Максим Анкудович – Ржавое поле (страница 11)

– Олег, можешь рассказать мне что-нибудь? – попросил Мирон, когда они проходили мимо старой деревянной церкви. – Отвлеки меня, а то я с ума сойду, от нервов.

– Так. – задумался Олег. – Мы как-то, пацанами, гуляли за Старым озером. Сейчас, кстати, покажу его тебе, мы мимо проходить будем. И видим посреди луга стоит тунгуска. Это печь такая, для бани. Просто посреди поля. Чего она там делает? Фиг пойми. Выглядит: – жутко. Мы еще тогда все, по телеку, «Секретные материалы» смотрели, поэтому сразу про инопланетян подумали. Ну и Се… – Олег замялся.

–Ну и Серега. – подсказал ему Мирон. – Говори не стесняйся.

– Да, Серега. Мы дружили с ним, пока отца его не посадили. Он после этого совсем кукухой поехал. Хотя, до этого тоже без башки, считай, был.

– Ну, что дальше было?

– Дальше, Серега, подходит к этой печке, открывает ее, а там внутри совята. Три штуки. Там типа гнезда что-то было, солома какая-то. И они там сидят, крохотные такие, головами на 360 градусов вертят. Нам на лево – прервался Олег.

Они свернули на улицу, на которой Мирон раньше не был. Дорога уходила с холма вниз и шла по дамбе, которая разделяла одно большее озеро на два. Потом снова поднималась на высокий холм, на котором стоял одинокий двухэтажный, деревянный дом, похожий, как показалась Мирону, на маленький средневековый замок.

– Слева Старое озеро, справа Новое. – сказал Олег. – А вооооон там! Тот самый луг, на котором мы совят нашли.

– А что с ними стало потом? – спросил Мирон.

– Мы родителям рассказали, что нашли их. Они разорались. Говорили, что сова теперь птенцов бросит, раз мы их нашли. Мы упрашивали себе их забрать, но нам не разрешили. Орнитолога из города вызывали, он их забрал куда-то.

– Обидно – сказал Мирон. – А так бы была у тебя своя сова. Как у Гарри Поттера.

– Ага. – усмехнулся Олег.

Они уже шли по дамбе и смотрели на воду, которая, покрытая мелкой рябью, красиво сверкала в лунном свете. На середине озера, сквозь дамбу проходили две большие толстый трубы. Старые и ржавые они, с обоих сторон, изгибались и уходил глубоко под воду.

– Через них воду из Старого озера в Новое сливают, чтобы дамбу не размыло в паводок. – сказал Олег.

Они пошли дальше, и подходя к концу дамбы услышали крик.

– ПОМОГИТЕ! – кричал мужской голос у них за спиной. – НА ПОМОЩЬ! КТО-НИБУДЬ?!

Парни побежали на крик. Недалеко от трубы, прямо на дамбе, росла чахлая, перекрученная ирга, корнями уходящая к водам Старого озера. И там, у ее корней, Мирон увидел Сергея. Тот с испуганным, бледным лицом, что есть силы кричал и звал на помощь. Шея его раскраснелась, а вены на ней вздулись от крика. Спустившись к воде, Мирон увидел, что Сергей сидит в грязи, с окровавленной головой деда Егора на коленях.

– Что ты с ним сделал?! – закричал Мирон. Он, с разбегу, налетел на Сергея, и столкнул его в воду.

– Дебил! – крикнул Олег – Он плавать не умеет!

Олег пронесся мимо Мирона, на ходу скидывая кроссовки, и бросился в воду вслед за Сергеем.

Мирону же было не до них. Он наклонился над дедом, и пытался понять жив ли он, или Мирон опоздал, и нашел его слишком поздно. Ему показалось что он слышит, как дед дышит. Он попытался поднять его, отчего дед громко застонал. Мирон огляделся в поисках помощи, но ни Олег, ни Сергей не показывались из-под воды.

«Твою мать! Что я натворил!» – думал Мирон. Он подошел к воде, скинул кроссовки и уже начал стягивать штаны, когда Олег показался над водой. Он выбросился на берег, похожий на большого уставшего тюленя, и вытянул за собой Сергея. Минуту они лежали в грязи, мокрые, замерзшие и, отхаркивая воду, пытались отдышаться.

– Ничего я с ним не сделал. – тяжело дыша сказал Сергей. – Нашел его, и сразу на помощь начал звать. – он откинулся на спину и раскинул руки в стороны.

– Помогите деда на дорогу поднять, – попросил Мирон. – Один, боюсь, что только хуже ему сделаю.

Олег с Сергеем переглянулись и начали тяжело подниматься.

– Вы под руки берите, а я за ноги возьму. – сказал Сергей.

Они, как могли, аккуратно подняли деда на дорогу, и посадили на обочине, оперев о ствол ирги. Мирон достал телефон и набрал номер бабушки. После первого гудка она взяла трубку, и Мирон рассказал ей, что они нашли деда. Уже через пару минут на холме, с которого они пришли, появилась машина и поехала в их сторону. Это оказался полицейский УАЗик с участковым за рулем и бабушкой Полей на пассажирском сиденье. Машина резко остановилась напротив ребят.

– Ой господи! Господи. – шептала бабушка Поля, быстрыми шагами подходя к ним.

Мирон перегородил ей путь к деду и сказал:

– Баб, он выглядит плохо, но помни он жив, с ним все хорошо.

