За пару месяцев до описанного выше похода, был наш герой в числе прочих воинов в долгом дозоре, обходя родные границы. И по возвращении домой, он решил отстать от отряда и просто отдохнуть. Он уже тогда был в большом почете и старший, что вел отряд, не стал чинить препятствий такой «самоволке», тем более, что отряд уже шел к дому и задачи свои выполнил.
Была у Ратибора все таки одна-единственная слабость, любил он иногда побыть один. Ему казалось, что только так он может восстановить свои силы полностью.
Как правило он уходил подальше от людей и несколько дней был один на один с дикой природой. Ночью он смотрел в огонь и казалось ему, что сила огня заходит в него, наполняя помыслы его отвагой и бесстрашием. А днем, он мог часами стоять в речушке, зайдя в нее до колен и чувствовать, что вода словно заполняет всего его своей гибкостью и указывает на нужный путь.
Вот и в этот раз, попрощавшись с друзьями, он повернул коня вправо от наезженного тракта и памятуя, что где то здесь должна быть небольшая, лесная речушка, направился к ней.
По обыкновению своему, он стоял по колено в воде, запрокинув голову вверх и расправив могучие руки в стороны. Сила воды, ветра и солнца сливались в нем воедино и не заметил он, что из прибрежных кустов за ним кто то потихоньку наблюдает.
Лишь когда солнце скрылось за небольшим облаком, он ощутил на лице прохладу и услышал скрип веток на берегу. Одним мощным движением, словно спущенная пружина он оказался на берегу, молниеносно выхватывая лук и стрелу из пристяжного кармана седла.
Цель он умел искать не целясь, лет с восьми. И он почти спустил тетиву, как вдруг услышал из кустов, куда он направил оружие, громкий писк.
Он тут же ослабил натяжение лука и громко, но без какой либо угрозы крикнул: «А ну выходи! Кто там в кустах шуршит?»
Из прибрежных зарослей, на полянку тут же выпрыгнула девица. По глазам ее было видно, что она ни сколько не боится, скорее даже наоборот, с некой хитринкой и вызовом был ее взгляд.
«Какой ты ловкий! Поди и белке в глаз попадешь?» – игриво спросила незнакомка и совсем непринужденно стала отряхивать подол длинного сарафана. Тугая, толще руки коса ее при этом доставала до ее колен. Ловко вплетенная в прическу лента, украшавшая лоб девицы, указывала на то, что принадлежит она к племени Медвежьего раздола.
Впервые в своей жизни, Ратибор забыл, что он тут делает, куда идет и вообще обо всем. Его сейчас занимали только ее глаза – то ли серые, то ли карие…
Так бы он и стоял, как истукан если бы опуская оружие, не уколол себя стрелой в колено. От неожиданности он резко и неловко согнулся и стал чесать уколотое место.
Неловким своим движением он рассмешил девицу и смеялась она долго и заливисто, отчего витязь еще больше терял контроль над происходящим.
«Как же зовут тебя витязь?» – перестав смеяться, но тем не менее с хитринкой спросила девица.
Наш герой словно и правда не мог вспомнить, как его имя и даже переложил лук и стрелу в правую руку, а левой почесал затылок, чем вновь сильно рассмешил девицу.
«Ратибор я, сын Воика!» – наконец вспомнил витязь и почему то густо покраснел.
Девица вновь перестала хохотать и двумя руками, словно напоказ поправила несуществующие складки на своем красивом, расшитом необычными, круглыми узорами, похожими на распустившиеся цветы сарафане, приподняла подбородок и представилась: «Желана, дочь Боброка!»
Ратибор же сделав над собой неимоверное усилие, наконец отвел взгляд от ее не то карих, не то серых глаз и хотел было, что то сказать, но слова вновь покинули его голову и теперь он стоял и молча смотрел на траву, которая касалась подола ее сарафана.
«Скажи Ратибор, сын Воика, что привело тебя в наши края?» – уже более серьезно поинтересовалась Желана.
«Так я часто тут бываю… Эээ, красиво тут…» – все, что смог рассказать Ратибор.
Желана улыбалась и смотрела на витязя, он нравился ей. Ратибор же, как раз наоборот, не мог насмелиться и посмотреть на собеседницу.
Неловкую паузу вновь прервала Желана: «Скоро новолуние, я буду здесь в эту ночь. Приходи и ты, коль не заробеешь…»
Когда, казалась через миг Ратибор поднял глаза, Желаны уже не было. Как она так сумела исчезнуть, Ратибор не мог объяснить. На всякий случай он даже заглянул в кусты из которых она так ловко выпрыгнула, но ее не было и там.
