Максим Анкудович – Ржавое поле (страница 13)

– Она просила, чтобы ты ей помог компьютер настроить, – сказала бабушка. – Нужно отблагодарить ее за то, что деда спасла.

– Деда врачи спасли, а она шарлатанка старая, – возразил Мирон.

– Много ты понимашь. Сходи, сказала. И отцу позвони, расскажи про деда. Я сама не хочу с ним разговаривать.

Они попрощались, и Мирон повесил трубку. Он откинулся на подушку и потянулся. День обещал быть тяжелым, и ему хотелось оттянуть его начало. Лежа на кровати и глядя в потолок, Мирон подумал о том, что он рад тому, что встретиться с Соней сегодня, и сможет поблагодарить её за помощь прошлой ночью. В магические способности ее бабки он не верил, но за то, что она помогла успокоить бабушку Полю был признателен. А еще он подумал, что у него нет телефонного номера Олега, и где тот живет Мирон не знает. Но стук в дверь оборвал его мысли.

Быстро натянув штаны и футболку, Мирон подошел к двери и спросил:

– Кто там?

– Сто грамм. – Мирон узнал сонный голос Олега. – Открывай давай!

– Ты чего так рано? – спросил Мирон, впуская друга в дом.

– Рано? Семь часов уже. Это поздно даже. Я хотел к шести прийти, да чет проспал. – зевая сказал Олег.

– Если бы ты в шесть пришел, я б тебя убил. – проворчал Мирон. – Чай пить будешь?

От чая Олег отказался, и они, выйдя во двор, направились в стайку к коровам.

Коровы было две. Зорька и Боня, обе белые с черными пятнами, они стояли в своих стойлах, взмахами хвостов отгоняя от себя мух.

– Холмогорские – сказал Олег, посмотрев на коров.

– Эта безрогая – Боня, а та – Зорька, – неуверенно сказал Мирон. – Или наоборот.

Воздух, в стайке, был влажным и тяжелым, сильно пахло навозом. Свет проникал внутрь через единственное, невысокое узкое окно под потолком. Было темно и душно.

– Тут лампочки нет что ли? – недовольно пробубнил Олег, оглядываясь по сторонам. Он заметил висевший на стене кабель, с вилкой на конце, и, взяв его в руки, принялся за поиски розетки. – Вона куда запрятали. – сказал он, обнаружив розетку в самом углу, за повешенной на гвоздь фуфайкой.

Под потолком загорелась облепленная сухим навозом лампочка, и стало заметно светлее. Олег, взял стоявшую в стороне табуретку и поставил ее сбоку от Зорьки.

– Ведро давай – сказал он Мирону.

Тот передал ему большее оцинкованное ведро, накрытое марлей. Олег сел на табуретку и поставил перед собой ведро. Мокрой тряпкой, непонятно откуда взявшейся у него в руках, он протёр Зорьке вымя, и начал легонько похлопывать его ладонью.

– Это нужно чтобы корова подумала, что это теленок титьку ищет. Тогда доиться легче будет, – пояснил он. – Подай вон ту баночку.

Мирон, проследил за его взглядом и увидел стоящую на подоконнике банку с каким-то кремом. Он передал ее Олегу, тот щедро зачерпнул крем тремя пальцами и растер им ладони. Потом он втер крем с ладоней в Зорькино вымя и, взявшись за два ближайших к нему соска стал сжимать их, оттягивая и направляя в сторону ведра. Мощные узкие струйки молока летели прямо в ведро шумно ударяясь о его стенки.

– Смотри внимательно. – сказал Олег. – Берешь повыше, и как бы выдавливаешь. Понял?

Мирон кивнул.

Через пару минут все было сделано. Олег встал и, протянув ведро Мирону, сказал:

– Твоя очередь.

Мирон нерешительно приблизился к Боне. Со стороны все выглядело просто, но он понимал, что так же ловко как у Олега у него подоить корову не получиться. Мирон сел на, заботливо подставленный Олегом, табурет и, взяв тряпку, неловко стал протирать коровье вымя.

– Тщательнее, тщательнее нужно. – подсказывал Олег.

Боня испугано замычала и начала топтаться на месте. Мирон потянулся за ней и тогда корова больно лягнула его в плечо, опрокинув при этом ведро с молоком. Зорька, видя, что ее молоко пролилось, тоже забеспокоилась и негодующе замычала.

– Так, это бойкая оказывается, – весело сказал Олег, не обращая внимания на то, как Мирон морщился, потирая ушибленное плечо. – Тут нужен антибрык.

Олег взял висевшую на стене длинную алюминиевую трубу, согнутую в скобу. Он надел антибрык на бедро Боне, так, что та не смогла бы лягнуть Мирона еще раз, не вогнав скобу себе в ногу.

– А сразу нельзя было так сделать? – недовольно спросил Мирон.

– Кто ж знал? – развел руками Олег. – Продолжай давай. Теперь она спокойно стоять будет.

Дальше Боня стояла тихо и спокойно. Мирон удивился тому, как физически сложно оказалось её доить. Вымя, на ощупь, оказалось теплым и мягким, но из-за жирного крема покрывающего руки дотрагиваться до него было неприятно. Когда Мирон закончил у него так болели руки, что он с трудом нес, наполненное наполовину, ведро. «Как у бабушки получается это делать каждый день? Даже два раза в день?» – думал Мирон.