– Хорошо – повторила за ним бабушка.

Мирон отошел в сторону. Бабушка Поля приблизилась к деду, и, увидев его окровавленную голову, рухнула перед ним на колени и зарыдала.

– Ой, дурак! – кричала она, – И чего тебе дома не сиделось, дурак старый!

– Грузите его на заднее сиденье. – приказал участковый. Сержант подошел к бабушке и взяв ее за локоть отвел в сторону.

Парни быстро подняли деда и бережно положили его на заднее сиденье УАЗика.

– Полина Николаевна, хватит рыдать. – говорил участковый. – Дед живой, скорая уже в пути. Идемте в машину.

– Можно с вами? – спросил Олег. – А то я околею.

– А ты чего мокрый? – спросил сержант Сланцев. – Ладно, полезай в кенгурятник.

– А мне можно тоже? – спросил Сергей.

– И тебе можно, Хромов. – сказал полицейский.

Для Мирона места в машине не оставалось. Когда все уселись по своим местам, бабушка подозвала его к себе и сказала:

– Сходи за бабой Софой, Мирон. Скажи, что деду помощь ее нужна. Пусть придет.

– Где она живет? – спросил Мирон.

– Да вот на холме. Ее дом там один единственный стоит. – ответила бабушка. – Только быстрее давай, прошу.

УАЗик быстро набрал скорость и, заехав на холм, скрылся за поворотом. Мирон проводил его взглядом и развернувшись посмотрел на одинокий дом, на противоположенном холме. На втором этаже дома в одиноком окне горел свет. «Интересно чья это комната? Сони или старухи? Зачем, вообще, ее нужно звать? Как она сможет помочь деду? Неужели бабушка верит во всю эту чушь с магией?» – у Мирона не было ответа ни на один из этих вопросов.

Вблизи дом совсем не был похож на замок. То, что издалека Мирон принял за башню дворца, оказалось криво сделанным балконом, который, судя по виду, должен был рухнуть если не сегодня, то уж завтра точно. Сад перед домом весь зарос крапивой, а сам дом, под самую крышу, был покрыт вьюном. Старые, деревянные ставни на окнах рассохлись, петли их заржавели. Перила на высоком крыльце были сломаны, а новая, стальная дверь с глазком выглядела инородно.

Мирон прошел сквозь распахнутую, вросшую в землю калитку и замер. Он почувствовал, как на его плечи навалилась вся тяжесть сегодняшней ночи. Его колени задрожали, и, чтобы устоять на ногах, ему пришлось ухватиться за стальную проволоку, натянутую от крыльца до забора и предназначенную для сушки белья. В глазах у Мирона заплясали фиолетово-черные круги. Защемило в висках и заложило нос. Ворот футболки показался ему удушающе тесным, и он пытался разорвать его, с хрипом, жадно глотая воздух, до боли в горле.

Стальная дверь напротив Мирона открылась, и на крыльцо выбежала Соня. В длинной ночной рубашке, с распущенными волосами, она подбежала к Мирону и крепко обняла его.

– У тебя паническая атака. – сказала она ему на ухо, крепко прижимая к себе. – Постарайся успокоится, и дышать ровнее.

Соня взяла Мирона за мочку уха и начала сильно тереть ее, так что та разогрелась и начала болеть. Мирон медленно выдохнул и, подождав пару мгновений сделал глубокий вдох. Паника, охватившая его, начала уходить. Он обнял Соню в ответ, и прижав голову к ее щеке, рассказал, как нашел деда без сознания.

– Это было так же, как тогда когда я нашел маму, – сказал Мирон. – Только ее я не терял, я знал, что она лежит в пастели у себя в комнате. Но я нашел ее… Нашел ее смерть.

Слезы заскользили по его щекам к подбородку и, срываясь с него, исчезали в Сониных волосах.

– Ты земляникой пахнешь. – сказал ей Мирон.

Он отпустил Соню, и вытер слезы.

– Бабушка попросила бабу Софу срочно прийти к нам. Она говорит, что та может помочь деду.

– Хорошо. Я приведу ее, как можно быстрее. – пообещала Соня, сочувственно глядя в покрасневшие глаза Мирона.

Они задержались на мгновение, глядя друг на друга. Потом, Соня, ни говоря ни слова побежала в дом, а Мирон, тряхнув головой и окончательно придя в себя, поспешил домой. Беспокойство за деда, отступившее на время, пока он стоял в объятиях Сони, снова начинало быстро расти внутри, но он успокаивал себя мыслью, что сделал все, что от него зависело.

Добравшись до дома, Мирон, обнаружил сидящих на крыльце Сергея и Олега, укутанных в шерстяные покрывал.

– Как дед? – спросил Мирон.

– Без сознания. – ответил Олег.

– Вы чего на улице? Замерзли же.

– Да согрелись уже. Там бабка твоя ревет без конца, тяжело с ней сидеть. – сказал Олег.

Мирон чувствовал, что Сергей ждет от него извинений, но не мог заставить себя сказать ему хоть слово. Он вызывающе посмотрел на Сергея, отчего тот скривился.

– Ладно, я пошел домой, пока тубик не заработал. – сказал он. Сняв покрывало, он протянул его Мирону и ушел.

– Зря ты так. – упрекнул его Олег. – Он ведь может жизнь ему спас.