Максим Анкудович – Ржавое поле (страница 35)

За окном мела метель. Снег, вперемешку со льдом, стучал об оконное стекло. Короткий зимний день уже закончился и на деревню опустились сумерки. С утра, по радио, обещали морозы, Полина Николаевна сильно натопила печь, но прогноз не оправдался, и в комнате было душно.

– Я упарилась! – вздохнула Вика, она оттянула воротник футболки и подула себе на грудь. – Вся мокрая. Отвернись, я сменю футболку.

Владимир послушно отвернулся. На столе стояло маленькое, круглое зеркальце, и он видел, в его отражении, как Вика встала перед открытым шкафом и, взявшись пальцами за край футболки быстрым движением стянула ее через голову. Владимир смотрел на ее тощую, бледную спину, с родинками на лопатках. Он почувствовал, как сердце его забилось чаще, дыхание стало тяжелым и шумным. Он никогда не думал о Вике, как о девушке, до этого момента, ему стало стыдно от своих мыслей. Владимир заставил себя отвести глаза от зеркала.

– Ну что? Получилось? – спросила Вика снова подойдя к нему. – Ты опять знак не поменял! – с нескрываемым раздражением в голосе сказал она. – Ты меня совсем не слушаешь что ли?

В ту ночь Владимир долго не мог заснуть, представляя подругу, с голым торсом, стоящую к нему спиной. Он без конца думал о том, чтобы он увидел, повернись она тогда к нему.

Неделю спустя, в доме культуры проводили вечер танцев, приуроченный к приближающемуся новому году. Всех учащихся старших классов обязали присутствовать, потому что перед началом вечера должен был выступить председатель колхоза с посланием для молодежи. Актовый зал дома культуры украсили бумажными гирляндами, которые третьеклашки вырезали на уроках труда из цветного картона. В центре зала установили высокую елку, усыпанную самодельными снежинками и стеклянными шарами.

Владимир любил бывать на подобных мероприятиях. После истории с воздушным змеем и курицей, дети стали бояться его, как и обещала старуха. Поначалу это смущало мальчика, он переживал, что любое его резкое движение или неосторожный взгляд, заставляло вздрагивать ребят с которыми он хотел подружиться. Но довольно быстро он научился получать от этого удовольствие. Стал увереннее и нахальнее. Позволял себе говорить и делать то, на что раньше никогда бы не решился. Дети начали ровняться на него. Они объясняли себе случившиеся с ним перемены тем, что разглядели в нем внутреннюю силу, о которой не догадывались прежде. Воспользовавшись своим влиянием, Владимир превратил Семена в изгоя, с которым никто не хотел дружить, и даже сидеть за одной партой. Некогда популярный парень, сын высокопоставленного отца, стал затюканным зажатым ребенком, который все время сидел дома и редко выходил на улицу.

Магия старухи не распространилась на Вику. Она не изменила своего отношения к Владимиру, и осталась единственным человеком в его окружении, который мог открыто не соглашаться с ним. Единственным человеком, чье мнение имело для него значение. Их дружба сильно мешала девушке. Она вошла в тот возраст, когда ей хотелось внимания от мальчиков, принимать их ухаживания, выслушивать признания в любви и симпатии. Но страх перед Владимиром, ее самым близким другом, отбивал охоту у всех потенциальных ухажеров. А их было не мало. В свои пятнадцать лет Вика превратилась в красивую, улыбчивую девушку, о которой мечтали все деревенские мальчишки.

Отслушав со скучающим видом обязательную программу, помимо председателя выступил хор, исполнивший пару новогодних песен и один гимн, посвященный неизбежной победе коммунизма, ребята расселись на скамейках, расставленных вдоль стен. Все ждали, когда приглушат свет и включат музыку.

Всю неделю Владимир думал о том, как пригласит Вику на танец. Девушка стояла с подружками у стены напротив него, в модном, черном платье-свитере с большим розовым цветком на груди и широким поясом из кожзаменителя, подчеркивающим тонкую талию. Вокруг Владимира собрались его подпевалы, пытаясь привлечь его внимание веселыми историями и остротами. За их спинами, с испуганным видом, стояла девочка, учащаяся на год младше. В скромном ситцевом платье в горошек, с большими пластиковыми кольцами сережек в ушах, она выглядела немного нелепо. Протиснувшись сквозь парней, она обратилась к Владимиру:

– Привет, Вова. Хочешь, потанцевать? – неуверенно спросила она, нервно перебирая в руках поясок платья.

– Привет, Марин. Спасибо, но я не танцую. – ответил Владимир.

Расстроенная девушка быстро пошла через зал, под крики и смех окружавших Владимира парней.

Вика, заметив это, с недовольным видом подошла к ним.

– Это, что такое было? – строго спросила она твердым взглядом смотря Владимиру прямо в глаза. – Зачем издеваетесь над Маринкой?

– Мы не издеваемся! – возразил Владимир. – Она позвала меня на танец, я отказал. И все.

– Мог бы и потанцевать! – рассердилась Вика. – Не видел, что ли, как ей страшно тебя приглашать!

