Штрасс, с грохотом ударив кулаком по столу, а после, злобно посмотрев на моего конвоира, добавил. — И ты тоже! Отпусти его!

Гидрос подчинился.

— Капитан, я настоятельно рекомендую вам держать себя в руках! — уже мягче, но так же требовательно произнес Штрасс, косо посмотрев на командира наёмников.

Антонов несдержанно хмыкнул.

— Как скажете! — недовольно выдавил он из себя.

— Максим! — продолжил профессор. — Прошу, извинить Антонова за прямоту и несдержанность. Вы хотели знать, для чего мы вас сюда привезли? Чтобы обеспечить вашу безопасность! Вам и вашим друзьям!

— В каком смысле? — я, отряхиваясь, поднялся на ноги.

— У моего брата остались последователи. Сам он не смог бы контролировать весь процесс. Ему пришлось работать под контролем одной малоизвестной организации. Именно они, под видом полиции хотели вас арестовать там, на складе! Понимаете? Если бы мы не успели, вас всех расстреляли бы прямо там. Мы заметили, что они проявили странную активность. К тому же, вы сами упростили им задачу, отправившись в своё убежище на их же машине.

— Мне вам спасибо нужно сказать? — недовольно спросил я, хотя, конечно, мне не следовало так дерзко себя вести.

— Это вовсе не обязательно, — небрежно пожал плечами старик. — Но отблагодарить нас вы все-таки можете! Вы нам нужны и без вашей помощи нам будет сложно принять… э-э, правильное решение. Иначе мы бы не стали вмешиваться.

— Значит, ради собственной выгоды, вы организовали наше спасение? — я понимающе ухмыльнулся. — Что ж, всё понятно. Ладно, я вас слушаю!

— Вы спуститесь в «Астру» снова! — заявил Штрасс с лицом доброго людоеда, только что закончившего жарить кусок человечины.

Меня словно кувалдой по голове ударили.

— Что? — выдохнул я. По спине пробежали мурашки размером со слона.

— Спуститесь обратно, — медленно повторил Штрасс. — Для того чтобы найти вход в генетические лаборатории. Кстати, комплекс генетических лабораторий, который мы ищем, имеет свое собственное название.

— Название? — едва не поперхнувшись, спросил я.

— Да! «Гамма-3».

«Гамма-3»? Где-то я уже это слышал. Секретные лаборатории? Кажется, про них говорила ныне покойная жена подполковника Елена Шевченко. Её муж работал над чем-то совершенно неординарным. За его разработками, рьяно, но безуспешно охотился полковник Зимин. Шевченко о чём-то догадался и свернул работы прямо перед тем, как раскопали источник психотропного воздействия. Закрыл лабораторию, спрятал документацию. А может, даже и вовсе — уничтожил. Но что же получается? Эти секретные лаборатории отделены от основной «Астры»? А для чего такие меры предосторожности? Уж не для того, чтобы при нештатной опасной ситуации отрезать их от жилых уровней и других объектов? Сдается мне, что там, в «Гамме» ставили какие-то запрещённые и нечеловеческие эксперименты.

Я совершенно не желал возвращаться в научно-исследовательский комплекс. Даже двух дней не прошло — я прекрасно всё помнил. Хоть убейте — не хотел. Но где-то в голове, предательски зрела мысль — надо! И она становилась всё сильнее…

— Почему мы? — едва сглотнув густую слюну, пробормотал я.

— Максим! Потому что, вы уже были там. Вы знаете, как там обстоят дела. Знаете, кого там можно встретить. И с вами находится человек, всю жизнь проживший в «Астре».

— Вы имеете в виду Пашу? — меня удивило то, что Вильгельм Штрасс уже был проинформирован о нашем подземном госте.

Штрасс кивнул.

— Там же мутанты! — с трудом произнес я, вспомнив про гигантского червя и страшных уродливых крыс.

— Это понятно. Поэтому, вы отправитесь туда не одни. Капитан Антонов, Гидрос и ещё шесть прекрасно подготовленных наёмников, хорошо вооруженных, обеспечат вам охрану.

— Наёмники?

