Максим Балтин – Когда вспыхнула искра (страница 2)

Вдруг, как светлый призрак, бабочка села на нос Виза, и он, почувствовав легкое прикосновение, открыл глаза. Яркий свет ослепил его на мгновение, и он снова сощурил их, пропуская сквозь ресницы теплое сияние. В этом неясном свете перед ним открылась картина: маленькие глаза бабочки и ее усики, которые деликатно обнюхивали его, словно пытаясь понять тайны и мысли юного человека.

– Нет!

Резкий крик Дорвана заставил вскочить Виза с кровати и помчаться на верх. Когда он влетел в комнату то обнаружил, Дорвана стоящего на коленях, который сжимал в дрожащих руках осколок спирали. Его лицо было удрученно, глаза были наполнены как страхом, так и злостью

– Нет. Кто—то попытался взять миры.

– Их украли?

– Нет, отсюда их взять нельзя. Прикоснувшись к ним, они тут же перемещаются в разные концы миров—оригиналов.

– Так значит, их просто надо взять и вернуть.

– Не все так просто. Их кто—то ищет. – По лицу было видно, что Дорван догадывался кто, но не хотел говорить. – Да и я уже не молод, чтобы снова путешествовать. И тебя я не отправлю. Надо написать в совет, и пусть будет, что будет.

– Дорван, я давно хотел путешествовать, – Виз увидел маленький проблеск надежды, что это может стать его первым приключением – дай мне шанс.

– Ты еще молод, Виз это очень опасно. Я не могу пойти на такой шаг.

Дорван был строг и явно не хотел продолжать этот разговор. Он уже направился в сторону стола, чтобы писать письмо, как Виз схватил его за руку и аккуратно дернул.

– Дорван, я уже не маленький. Ты меня многому научил. Ты всегда говорил, что, если сердце горит желанием его ничто не остановит.

– Возможно, ты и прав. Только это не так весело, как ты думаешь. Запомни все, что я скажу. – Дорван взял руки Виза и медленно продолжил. – Модели миров вместе могут создать ключ для входа в потерянный мир, и нельзя, чтобы они достались кому—либо. Вокруг нашей консерватории стоят порталы в миры. Всего их триста шестьдесят. Но найди хотя бы восемь моделей миров и остальные сами вернутся на место. Иди, собирайся.

Дорван отпустил руки Виза и тот сразу же помчался за вещами. Виз был воодушевлен. «Приключения, это будет весело. Я наконец—то увижу миры, о которых мне так много рассказывал Дорван. Главное опередить врага. Кто он? Наверно какой—нибудь профессиональный убийца, Дорван как—то упоминал о таких. Я его не подведу». Всё, думая про себя, Виз собрал в сумку сухарей, которые они частенько сушили с Дорваном, и взял походный спальник, натянув плащ, он подошел к Дорвану.

– Я готов! – Улыбка расходилась по лицу Виза.

– И еще, – Дорван протянул короткий меч Визу, лезвие которого извивал выгравированный плющ с цветком лилии. Рукоять была сделана в виде сплетения того же плюща и внизу был вставлен камень, который напоминал вороний глаз. – это Хедера, его мне подарил один лесной дух, а я даю его тебе. Не хотелось бы, чтобы он тебе пригодился, но с чем черт не шутит. Используй его только для защиты.

– Спасибо Дорван, я даю тебе слово, что не трону ни одну душу, служащую…

– Ну, ну. Не будем тратить время на разные клятвы. Парень, береги себя. А теперь пошли.

Они пошли к вратам. Дорога их лежала через сад, который был полон всевозможных цветов. Виз предполагал, что они были собраны с разных уголков миров, так же в нем бегали мелкие зверьки, которые все вышли провожать своего маленького кормильца. Дорога вывела их к мосту, и они остановились.

– Знаешь Дорван, я никогда не заходил на ту часть за мостом, – Смятение накрыло Виза – мне страшно.

Дорван прижал Виза к себе.

– Не бойся ничего нового. И не цепляйся за старое, как за мамину юбку. Жизнь идет. Ты молод. Найди наши миры, – слеза вышла из темных глаз Дорвана – я буду ждать тебя сынок. – Дорван склонился в Визу и приобнял, его слова стали медленнее. – Ты ведь давно мне как сын. Ты обязан вернуться, – он отодвинулся и посмотрел в глаза Виза – главное будь чист сердцем, только оно никогда не лжет. Следуй ему. И первый мир, в который ты отправишься, ты должен выбрать сам. А дальше миры сами тебя направят.

– Пока, Дорван.

Виз взошел на мост, сделанный из чистого хрусталя, который сиял в лучах солнца, как драгоценный камень. Перила моста, искусно переплетенные шеями лебедей, излучали грацию и изящество, словно сами птицы устремились в небеса, а не оставались здесь, охраняя эту магическую тропу. Под ногами Виза потрескивал хрусталь, отражая свет и создавая многогранные искры. И прозрачная вода омывала его, делая еще чище и ярче. Каждый шаг Виза пробуждал в нем ощущение очищения, будто он оставлял позади старый мир, входя в новый, полный тайн и возможностей. Он чувствовал, как невидимые нити связи растягиваются и рвутся позади него, давая начало чему—то новому и неизведанному.

