Максим Гаусс – «Гамма-3» (страница 1)

Максим Гаусс

Преисподняя «ГАММА-3»

От автора

Как и следовало ожидать, о существовании военного научно-исследовательского комплекса «Астра-1» знали весьма влиятельные люди. Едва только главные герои выбираются из кошмара, как на их след выходят наёмники. Им известно о секретной деятельности законсервированного лабораторного комплекса «Гамма-3», который так упорно искал полковник Зимин. Но информации о его точном местонахождении у наёмников нет. Последняя ниточка ведёт к Максиму и его друзьям.

Главный герой находится под влиянием экспериментальной сыворотки, которую ввёл ему погибший профессор Германов. Парня преследуют странные видения и галлюцинации. Он страдает нарушениями сна. Есть ли в этом какой-нибудь смысл?

Максим понимает, что ответы на мучающие его вопросы находятся где-то в туннелях «Астры». Ему необходимо спуститься в научно-исследовательский комплекс снова. Но пойдут ли с ним его друзья?

Как встретит их «Астра» после того, как друзья взяли штурмом гермоворота и затопили туннели, спасаясь бегством?

Кто или что встанет у них на пути на этот раз?

Прежде чем приступить к чтению, поставь лайк! Это важно! Спасибо)

Часть 1

Добро пожаловать обратно

Глава 1

Рейд

Более двух десятков пуль двенадцатого калибра буквально изрешетили и профессора Штрасса и его таинственного спутника, оставив позади них, на темной бетонной стене несколько выбоин.

Оба окровавленных тела, словно мешки с дерьмом, рухнули на песок.

Я, не веря своим глазам, облегченно выдохнул. Хотя, наверное, преждевременно поторопился.

Из-за горящих обломков дрезины, шатаясь и сильно хромая, показался изуродованный майор Доронин. Его лицо было изранено так, что узнать офицера было весьма проблематично. Его шатало из стороны в сторону, словно пьяного порывами ветра.

— Вы! — произнес он, с хрипом выдыхая воздух.

Мы, прижавшись к стене туннеля, молчали. А что тут скажешь?

— Вас всего четверо… — прохрипел он, сплевывая кровь. — Где девчонка?

— Я здесь! — вдруг раздался ее голос откуда-то слева.

Катя стояла между обломков, держа в руках второй пистолет, остававшийся у Дмитрия. Первый он выронил еще перед самым крушением.

— Нет… — хрипло простонал Доронин, выставив перед собой уцелевшую ладонь, измазанную кровью. — Не стреляй, не надо!

— Почему это?

— Теперь у меня нет к вам претензий. Теперь я знаю… Вы никакие не диверсанты. Зимин врал. Я все слышал.

Но девушка опускать пистолет не торопилась.

— «Астра» перестала быть секретным объектом! Вы… Вы можете идти. Я не буду препятствовать.

— Майор, — начал было Андрей и осекся. — Но это же…

— Уходите отсюда! И никогда больше не возвращайтесь. — повысил он голос. — Ничего хорошего здесь уже не будет.

— Вы нас отпускаете?

— Да… — он развернулся и сильно хромая, двинулся обратно в сторону гермоворот. Затем остановился, обернулся и с горечью в голосе произнес. — Простите нас всех!

Через несколько минут майор неторопливо скрылся во тьме туннеля. Доберется ли он до командного бункера?

Никто не проронил ни слова.

— А кто это такой? — наконец-то спросил Павел, пнув ботинком лежащее на песке тело профессора.

— Один из тех, кто в 1986 году устроил ту ужасную бойню. Это Штрасс.

— О, как… — присвистнул тот. — Тот самый?

— Да.

— Скотина!

— Люди, надо отсюда выбираться! Всем нужна медицинская помощь, — произнес ослабевший Дмитрий, сидя на бочке.

— Павел, как думаешь, как они сюда попали? — спросил я.

— Скорее всего, по воздуховоду. Сейчас посмотрю. — он быстро двинулся в ту сторону, откуда ранее появился Штрасс.

Через пару минут раздался его голос.

— Ну да, точно. По воздуховоду. Тут лестница! Кажется, я вижу свет…

— Лампы, что ли?

— Нет! Небо!

— Что-о?

— Только очень далеко. Около полусотни метров, наверное.

— Идем! Пора выбираться отсюда, — решительно произнес я. — Мы слишком задержались здесь.

