Максим Дегтярев – Предупреждение (страница 13)

— Первый голос нам неизвестен. Второй принадлежит Красноглазому. Непонятно, почему он открыл огонь. Там действительно некуда бежать.

— Какое вы имеете отношение к этой операции?

— Интон из моей команды. Мы расследуем поставки оружия преступным группировкам. В последнее время большие партии оружия были куплены по поддельным документам. Часть оружия ушло к ка-ЮТ. Скорее всего, к пиратам. За «Гефест» они получат десять — двадцать миллионов. На эти деньги снова купят оружие. И не факт, что в следующий раз моим людям повезет… И все-таки я не понимаю…

Они с Долорес переглянулись. Кажется, она разделяла его непонимание. Я сказал:

— Спросите меня, может быть, я понимаю.

— Базы бандитов находятся в поясе астероидов. Обеспечение этих баз обходится очень дорого. Денег от выкупа едва хватит на покрытие расходов. Но, тем не менее, они это делают.

— А контролировать пояс астероидов мы не можем?

— Нереально. Базы мобильны и постоянно перемещаются. Астероиды содержат металлы, и радары практически бесполезны. Есть даже подозрение, что бандиты располагают одним деформационным кораблем. Это означает, что поймать их невозможно.

— Пока не уничтожен этот корабль.

— Да, но как его найти?

— Что если отследить пути снабжения?

— Мы пытаемся, но движение в этой зоне настолько плотное, что мы физически неспособны досмотреть каждый корабль. Как только корабль входит в зону астероидов, считай, он для нас потерян. Следить за каждым, как я уже сказал, мы не в состоянии.

В его голосе чувствовалось отчаяние.

— Мне надо двигать туда, — сказал он, обращаясь к Долорес.

— А я…

— Ты по плану. Справишься?

— Не вижу проблем.

До меня дошло, о чем идет речь.

— Вы отправляете ее на Парацельс одну? Без прикрытия?

— У меня нет людей, — развел руками Эдвардс, — кроме того, это всего лишь женская клиника.

— Агентов не посылают без прикрытия. Это против правил.

— Кто бы говорил о правилах!

— Я готов составить ей компанию.

— Она справится без вас.

— Все, я догадался, в чем дело. Я у вас вроде живца. Если на меня нападут, и агент Долорес будет рядом, то пострадает и она. Вы правы, держите ваших людей от меня подальше.

— Надо к нему кого-нибудь приставить, — сказала Долорес, — сам по себе он долго не проживет. В прошлый раз его спас контрабандист. Если он упадет и расшибет себе нос, то виноватыми будем мы.

Стараясь не встречаться с нами взглядом, Эвардс взвешивал за и против.

— Конечно, было бы не плохо, если бы он был под присмотром…

Я решил избавить его от нравственных мук:

— Ваши страдания мне понятны. Не утруждайтесь. У вас свой план, у меня — свой. И мы не можем друг другу помешать.

Эвардс развел руками, как бы снимая с себя всю ответственность.

16

02.04, база «Рукав Персея-19»

По базе ходили смутные слухи, что старт «Рэма» снова откладывается. Сильвия Дельгадо обкусала все ногти на правой руке и занялась левой.

— Конечно, — бубнил оператор Вилли, — в кои веки от научного успеха зависит карьера нормального человека, а тут на тебе…

Сильвия злобно сверкнула очами. Вилли застонал:

— Не смотри на меня так, мой мозг вскипает, а сердце рвется вон…

— Так займись делом! Мне не с чем выходить в эфир.

В свободное время надо заниматься самообразованием, решила она, и засела за статьи об эолийцах.