— Да, в некотором роде. Однако мы не первый раз работаем с Синдикатом. Люди опытные, проверенные. Все бывшие военные.

Я задумался.

— После того, как Зимин агитировал всё население военного научно-исследовательского комплекса… А ещё и после того, как мы организовали сокрушительный штурм, за ещё и затопили туннели, открыв гермоворота… Даже не знаю. Мы стали врагами номер один! Нас и близко не подпустят к аванпостам. И не забывайте, Зимин не вернулся в командный бункер — а значит, теперь мы ещё и убийцы.

— Для этого есть Павел. Пусть он поговорит с обитателями комплекса. Объяснит им всё.

— Объяснит? Вы шутите? Да им всю жизнь промывали мозги, твердя о том, что это секретный объект. О том, что посторонних тут быть не должно. И их никогда не было! На нас клеймо диверсантов — тщательными стараниями полковника. А после того, как мы его убили…

— Убили не вы, так ведь?

— Не мы. Ваш брат постарался. Он почему-то в последний момент решил от него избавиться. Но не в том суть. Главное, что никто из населения бункера об этом не знает.

— Не удивительно! Кирилл слишком рано решил списать его. Слишком самонадеянный поступок. И всё-таки, я уверен, население бункера можно убедить.

— А если мы откажемся спускаться? — осторожно спросил я, заглянув в лицо Штрасса.

Антонов снова выразительно ухмыльнулся.

Вот же дерзкий самолюбивый подонок, а? Мне он сразу не понравился. Слишком уж он был заносчив и несдержан. Чувствую, мы с ним не поладим. Уже не ладили.

— Не советую! — отрезал капитан, положив руку на кобуру.

— Нечего меня пугать — стрелять ты всё равно не будешь! Да, и избавь меня от своих комментариев, — всё это было адресовано наёмнику, затем я снова обратился к старику. — Зачем вам эти лаборатории?

Штрасс шумно вздохнул. Медленно выехал на своей инвалидной коляске из-за стола.

— Максим! Взгляните на меня — я инвалид! Мой позвоночник пострадал в результате травмы полученной еще тогда, в 1986 году. Травма прогрессирует. Мне стало значительно хуже. У меня опухоль. Проявления той травмы все более ощутимы! Максимум три-четыре месяца и я умру. Однако, я точно знаю, где-то там, в лабораториях, крупным медицинским специалистом была успешно разработана генетическая программа полного восстановления для таких как я. И даже более того. Послушайте меня! От вас требуется не много! Просто помогите нам отыскать вход в секретные лаборатории. «Астра» — огромная. Искать в ней вход — то же, что иголку в стоге сена. Проведите группу по военному комплексу, найдите вход. И всё. Найдете, вы будете свободны!

— Травма, значит? Смертельные последствия? Возможно, но главная причина не только в этом! Верно? Ну, конечно! Там полно и других разработок, — ухмыльнулся я, вспомнив, какими стимуляторами накачал себя Зимин, после крушения дрезины. — Вы считаете, я в это поверю? Да и потом… Вы нас не отпустите! Мы знаем слишком много! А это во все времена было проблемой, и решались они всегда одинаково!

— Это, конечно, так! — растерянно пробормотал профессор. — Однако я готов рискнуть. Если все получится, я предпочел бы и дальше работать с вами, но уже по специальному контракту.

Я чувствовал — это дешёвый обман. Хитрый обман. Наивно-то как. С явным акцентом на нашу глупость. Только проблема в том, что я никому уже не верил.

— Мне не нужны никакие контракты!

Мне не хотелось возвращаться. И я уже знал, что скажут другие. Вдруг… Нет! Слишком много вдруг!

— Так как… Что вы решили? — учтиво поинтересовался Штрасс.

— Хорошо! Я согласен! Но у меня есть ряд условий.

— Я вас слушаю!

— Мы все должны идти?

— Вовсе нет. Тем более, насколько мне известно, двое из вас ранены? — он посмотрел на Гидроса. — Вот пусть и остаются в нашей медицинской части. Поправят здоровье. У нас очень хорошие врачи.