Выйдя из стайки, Мирон еще раз предложил Олегу выпить с ним чаю, но тот отказался, сославшись на важные дела.

– Спасибо тебе. – сказал Мирон с благодарностью. – За сегодня и за вчера. Особенно за вчера. Не знаю, как бы я справился со всем один.

– Никак бы не справился – беззаботно сказал Олег, махнув рукой. – Но, на то и нужны друзья, правильно? Ну пока, увидимся.

Олег ушел, а Мирон, оставив ведро с молоком на крыльце, пошел рвать крапиву для бабушкиных куриц.

Перед тем как пойти к старухе-ведьме, Мирон решил забежать на почту, поздороваться с Настей. Людей на улице было непривычно много. Они собирались в группы по два – три человека, и что-то увлеченно обсуждали. По взглядам, полным жалости, которыми они провожали, проходящего мимо Мирона, он понял, что обсуждают все вчерашнее происшествие. Он узнавал лица людей, которые вчера толпились у него во дворе и помогали искать деда. Мирон был готов к тому, что ему будут задавать вопросы, справляться о здоровье дедушки, но никто к нему так и не обратился.

Войдя в отделение почты, Мирон поздоровался с Настей и, облокотившись на стойку, за которой она сидела, навис над девушкой.

– Чего делаешь? – спросил он.

– Работу работаю. – ответила Настя. – Как дед Егор?

Мирон рассказал ей все что узнал от бабушки.

– Хорошо. – сказала Настя. – Если врачи говорят, что скоро очнется, значит так и будет. Вы узнали, что с ним случилось? На него кто-то напал?

– Не знаю. Участковый говорит, что похоже он сам упал. – сказал Мирон. – Он в тот день на рыбалку собирался, может поскользнулся, когда к озеру спускался.

– А ты что думаешь? – спросила Настя, взяв его за руку.

Мирон, в задумчивости поглаживая большим пальцем ее маленькие костяшки, пожал плечами.

– Я, как увидел Сергея, решил, что это он деда по голове треснул. Но я не представляю зачем это ему. Может и правда упал просто. У него ноги больные.

– Я сегодня говорила с Вероникой, – видя, как тяжело Мирону говорить о деде, Настя решила сменить тему. – Она тоже думает, что Хромов старший может в том бункере прятаться. Она Олега уговорит, и завтра пойдем проверять.

– Это не опасно? Если он и правда там? – засомневался Мирон.

– Да что он нам сделает? – усмехнулась Настя. – Нас четверо – он один. И потом мы же не ловить его пойдем, а просто посмотрим, тихонько. И если чего найдем сразу к Сланцеву побежим докладывать.

– Мне кажется это плохая идея. – сказал Мирон.

– Ты что испугался? – Настя отстранилась от него и выдернула руку из его ладони. – Вчера таким смелым был, когда бежал Соньку спасть. – добавила она, нахмурившись.

– Не испугался. Если осторожно и только посмотрим, то я согласен. – сказал Мирон. – Кстати, насчет Сони…

Мирону не хотелось рассказывать Насте о том, что ему нужно идти сегодня к старухе-ведьме и ее внучке. Но он понимал, что она узнает об этом сразу же, как только Мирон переступит порог Сониного дома. Решив, что лучше, чтобы она узнала все от него лично, а не в виде сплетен несколько раз пересказанных и перевратых, он рассказал ее все, подчеркнув, что сам туда идти не хочет, и делает это только по просьбе бабушки Поли.

– Ладно, сходи. – выслушав его сказала Настя. Ей была неприятна мысль, что Мирон будет проводить время с Соней, к которой она жутко его ревновала. Но, испугавшись отпугнуть его своей ревностью, она решила не выставлять ее на показ.

– Увидимся вечером? – с надеждой спросил Мирон.

– Не могу, обещала маме помочь. – увидев, как Мирон расстроился, Настя быстро добавила – Завтра весь день вместе проведем.

– Так мы по лесу с ребятами будем ходить, а я с тобой хотел побыть. Но да ладно, успеем еще. – грустно улыбнулся он.

Поднявшись на холм к ведьминому дому, Мирон увидел большой черный Land Cruiser, стоящий у распахнутой калитки. Недалеко от машины стоял Чарли, все в той же рваной майке и грязных джинсовых шортах, и, с любопытством, смотрел на нее. Заметив Мирона, он взмахом руки позвал его к себе.

– Привет. Слышал про твоего деда. Как он? – спросил Чарли. – Дед у тебя крепкий, все нормально будет, сто пудов. Ты видал? – он с ухмылкой кивнул в сторону крузака. – Вот это, я понимаю, автомобиль!

– Да, здоровый. Это чей? – спросил Мирон.

– Опять бандиты какие-то к бабке Софье приехали порчу снимать, наверно. – бросил Чарли. – Она колдунья на всю область известная, к ней кто только не ездит. А ты чего тут делаешь?

– Да к ней как раз и иду. Бабушка сказала нужно зайти, отблагодарить за то, что деду помогла.

– Смотри аккуратнее там. – тихо сказал Чарли, вплотную пододвинувшись к Мирону. – Ляпнешь чего не то, она тебя сглазит, будешь косой-кривой ходить.