Максим Дегтярев – Предупреждение (страница 28)

— Эх, — говорил он, — мы с тобой, Долорес, сделали бы их в два счета.

— Смотрите, Долорес, — говорил я, — в чем разница между мной и вашими агентами. Я просил вашей руки, а они тащат вас на бойню.

— Я бы предпочла бойню, — отвечала Долорес, похлопывая напарника по плечу.

Эдвардс закончил перешептываться с Говардом. Он подошел к Интону, тоже похлопал его по плечу («хватит на твою жизнь еще штурмов!»), и обратился ко мне:

— Ильинский, вы хотели нам о чем-то рассказать?

— Хотел, но сразу предупреждаю. То, что вы даете мне выступить первым, никак не означает, что мне не удастся послушать остальных.

Мое предупреждение было принято во внимание. На самом деле, рассказывать мне было нечего. Я поблагодарил Эдвардса за то, что он выдернул меня с Хторга, не дав попасть в лапы сначала инспекции по безопасности полетов, а потом — полиции. Пилот Джош пришел в сознание и заявил, что хоть и не видел, кто его душил, но вряд ли это был я. На терминале Хторга я попытался разыскать техника, мечтавшего завести дом с парой белых роботов. Разыскать не удалось, и в данный момент Интерпол просматривает записи с камер слежения. Возможно, мне удастся доказать, что тот техник мне не приснился. Раймонда Джотто назначили первым вице-президентом Трансгалактического Банковского Союза. Смерть Опоссума пошла ему на пользу. Учитывая, что президенту за восемьдесят, следующая ступень в его карьере также не за горами. И вообще, мне не нравится, как он себя ведет.

— А вам и не должно это нравиться, — сказал Эвардс. — Он — первый вице-президент крупнейшего банка, вы — безработный детектив. Вы не должны любить друг друга по определению. Что с адресом, по которому передавалась запись из дома Опоссума? Кажется, вы просили Раймонда Джотто навести справки.

— О том и речь. Он написал, что выяснить принадлежность адреса ему не удалось.

— Ну и что?

— А то, что я не давал ему адрес, куда шла информация. Я дал ему идентификатор локуса детской библиотеки. Джотто даже не пытался выполнить мою просьбу.

Они с пониманием переглянулись.

— Вряд ли нам удастся вызвать его на допрос, — сказал Эдвардс, — отдайте настоящий идентификатор нашим специалистам. Долорес, что у тебя нового по Командору?

Долли продвинулась дальше меня. В доме Опоссума действительно обнаружили снимок двадцатипятилетней давности. На нем был запечатлен хозяин и пятеро его сослуживцев по ДАГАРу. Того, о ком говорила Бетси, звали Дин Олафсен. Он хорошо подходил под описание, данное Морелем. Долорес отослала снимок Морелю для подтверждения. Возможно, он снова получит доступ к связи и сможет ответить. Пока она работает исходя из предположения, что Командор и Олафсен — одно лицо.

Он и Опоссум служили вместе в разных районах Млечного Пути, на границах обитаемых зон. В конце службы Опоссум был командиром подразделения, курирующего зону Примы, Олафсен был его старшим пилотом-навигатором. Они оба уволились девятнадцать лет назад, практически в один день. Опоссум, как известно, перешел на работу в полицию. Командор Олафсен с год работал в компании, торговавшей какой-то ерундой с эолийцами, потом было какое-то темное дело с контрабандой, после которого он исчез.

— Я сейчас собираю детали, — подвела она итог, — но, кажется, ДАГАР против того, чтобы я ворошила прошлое — по крайней мере, до тех пор, пока у нас не будет доказательств, что их бывший сотрудник стал пиратом номер один в галактике.

— ДАГАР мешает расследованию? — насторожился Эдвардс.

— Формально, нам не к чему придраться. Они работают согласно установленному протоколу, который подразумевает полную секретность. То дело о контрабанде я, конечно, разрою, но подробности о его службе в ДАГАРе мне вряд ли удастся достать. Вообще, у них там весело… — и она ухмыльнулась.

— Что ты имеешь в виду?

— Как ты знаешь, я посетила их внепланетную штаб-квартиру на терминале Декрукса. У них сейчас там небольшой переполох по поводу исчезновения одного типа по имени Вилли Дорк, который был оператором у небезызвестной Сильвии Дельгадо. Этот Вилли — все зовут его по имени, фамилию я с трудом выяснила — якобы стащил ДНК эолийца, взамен подсунув Сильвии свою собственную. Теперь его бывший работодатель обвиняет Вилли в краже имущества, то есть настоящей ДНК. Телеканал задействовал тяжелую артиллерию, и ДАГАР решил разобраться…

— Постой, — перебил Эдвардс, — ДАГАР поверил, что они действительно достали подлинную эолийскую ДНК?