Триста лет назад рукав Персея и участок Внешней спирали между Кассиопеей и Цефеидами были соединены Трансгалактическим Каналом, по которому перемещались переселенцы. Они основали здесь несколько колоний и назвали всю их совокупность Зоной Эола. Двести лет назад Канал закрылся и почти на два века переселенцы оказались изолированными. Как это ни удивительно, Эол выжил и, более того, в чем-то даже превзошел метрополию. После изобретения деформационных кораблей (сначала ими, потом нами) сообщение было восстановлено — правда, в минимальном объеме. Эолийцы изредка и ненадолго пускали к себе дипломатов, обращаясь с ними, как с инфицированными. Торговые контакты были незначительными, туристов не пускали вовсе. Язык эолийцев представлял собой малоузнаваемую смесь того, на чем говорили наши предки в позапозапрошлом веке.

Кроме Д-кораблей, потомки переселенцев опередили нас по многим другим параметрам. Они жили втрое дольше, мало болели, не экономили воду и свет и не страдали депрессией. Их технологический прорыв — сам по себе загадка, но больше всего нас заботило их долголетие. Земные ученые считали, что генетическое сравнение могло бы подсказать, в чем подвох, но эолийцы упорно отказывались предъявить свой геном.

Вот бы его добыть, подумала Сильвия. Не скрестились ли они там с кем-нибудь?

Пара эолийцев обитала в своем космическом корабле, пристыкованном к базе. Понадобилось несколько лет тяжелых переговоров, чтобы согласовать конструкции стыковочных узлов. В тоннеле, ведущем к узлу, была устроена баррикада из пустых контейнеров, проход в которой стерегли два рослых типа в бронекостюмах. По эту сторону баррикады постоянно дежурили несколько журналистов. На ту сторону пускали только эолийцев. Через иллюминаторы был виден корабль телеканала «А-1». Он регулярно совершал облеты вокруг гостя в надежде что-нибудь подсмотреть в окно.

— Кинуть бы в него камнем, — вслух размышляла Сильвия, наблюдая, как удаляется к себе на корабль симпатичный блондин-эолиец, — кровь накапает, вот тебе и ДНК.

— Уже пытались, — сказал Вилли, — они сразу залили кровь какой-то кислотой, которая мгновенно разложила ДНК на отдельные атомы. Кидавшему кирпич недоумку дали десять лет без права досрочного.

— Интересно, куда они девают отходы с корабля.

— А из чего, по-твоему, здесь делают запеканку, которой ты сегодня завтракала?

— Заткнись!

— Как скажешь.

Сильвия несколько раз пыталась взять у гостей интервью. Кареглазый вообще ничего не отвечал, сероглазый блондин по имени Аграбхор отделывался вежливыми, дипломатичными фразами.

— А тебе кто больше нравится, темный или светлый? — подначивал Вилли.

— Ты же знаешь, — отвечала Сильвия, нежно кладя руку ему на плечо, — мне нравятся маленькие, толстенькие, лысые земляне средних лет с хитрыми черными глазами.

— Не верю, моя прелесть…

Рука Сильвии мгновенно ускользала.

— Чесоточный порошок!

— Что? — не понял Вилли.

— Чесоточный порошок. Шутка такая, понимаешь? Он абсолютно безвреден, просто кожа несколько минут сильно чешется. Если посыпать порошок им на голову, они будут ее чесать, волосы выпадут, а в луковицах волос есть ДНК.

— Все твои планы какие-то членовредительские. Кроме того, где мы здесь достанем порошок?

— Предложи другой план, умник.

— Другой? Пожалуйста! Природа миллиарды лет назад придумала способ, которым женщина берет ДНК у мужчин. К обоюдному удовольствию, между прочим.

Сильвии очень хотелось выглядеть возмущенной, но она была плохой актрисой. И воображение уже не раз рисовало ей сцену, в которой светлоглазый эолиец признается ей в любви, подхватывает на руки и несет в каюту, в которой они проводят незабываемую ночь.

Теперь или никогда!

Сероглазый в единственном числе вышел из галереи, ведущей к центральному посту базы. Конкурентов из «А-1» поблизости не было, Вилли тоже. Сильвия, одетая в весьма облегающий комбинезон, преградила ему дорогу.

— У меня всего один вопрос, — сказала она с мольбой в голосе, — всего один, но умоляю вас ответить честно.

— Мы никогда не лжем.