– Не мог! Почему я должен танцевать с той, с кем не хочу?

– Сложно что ли?

– Сложно! – выкрикнул Владимир, и смущенно добавил: – Может, я тебя хотел пригласить. Уже собирался подойти.

– А с чего ты решил, что я соглашусь?! – вызывающе спросила Вика.

Подпевалы Владимира в ужасе замерли. Подверженные магии старухи, они не могли представить, как кто-то может отказать их лидеру.

– Не согласишься? – спросил Владимир.

– Нет!

Парни громко зашептались между собой. Владимир сморщился, и взяв Вику под руку отвел ее в сторону.

– Ну зачем ты, у всех на глазах? – примиряюще начал он.

– А мне какое дело, где тебе отказывать?

– Вика, я думал мы друзья?

– Друзья. Но не больше. – отрезала Вика. Девушка развернулась и пошла назад к подругам.

– Бабы! – сказал кто-то из парней, когда Владимир вернулся к ним.

– А если, она с тобой танцевать не будет, можно мне ее позвать? – спросил Санек, высокий симпатичный парень, который давно заглядывался на Вику.

Владимир посмотрел на него из-под своих густых бровей. Он ожидал, что одного этого взгляда будет достаточно, чтобы Санек, понял, какую глупость спросил. Но тот выдержал его взгляд, и повторил вопрос.

– Нет, нельзя! – громко сказал ему Владимир.

– А почему? Мы же все видели, что она тебя отшила, дай другим счастье попытать.

Владимир опешил. Он отвык, от того, что кто-то спорит с ним. Кто-то кроме Вики.

– Я сказал, нельзя!

– Да и ладно! Мне твое разрешение не нужно!

Санек направился в сторону девчонок. Владимир вместе с остальными парнями смотрел, как Санек подошел к Вике и протянул ей руку. Когда девушка, бросив взгляд в их сторону, вложила свою ладонь в руку Саньку, Владимир почувствовал, как гнев закипает глубоко у него в груди. Он стоял, прожигая взглядом танцующих подростков, думая, что ему с этим делать. Песня закончилась, Санек обменялся с Викой парой фраз и, с грустным видом вернулся к парням.

– Сказала, что ей другой нравится. – пробубнил он.

– А кто, не сказала? – насели на него парни.

– Я тогда, следующий попробую! – кричал один.

– Нет, я первый сказал! – спорил другой.

– Вы что, охренели все?! – взревел Владимир, – Я же сказал, не лезть к ней! Она моя!

– Ну да, ну да. – отмахнулись от него ребята.

«Они больше не боятся меня?» – подумал Владимир в растерянности. Он выбежал на улицу, схватив по пути свое пальто, висящее на вешалке у выхода.

К дому старухи вела узкая, кривая тропа, вытоптанная среди сугробов. Владимир так торопился, что пару раз оступался, по колено проваливаясь в рыхлый снег. Попавший в ботинки снег таял, носки промокли, ноги начинали мерзнуть.

Громко, постучав в дверь, Владимир сделал шаг назад, ожидая, когда старуха откроет ему. Дверь приоткрылась, в образовавшуюся щель высунулась морщинистая голова старухи.

– Давно не виделись, юноша. – сказала ведьма. – Какими судьбами?

– Ты обещала, что меня всегда будут бояться! – прокричал ей Владимир.

– Входи. – старуха ушла в глубь дома, оставив дверь открытой.

Владимир вошел внутрь, в темном коридоре он увидел закрытую деревянную дверь, без ручки, напротив, через пустой проем, было видно старуху, садящуюся за столом на кухне.

– Проходи. – сказала она, указав на пустой стул.

– Ты обещала, что меня всегда будут бояться! – повторил Владимир, садясь напротив ведьмы.

– Дети. Всегда будут бояться дети. Но твои друзья, уже не дети. Их страх не купишь, одной тощей курицей. – ухмыляясь говорила старуха. – Страх взрослого человека стоит намного дороже, чем ты можешь заплатить. Пока что.

– Что нужно сделать? – настойчиво спросил Владимир.

– Оставь. Тебе это не нужно. Ты пришел ко мне, не потому что вчерашние мальчишки перестали дрожать при виде тебя. Говори, что тебя привело ко мне на самом деле?

Владимир надолго замолчал, пытаясь разобраться в своих чувствах. Старуха была права. Утерянная власть над сверстниками не то, что волновало его сейчас. Страх, что Вика выберет кого-то другого, вот что заставило Владимира вновь прийти в страшный дом.

– Понятно. Любовь, значит. – протянула ведьма, когда Владимир поделился с ней своими мыслями.

– Что мне сделать, чтобы Вика была со мной? – спросил Владимир.

– Убить. – коротко ответила старуха.

– Кого? Еще одну курицу? – с надеждой в голосе спросил подросток.

Старуха рассмеялась.

– Нет, юноша. Если хочешь любви, придется убить того, кто тебя любит. Есть кто на примете? – ведьма, криво улыбаясь, игриво подмигнула ему.