В голове эхом пульсировали ее слова про новолуние и он конечно знал, что обязательно будет здесь. Да он бы и не уходил вовсе, если бы не служба. Так и просидел он на полянке у реки до утра, в душе надеясь увидеть ее вновь…
В назначенную ночь он был там. Желана была не одна, с ней было много подруг и сестер из ее племени, но Ратибор словно и не замечал никого кроме нее. Она стала его смыслом жизни…
С тех пор виделись они все чаще, но пришло время идти в большой поход. Ратибор прекрасно понимал, что многие, в том числе и он может не вернуться. Он честно поделился этим с Желаной.
В ответ же он услышал буквально следующее: «Не кручинься витязь, вернешься ты увенчанный славой и почетом. Но помимо славы, привезешь ты и большую печаль, для себя и для меня…». С теми словами Желана вновь показала свою уникальную возможность исчезать, словно растворяясь в воздухе.
Ратибор же понял ее так – главное вернуться живым, а с печалями уж как ни будь разберемся…
И был поход и была великая битва и, как я уже говорил – покрыл тогда себя Ратибор великой славой. И получил он от князя помимо даров богатых еще одну награду – племянницу князя в невесты.
Прежде чем осуждать нашего героя, напоминаю, что жил он в те времена, когда слово отцовское было не пустым звуком, хотя с другой стороны, что может значить какое то слово по сравнению с любовью…
День пира в честь славного воина Ратибора и его молодой жены уже был назначен и все были довольны, кроме самого жениха. Он выбрал время и примчался на то место у речушки, которое стало для него главным в жизни. Но картина открывшаяся ему, словно острым ножом полоснула по его страдающему сердцу.
Полянка, где они встречались с Желаной выгорела до тла. Причина того пожара была очевидна – раскидистая ветла, что росла чуть поодаль от берега была расколота молнией пополам.
И долго ждал Ратибор возлюбленную, дабы сообщить ей страшную весть о своей женитьбе, но она не приходила. Так и провел он на пепелище три дня и три ночи и уже было собрался уезжать с надорванным сердцем, как услышал ее шаги.
Она шла не как обычно, поступь ее не была более воздушной, а скорее напоминала шаги огромной медведицы, что шла не разбирая дороги.
Ратибор увидев ее, вскочил и побежал на встречу. Но не позволила Желана себя обнять, словно на невидимый барьер налетел удрученный горем витязь.
Он смотрел ей в глаза и, как всегда пытался понять – карие они или серые. И липкий пот охватил его спину, не было в том взгляде теплоты и радости, как прежде. Ратибор открыл было рот, но не успел вымолвить ни слова.
Желана опередила его: «Что витязь, не убежал ты от славы? Так послушай мое слово – ждет тебя испытание, что под силу лишь тем кто истинную любовь познал! Пройдешь его, может и изменится твоя судьба в этом мире, а не одолеешь сам себя то быть тебе потерянному на веки вечные в местах, что и словом описать сложно! Раз так важна для тебя слава, то вот тебе шанс стать Избранным! Путь ждет тебя витязь, иди и ничему не удивляйся!»
Очнулся Ратибор стоя один посреди обгорелой, некогда милой сердцу поляны, Желана по своему обыкновению исчезла. Сердце его рвалось из груди и он стал, как безумный бегать по берегу и звать любимую по имени.
И не заметил он, как свалился в речушку и в том месте где было ему до колена, откуда ни возьмись появился страшной глубины омут.
Собрав все свои богатырские силы, следуя древнему закону спасения из водоворота, Ратибор постарался быстрее достигнуть дна и оттолкнулся в сторону. Легкие горели и разрывались от перегоревшего кислорода, но у него все же хватило выдержки не вдохнуть воды.
Собрав последние силы, мощным движением рук он вытолкнул свое облаченное в полный доспех тело на поверхность и не открывая глаз наконец стал дышать.
А вот когда он открыл глаза, то первая мысль, что пронеслась в его голове была такой: «Вот, что значит любить ведьму!»
И мысль эта была вполне оправданной – ведь падал то наш герой в неглубокую, лесную речушку, а вынырнул в вонючем, вязком и уже на первый взгляд нескончаемом болоте…
Недоразумение
После того, как Шатун удалился догонять избранного, Стибай решил таки прислушаться к совету старого товарища. Обойдя несколько раз вокруг своих несказанно запущенных владений, он мысленно согласился с гостем – надо приводить свои «хоромы» в порядок.
Начать он решил с кустов, что густо охватили все окрестности. Стибай выдернул несколько небольших кустиков и понял, что так он будет вкалывать очень-очень долго и решил привлечь на выручку свои таланты и способности.
Если бы мы с вами, уважаемый читатель могли присутствовать при этом, то увидели бы буквально следующее: древний, некогда высокий старик одетый в серый, бесформенный балахон, вышел на середину поляны рядом с завалившейся избушкой. Разведя руки в стороны, он вдруг словно сбросил с себя тяжесть веков, спина его распрямилась и длинная нечесаная борода стала казаться не такой уж и седой. И вдруг старик этот стал кружиться вокруг собственной оси, нарушая при этом все привычные нам законы физики.