…Через двадцать минут, все мы наконец-то поднялись на поверхность. Был полдень. Павел прикрывался руками — даже такой свет его слепил.

Из-за серых туч выглядывало солнце. Чистый, холодный воздух наполнил легкие.

Вокруг шахты воздуховода стояли давным-давно заброшенные коровники. А вдалеке, над крышами строений я увидел какие-то здания. Разумеется, это была Москва.

У входа в один из коровников, мы обнаружили черный, заляпанный грязью внедорожник «BMW X6» — была машина профессора Штрасса. По соседству с ней был организован дежурный пост — стояла большая палатка, рядом лежали несколько ящиков и мешков. На одном из деревянных ящиков стояла массивная армейская рация. Сверху был установлен большой деревянный навес.

Горел костер. В палатке, на складном столике еще красовалась недоеденная банка тушенки, кружка с чаем и внушительный бутерброд. Наверное, кто-то постоянно находился здесь, видимо ожидая сигнала открытия гермоворот. Вряд ли профессору что-то из этого еще понадобиться.

Вдруг, ожила рация.

— Штрасс, черт побери, куда вы пропали? — сердито произнес неизвестный, сильно искаженный помехами голос. — Мы отправляем к вам группу быстрого реагирования, ждите!

— А, черт! Нужно валить отсюда и поскорее! — крикнула Катя, помогая раненому Андрею влезть в машину.

Уже находясь внутри салона, снимая изношенную обувь, я с удивлением обнаружил у себя на лодыжке едва приметный шнурок с небольшой пластиковой капсулой, в которой оказалась тщательно свернутая крохотная записка. В ней значилось:

Максим, простите меня!

Сыворотка введенная вам — это незаконченный модифицированный прототип! Он не безопасен. Решение в комплексе «Гамма-3».

Неожиданно голова закружилась, в глазах потемнело, затошнило. Из носа почему-то закапала кровь.

Я схватился руками за голову и глухо застонал…

Несколько раз внедорожник зарывался в грязь, но Кате, каким-то образом все же удавалось вытаскивать машину из самых труднопроходимых мест, выжимая из мощного дизельного движка последние лошадиные силы.

Солнце, стоящее в зените, уже успело растопить слегка подмёрзшую грязь. Перепаханные сельскохозяйственной техникой дороги оставляли желать лучшего. Коровники остались далеко позади — даже из виду пропали. Где-то там, в одной из лесных посадок находились почти не заметные руины ракетного комплекса минувшей советской эпохи. А глубоко под ними — туннели секретного военного объекта. И люди. Живые люди.

Дмитрий и Андрей, практически обессиленные, несмотря на суровую встряску, спали на заднем сиденье. У обоих наскоро были перевязаны раны ещё там, у коровников. Все мы изрядно вымотались, как физически, так и морально. Оно и понятно — почти неделю без нормального сна, приёмов пищи, да и просто без элементарного отдыха. Постоянный стресс, дикая беготня, перестрелки, туннели и бункеры, жуткие мутанты… Что ни говори, а «Астра-1», со всеми её обитателями здоровье нам подпортила, причём основательно. Еще неизвестно, сколько рентген мы прихватили с собой, посетив запасной реакторный блок, который так любезно саботировал главный инженер Шульгин.

Я — вообще отдельный разговор. Да и самочувствие — полный аут. Сухожилие, к счастью уцелело, но ушиб был основательным. Многочисленные мелкие раны, синяки и царапины были повсюду. А что за коктейль мне вколол профессор Германов в лазарете — вообще отдельная загадка. Да ещё и эта странная записка…

Сейчас голова не болела, но ощущения всё равно были паршивые. Настроение, кстати, тоже. У всех.

Катя, практически не пострадавшая при последнем крушении дрезины, и схватке с полковником, сама вызвалась за руль — ну а кому ещё вести внедорожник? Паше?

Сказать, что Павел Караваев был в шоке, значит, ничего не сказать. Он за все свои двадцать четыре года, ни разу не видел солнца. Так же, как и голубого неба. Не видел снега, птиц, деревьев. Не дышал чистым, свежим воздухом. Поверхность он представлял себе совершенно иначе. А такой вид наземного транспорта как внедорожник германского производства — вызвал у него неописуемый восторг. Ведь кроме дрезин и поездов он никогда ничего подобного не видел. Даже на картинках.