А Дорван стоял и смотрел ему вслед, его сердце наполнилось смешанными эмоциями. Он вспомнил, как когда—то, будучи таким же молодым, увидел свечение в портале. Он не мог покинуть свой пост, охрана была его долгом, но невыносимое чувство тяги к свету, манящее и притягательное, не давало ему покоя. Его ноги, словно овладевшие собственным разумом, понесли его к мосту, и он перебежал его, чтобы оказаться у врат, сделанных из камня, покрытого жирным льдом. Легкий свет проникал сквозь щели, словно звезды пытались пробиться сквозь завесу ночи.

Но как только он пересек эту грань между мирами, чувство тревоги нахлынуло на Дорвана, заставляя его замереть на мгновение. Затем он без колебаний прыгнул в портал и оказался в горах, где странный мир открылся перед ним. Шел сильный дождь, пронизывающий до костей и превращающий одежду в тряпье, которое прилипало к телу.

Перед ним на земле лежал обглоданный труп женщины, словно злая судьба оставила здесь свой жестокий след. Он осмотрел его; жизнь, когда—то полная надежды, была стерта с лица земли, и черты уже не поддавались распознаванию. Чуть выше он заметил пещеру, притягивающую его, как свет маяка, и, не задумываясь, побежал туда. Внутри пещеры его взгляд упал на маленького замотанного в тряпки ребенка. Тот не мог плакать, воды давно не осталось в его теле. Его глаза были полны страха и беспомощности, а тени, блуждающие по стенам пещеры, казались зловещими существами, усиливающими страх маленького сердца. Кромешная тьма, как огромная утроба, пыталась поглотить его, оставляя его совершенно одиноким и голодным в этом ужасном месте.

Дорван почувствовал, как его сердце разрывается при виде этого беззащитного создания. Он осторожно, но решительно поднял ребенка на руки, как если бы сам мир предстал перед ним в этом крохотном комочке страха и надежды. Затем, немедля ни секунды, он вернулся к порталу, стремясь вырваться из этой агонии, давая новую жизнь маленькому крохе.

Он знал, что правильно сделал тогда, послушав свое сердце и оставил миры без защиты. Ребенок, которого он спас, теперь должен спасти все миры. Он смотрел ему вслед пока силуэт не расплылся, и последняя слеза не омыла морщинистую кожу старика.

Глава первая

Последняя ступень. Виз, ощутив лёгкое волнение в груди, сошел с моста, ступая по тропе, которая словно манила его вперед, уводя в неизведанное. Каждый шаг становился все более уверенным, и вскоре он достиг удивительного места – перед ним открылись врата, величественно стоящие у самой границы мира. Они уходили в обе стороны и окружали весь мир. Их ослепительная красота была непередаваемой – каждый сантиметр казался пропитанным тщательно охраняемыми тайнами. Ниже, под ними, текла вода, изумрудного цвета, нежно колебалась на свету и спадала вниз, за край мира. Что пряталось там, за гранью, знал лишь ветер, шептавший свои секреты вечности. Каждый портал имел свой материал. Одни ворота, самые древние из всех, были сделаны из тяжелого, грубого камня, покрытого мхом и трещинами, как будто сами стены хранили воспоминания о временах, когда время еще не знали. Другие же были сотканы из древесины, сияющей как золото, игрой света и тени, которая создавала эффект постоянного движения, будто ворота готовы были распахнуться в любое мгновение. Некоторые из них пылали, будто сами недра земли стремились вырваться наружу, их форма напоминала бушующий поток магмы, готовую к взрыву. Каждый такой проход был пронумерован, неподвижные цифры, выбитые на поверхности, словно пытались сообщить о своем предназначении. Перед Визом стоял сто восьмидесятый номер.

«Значит, выбирать сердцем. Но как? И как можно это понять? Сердце вроде особо ничего не говорит».

Все это время Виз не спеша шел вдоль врат, словно блуждая в мире своих мыслей. Он даже начал считать их, углубляясь в размышления о том, что каждое из них хранит за собой. Девять. Быстрые шаги привели его к десятому проходу, и он остановился, удивленный, словно охваченный магией момента.

Перед ним стояли ворота из стекла, будто расплавленного из золотого песка, сверкающего, как утренние капли росы. Их поверхность играла на солнце, отражая свет и создавая причудливые узоры. В этом золотистом зеркале Виз увидел свое лицо – взгляд задумчивый, полон вопросов, но что—то в нем показалось совсем не своим, словно он стал наблюдателем в чужом мире. Лицо улыбалось отраженью, а его тени казались смеющимися.

«Может и сюда», – пронеслось у него в голове, и это мысли словно придавали ему смелости. Эти врата чем—то завораживали его. Он не знал, что именно в них так притягивало, но сердце, вырывающееся из груди, шептало ему, что это начало чего—то великого, чего—то, что он не мог даже представить. Все преграды, страхи и сомнения растворялись в этом ослепительном свете.