— В том-то и дело. Когда только появились слухи о ДНК, они взяли Вилли за шиворот и хорошо потрясли. Сильвию, в силу ее популярности, они поостереглись трогать. Вилли сумел убедить их, что они с Сильвией придумали все это, чтобы поднять рейтинг канала. ДАГАР поверил ему и отпустил с миром. Теперь, после того как телеканал начал тратить десятки тысяч на судебное преследование, ДАГАР решил, что его обвели вокруг пальца, и сам бросился разыскивать оператора. А тот как сквозь вакуум провалился. Парня ищут все: судебные приставы, полиция, частные детективы, ДАГАР, коллеги… Я решила, что теперь это модно, и тоже немного включилась…

Она одарила всех загадочной улыбкой.

— Не тяни, — дал совет Эдвардс.

— Я получила доступ к банковским счетам Вилли. Тридцатого марта ему перевели двадцать пять тысяч марок с анонимного счета, находящегося, угадайте где?

— В ТБС?

— Правильно. Восьмого апреля, сразу после публикации на сайте Сноу, он получает еще двадцать пять тысяч с того же счета. Выглядит так, будто вся операция с ДНК была спланирована не им и Сильвией, а кем-то другим. Другое лицо крайне не заинтересовано, чтобы его опознали.

— У тебя есть предположения, кто бы мог быть этим лицом?

— Кто угодно. Конкуренты с «А-1», например. Исследовательские и медицинские лаборатории, фармацевтические компании. Известно, что эолийцы достигли большого прогресса в лечении многих заболеваний. Медицина — одна из областей нашего с ними сотрудничества. Спортивный интерес, наконец, — кто они, откуда они взялись? Смущает, правда, меня один факт…

Она снова сделала паузу.

— Что именно?

— Не догадываетесь?

Я сказал:

— В прошлом году мне предлагали три миллиона за полный геном. Пятьдесят тысяч это ОЧЕНЬ мало. Вы это имели виду?

— Да, точно, — улыбнулась Долорес.

— Ну и как, продали? — спросил меня Эдвардс.

— Нет, оставил для рассады.

— А если серьезно?

— Я отказался. Не моя специальность.

— Долорес, а почему ты вообще вспомнила об этой истории? — спросил Эвардс. — Какая связь с нашим делом?

— Кроме банка ТБС, никакой. Но вот что я подумала. Сеть Интерпола гораздо обширнее, чем у ДАГАРа. И мы более скоординированы, чем местная полиция. Мы бы могли найти Вилли — не важно, есть у него ДНК или нет — и обменять его на досье Командора и Опоссума.

— А еще, — встрял Интон, — Долорес очень нравятся эолийцы. И она желает знать, как они устроены.

— Ну, они ничего… — призналась девушка, — напоминают породистых жеребцов. А женщины — кобылиц. Иногда они мне кажутся слишком гладкими. И потом, у них совсем плохо с чувством юмора.

— Да, — согласился Интон, — они как грудь с имплантами. С виду вроде ничего, но, в то же время, что-то не то… Нет, у тебя все в порядке, — добавил он, заметив, что направление его взгляда Долорес определила верно.

— А что про их состав известно? — спросил я. — Там хоть на базовом уровне все нормально? Углерод там, кислород, водород разный… за двести лет ничего не выветрилось?

Агенты посмотрели на меня как на ребенка, встрявшего в разговор взрослых.

— Ах, я старый идиот! — раздался вскрик из угла, где в ворохе бумаг закопался Гор Говард, — А вы, Федор, гений!

— Принимается, — сказал я, — кто еще на основании моих слов, которых, кстати, я уже не помню, готов признать себя идиотом, а меня гением?

— Если профессор идиот, — тихо сказал Интон, — то, как можно доверять его утверждению, что вы гений?

Говард подбежал ко мне и обнял за плечи.

–Я чувствовал, что не зря к вам обратился. Считайте, что вы отработали свой гонорар.

Это он про те жалкие пятьсот марок? Я отработал их уже раз двадцать. Во всяком случае, я так считал.

— Профессор, — сказала Долорес, — раскройте нам эту научную тайну. Почему Ильинский гений? Возможно, я приму его предложение.

— Таинственный сигнал из галактики NGC1275. Один — четыре — двенадцать, повторяющиеся много раз. Это же атомные числа водорода, гелия и углерода. Как же я сразу не догадался!

— Нет, — сказала Долорес задумчиво, — принимать предложение еще рано. Он не угадал гелий.

— Слава богу! — сказали мы с Интоном хором.

Эдвардс не дал развить тему:

— Не будем мешать профессору работать.

— А вы мне не… Ага, понял, — и Говард вернулся к своим бумагам. Но долго он там не просидел. Частыми шагами он начал мерить комнату отдыха экипажей, временно превращенную в полевой штаб Интерпола.

— Предложение Долорес звучит интересно, — сказал Эдвардс, непроизвольно следя глазами за Говардом. — Я его обдумаю. Но главное внимание мы должны сосредоточить на Командоре. Мы будем мониторить все станции, фиксирующие гравитационные волны. Как только «Спрут» вынырнет, от него пойдет специфическая гравитационная волна, и мы ее засечем… Да, профессор, его вы можете забирать спокойно. Чем дальше вы его уведете, тем лучше.

Я обернулся. Говард шел ко мне с раскрытыми объятиями. Наверное, он думал, что вырывает меня из жестоких лап полиции.