Максим Чацкий – Сашенька (страница 10)
– Не знаю.
– Хорошее направление, – сказал тот и кивнул на дорогу. – Там меньше людей.
Максим усмехнулся.
– Вы не боитесь одиночества?
– Я боюсь суеты, – ответил мужчина. – Одиночество не врёт.
Они молчали. Потом мужчина ушёл, будто выполнил своё дело.
Максим остался сидеть.
К вечеру он добрался до дешёвого хостела. Комната была общей, пахло стиральным порошком и усталостью. Он лёг на верхнюю койку и долго смотрел в потолок.
Телефон включился сам – батарея дошла до минимума.
Сообщение от отца:
– Ты всегда выбираешь самый сложный путь.
Максим набрал ответ, стёр.
Набрал снова:
– Я выбираю свой.
Отправил. И выключил телефон окончательно.
Ночью он почти не спал. Утром вышел рано, не попрощавшись ни с кем. За городом был рынок. Люди продавали овощи, инструменты, старые вещи. Один мужчина искал помощника – разгружать мешки с картошкой.
– Плачу немного, – сказал он.
– Мне хватит, – ответил Максим.
Работа была тяжёлая и простая. Спина ныла, руки болели, мысли исчезали. Впервые за долгое время он не думал, кем должен быть.
К обеду мужчина протянул ему деньги и бутылку воды.
– Останешься ещё?
Максим посмотрел на поле за рынком.
– Можно.
Вечером он сидел на земле и ел хлеб. Небо было низким, спокойным.
В голове всплыла фраза Златы – не сказанная, но будто заранее существующая:
«Ты слишком долго жил так, будто тебя кто-то должен выбрать.»
Максим выдохнул.
Никто не должен.
Он поднялся, отряхнул руки и пошёл обратно к складу – не за музыкой, не за прошлым. Просто потому что там было тихо.
И в этой тишине впервые не хотелось ни оправдываться, ни возвращаться.
Глава 19. Злата.
Максим не мог сидеть спокойно, он решил пойти на прогулку к заброшенному двору на окраине пригородного района. Редкие дома, полуразрушенные гаражи, старые деревья – всё казалось знакомым, будто это место хранило тишину прошлого.
На лавке у одного из гаражей сидела она. Злата. Золотистые распущенные волосы спадали на плечи, слегка развеваясь на ветру. В руках был стакан с кофе, взгляд ровный, спокойный, не удивлённый, не обиженный.
– Долго искал дорогу к себе, а нашёл только этот двор, – сказала она, когда он подошёл.
– Привет, Злата, – сказал Максим.
– Привет. – Она кивнула и сделала глоток из стакана. – Смотрю, ты всё ещё пытаешься понять кто ты.
Он сел рядом. Молчание висело между ними, наполненное невысказанным.
– Я видел Сашу, – сказал он наконец.
– И что? – сухо спросила Злата.
– Она… не хотела меня слушать.
– А ты хотел, чтобы она тебя спасла?
– Я хотел, чтобы она поняла.
Злата повернулась к нему полностью.
– Макс, люди не обязаны понимать того, кто сам ушёл первым.
Он напрягся:
– Я не уходил.
– Ты перестал быть рядом задолго до расставания.
– До сих пор думаю, что Саша – это моя цель, – тихо сказал он.
– Нет. Она была твоей остановкой, не домом.
Он промолчал. Она продолжила:
– Ты пустой, потому что никогда не жил для себя. Ты жил в ком-то.
– Звучит красиво, – пробормотал он.
– Красивое тут ни при чём. Правда больно бьёт сама по себе, – сказала Злата, улыбнувшись тихо.
Она встала, посмотрела вдаль и вернулась к нему.
– Если уйдёшь – не оглядывайся.
– А если останусь? – спросил он тихо.
– Тогда перестань врать самому себе.
Ветер шевелил её золотистые волосы, листья на деревьях слегка шуршали.
– Ты всегда говорила прямо, – сказал он.
– И всегда была непопулярна из-за этого, – ответила она спокойно. – Но честность – это единственное, что не обманет.
Максим молча посмотрел вдаль. За его спиной – город, где всё слишком быстро меняется; впереди – дорога к полям, где нет ни прошлого, ни обязательств.
Он понял наконец: возвращение невозможно. Саша была не тем, что ему нужно.
Глава 20. Зеркало.
Максим сидел на старой лавке, откинувшись назад, но взгляд его всё время скользил на Злату. Она стояла чуть поодаль, руки в карманах. Она наблюдала за ним спокойно, но с той остротой, которую невозможно игнорировать.
– Ты всегда думаешь, что видишь мир правильно, – сказала она тихо, почти шёпотом, – но на самом деле ты смотришь через свои страхи.